Первая формула: читать начало книги онлайн

Проведя долгие годы в театре, я усвоил, что первое впечатление часто обманчиво. Эта теория была верна тогда и не раз подтверждалась на протяжении всей моей жизни. Дом Митху в нее вполне укладывался. Разумеется, откровенничать я не стал.

– Мне нравится. – Короткий простой ответ вряд ли мог навлечь на меня неприятности.

– И все? – удивился Митху, выпустив еще один клуб дыма и сухо кашлянув. – В моем доме живет множество потерявшихся маленьких птичек – вроде тебя. Так, воробьи? – оглянулся он на ребят.

Те дружно зачирикали.

– Видишь? – хмыкнул он. – Они одеты, сыты, у каждого есть своя комната – в таких вещах нуждается каждая птичка. Хочешь иметь то же самое? Мне кажется – хочешь.

Митху сунул было трубочку в рот, но передумал и, вытащив ее, вопросительно ткнул в мою сторону глиняной колбой.

Конечно, он угадал. Безопасный уголок стал бы для меня подлинным благословением. Не только потому, что там я получу пропитание. Мне требовалось укрыться от всевидящего взора Коли. Во всяком случае – до тех пор, пока не придумаю, как ему отомстить.

– Да, было бы здорово. Мне и вправду нужен дом.

С последним словом моя грудь наполнилась болью. Я на миг оцепенел и, утратив связь с происходящим, взглянул на комнату откуда-то из-под потолка. Ощущения были такие, словно ткань разума свернулась в грани восприятия, только сосредоточиться не получилось.

Митху хлопнул в ладоши, и я тут же вынырнул из забытья.

– Не надо вилять, птичка. – Он постучал трубкой по открытой ладони. – Говори прямо: нужна тебе новая семья? Работа, цель в жизни? Хочешь заниматься тем же, чем и мы?

Наступил удобный момент все выяснить.

– А что именно делаете вы и ваши маленькие… хм… воробушки?

В комнате зазвучал легкий смех, но Митху поднял руку, заставив ребят замолчать.

– Мои маленькие воробушки избавляют людей Кешума от обременяющего их имущества. Ну и приезжих тоже: торговцев, странников и прочих богатых дурней. У сапожника мы возьмем обувь, у торговца – фрукты и овощи, тушеное мясо – все, что плохо лежит. Кто-то у нас бегает, кто-то поет, и никто не спускает глаз с разных блестящих вещиц.

– Так вы воры…

Получилось резко, однако Митху даже ухом не повел.

– Мы – живые люди. Работаем где можем и когда можем, едим что придется. Зато ночью спим в собственных кроватях. Берем от мира то немногое, что он не желает нам предлагать добровольно. Кстати, по-моему, тебе он не предлагает почти ничего?

Я не видел смысла отвечать – все было очевидно. Митху понимал, в каком положении я очутился. Слова тут ничего не добавят и не убавят.

Повелитель воробьев расценил мое молчание как знак согласия и сделал очередную затяжку.

– Итак… – выдохнул он вместе с тонкой струйкой дыма, – спрашиваю еще раз: готов ли ты присоединиться к моей маленькой воробьиной семье?

Мне вспомнилось слова, произнесенные Митху в переулке.

– Коли лишил меня всего на свете. Семьи, дома. Моей… – Я запнулся, не желая рассказывать о своих мечтах и занятиях с Маграбом. Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, и зажегшееся в груди пламя испепелило страх, который нагоняла стоящая рядом с Митху парочка. – Хочу, чтобы он за это заплатил. Хочу отнять у него все, что он у меня забрал, и даже больше. Я хочу его убить!

Наверное, боль прошлой ночи заставила бы взрослого человека навечно замереть в страхе и надежде на то, что все рано или поздно забудется. Но ничто не сравнится с пережившим несправедливость мальчишкой. Он разозлится, а испуг и ощущение безнадежности уступят в его сердце место бессмысленному гневу на того, кто у него все отнял. Сердце ребенка способно на прекрасные, но порой страшные порывы.

Митху выдержал мой яростный взгляд не моргнув глазом. В зале воцарилось безмолвие. Несколько воробьев, да и Аскар с Билу вопросительно уставились на своего повелителя. Тот не удостоил их взглядом, продолжая рассматривать меня. Выдохнув, заговорил:

– Мы оба желаем одного и того же, и наше желание сбудется. Останешься ли ты со мной до этого дня, маленький воробушек?

На гранях восприятия вспыхнула горящая свеча. Удержав ее, я позволил решимости и силе наполнить разум.

– Останусь.

Митху откинул голову назад, покачался и вдруг разразился чистым звонким смехом.

– Чик-чирик, моя птичка! Добро пожаловать в воробьиную семью! Учись петь, учись воровать! Работать начнешь завтра.