Четвёртые войны пустыни: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дни ученичества. Таразе и Одраде удалось каким-то образом отбросить его назад, в некую форму ученичества.

Самообразование.

Как-то безотчетно память подсунула ему их давний-давний разговор с Таразой. Как же это знакомо. И вот уже, пойманный сетями своей памяти, он унесся вдаль.

Они с Таразой тогда очень устали после принятия тяжелых решений и проведения различных мероприятий по предотвращению кровавого столкновения — инцидента Гарандика. Сейчас все это стало лишь отзвуком истории, но в то время потребовало объединения всех их усилий.

После подписания соглашения Тараза пригласила его в небольшую приемную своих личных покоев на не-корабле. Она говорила небрежно, восхищаясь его мудростью, тем, как он разглядел те слабости, которые смогли привести к компромиссу.

Они были на ногах почти тридцать часов, и Тег был рад возможности посидеть, пока Тараза набирала код на аппарате питания. Из него, как и требовалось, появились два стакана с кремово-коричневой жидкостью.

Тег узнал запах, когда она подала ему стакан. Это был быстрый восстановитель энергии, взбадриватель, который Бене Джессерит редко делил с посторонними. Но Тараза больше не считала его посторонним. Запрокинув голову, Тег сделал долгий глоток, устремив взгляд на потолок небольшой приемной Таразы. Этот не-корабль был старой модели, построенный в те времена, когда больше внимания уделялось отделке — тяжелые карнизы, барочные фигуры, вырезанные на каждой поверхности.

Вкус питья напомнил детство. Сказывалось воздействие меланжа...

— Моя мать готовила это для меня, когда я был слишком измотан,— сказал он, глядя на стакан в своей руке. Он уже почувствовал, как возвращаются силы.

Тараза уселась со своим стаканом в песье кресло напротив него — пушистый предмет живой мебели, давно привыкший к ней и сразу же принявший ее форму.

Для Тега она приготовила обычное кресло с зеленой обивкой, но видела, как его взгляд быстро скользнул по песьему креслу, и улыбнулась Тегу.— У всякого своей вкус, Майлз,— она пригубила питье и продолжила.— О, Господи, до чего же изматывающая, но славная работа. Были моменты, когда дело доходило до самой грани очень скверного оборота.

Тег обнаружил, что его трогает ее расслабленность. Никакой позы, никакой готовой маски, чтобы подчеркнуть различие положений в иерархии Бене Джессерит. Она была явно дружелюбной, без всякого намека на соблазнительность. Во всяком случае, выглядело это так — вот и все, что можно сказать при общении с любой Преподобной Матерью.

Тег ликовал. Он понял, что здорово наловчился читать Альму Мавис Таразу, даже когда она прикрывалась одной из своих масок.

— Твоя мать научила тебя большему, чем ей было велено,— сказала Тараза.— Мудрая женщина, но еще одна еретичка. Хотя все мы, кажется, склоняемся к этому в эти дни.

— Еретичка?— он испытал мгновенное возмущение.

— Есть в Ордене такая приватная штучка,— сказала Тараза.— Нам предписано следовать приказаниям Верховной Матери с полной преданностью. Мы так и делаем, кроме тех случаев, когда не согласны.

Тег улыбнулся и сделал большой глоток своего питья.

— Странно, но во время этого небольшого противостояния я обнаружила, что реагирую на тебя так, как реагировала бы на одну из наших Сестер,— сказала Тараза.

Тег ощутил, как питье согревает его желудок. От него оставалось покалывание в ноздрях. Он поставил стакан на боковой столик и проговорил, глядя на него:

— Моя старшая дочь...

— То есть Димела, да? Тебе бы следовало позволить нам получить ее, Майлз.

— Тут решал не я.

— Но одно словечко от тебя...— Тараза пожала плечами.— Ладно, все это в прошлом. Так что насчет Димелы?

— Она думает, что я часто слишком похож на одну из вас.

— Слишком похож?

— Она яростно предана мне, Верховная Мать. Она на самом деле не понимает наших отношений...

— Каковы наши отношения?

— Ты командуешь, я подчиняюсь.

Тараза поглядела на него поверх своего стакана.

— Да, ты никогда по-настоящему не был еретиком, Майлз. Может быть... Однажды...