Риф: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Как голова?

— В порядке. Я чувствую себя прекрасно.

— Вот и отлично, — сказал Файгенблат, — сейчас позавтракаем на свежем воздухе и я тебе кое-что скажу.

Я молча стал одеваться.

11

Мы сидели в открытом кафе на набережной, ветер дул с моря в лицо. Я смотрел — впервые за все поездки сюда — на Босфор, на его серую неспокойную воду, а вдалеке, в конце пролива, был виден тонкий, серебристый на солнце, силуэт моста. Для нас жарили рыбу — свежепойманную, как объяснил официант. Он принес две стеклянные чашки с яблочным чаем, поставил на мраморный стол сахарницу, тарелки с хрустящим хлебом.

— Ты можешь заработать тысячу долларов сразу, как только вернешься, — Файгенблат курил лицом к проливу, ветер трепал его черные волосы.

— Да это я уже слышал! — сказал я. — И мне это не нравится…

— Да что тебе не нравится, Ромеев? Ты перевезешь через границу одну сумку, в Москве я тебе звоню, ты отдаешь ее, и сразу — тысяча от меня. Ты же знаешь, я не обману.

— Я-то знаю. Но что в сумке? Наркотики?

Файгенблат, не меняя выражения лица, негромко ответил:

— Да, там будет героин. Он поднял подбородок:

— Ну как тебе это, Ромеев?

— Никак… — я пытался прикурить, но ветер сбивал огонь.

Файгенблат протянул свою зажигалку.

— Иди к черту! — я все-таки зажег сигарету и сказал:

— Мне все это не нравится, Файгенблат. Я не хочу садиться в тюрьму, вот и все.

— А… — Файгенблат, улыбаясь, покачал головой, — ну-ну, давай, Ромеев, дуй в Москву, выдумывай, что хочешь. Конечно, деньги ты найдешь, подумаешь, всего тысчонка, переодолжить можно. Но я тебе предлагаю работу, понимаешь — работу! Ты можешь сделать большие деньги, Ромеев. Что, две тысячи долларов в месяц для тебя мало? Ты будешь работать всего неделю в месяц, восемь дней, ну, от силы десять.

— Почему две тысячи? Так ты ездишь сюда дважды в месяц?

— Да. Конечно, на поезде — это время. Можно полететь на самолете, но ты же знаешь, как там проверяют, — он усмехнулся. — Тогда уж точно посадят в яму, как Жилина…

— Это те самые, «главные» деньги, Файгенблат? — спросил я. — А сколько тебе платят, а? Ведь не тысячу?

— Валера, — наклонившись ко мне, быстро заговорил Файгенблат, — тысячу тебе плачу я, понимаешь — я! А сколько мне дают — да какое тебе дело? Разве не понимаешь, что я трясусь в сто раз больше, чем ты? Сумку найдут, им надо еще определить владельца — это раз. Поймают тебя с товаром в руках, скажешь — перепутал, не твое, не знаю, откуда взялось, — два. И наконец, тебя могут посадить — теоретически могут, — но ты будешь живой, Валера! Это три. А меня просто убьют, понимаешь? Товар беру я, везешь ты, сдаю я, говорю — я. Тебя они вообще не знают. Ты только везешь, вот и все. И я плачу тебе тысячу. Неужели плохо?

Нам принесли жареную рыбу. Файгенблат начал торопливо, шумно дыша, есть.

— Как его употребляют? — спросил я.

— Чего? А, героин… Да вдыхают, через бумажную трубочку. Я пробовал как-то, ерунда. Ты согласен или нет, Ромеев?

— Много его там, в сумке?

— Нет, небольшой рюкзачок. Да это не чистый героин, сырец, несколько килограммов. Ты согласен?

— А если поймают?

— Эх, не любитель ты шампанского, Ромеев… Все проверено — ты спекулянт, везешь барахло — это идеально. Советую, Валера, согласиться, я думаю, скоро все кончится, сейчас ведь поодиночке никто не возит, больше морем, а там все рангом повыше. Туда не попасть. Да соглашайся, черт возьми, ты же видел, как турки автобус проверяют — ни собак, ни обыска! И болгарам тоже все равно — главное, что ты ввозишь, а не вывозишь. Это лазейка, Ромеев! Чего молчишь?

— Мы сейчас в Европе или на Востоке, Файгенблат?