В синем приталенном мундирчике секретарша Галя вносит поднос с кофейными чашечками, ставит его на стеклянный столик.
Кондвит предлагает чокнуться за удачную сделку.
Пар поднимается с горчично-золотистой пенки эспрессо.
Блестит ложечка на блюдце.
Аромат арабики щекочет ноздри.
Четко читается красный лейбл на белом фарфоре «Bruno caffe».
Чокнись с американцем, Сережа, выпей и все случится и сбудется, из бесправного зека ты станешь свободным и богатым гражданином США.
Качан перехватывавет руку Скворцова, протянутую за кофе.
«Финт сказал, “не ссучься”! Не отдавай копье даже под пытками! Ты же поклялся, Серега!»
«Причем тут Финт?! – отцепляет пальцы блатного Меняла. – Да он сам непрочь нажиться на копье. Соглашайтесь, Сергей Геннадьевич, за какую-то ржавую рухлядь на нас прольется золотой дождь!»
«Золотой дождь, чтоб ты знал, Костян, – шипит Качан, – это когда телка обсыкает тебя с головы до ног, как конченного извращенца. Это развод, пацаны! Как только Меняла обтяпает дел югу, он тут же вас всех кинет. Ему нет веры!»
«Я честный торговец, – Меняла борется с Качаном, рука Скворцова с чашечкой кофе дрожит. – А вот вы, Качан, как раз и есть самый настоящий гопник-кидала!»
Провокация срабатывает, блатной бросается на барыгу, начинается драка, в камеру врываются надзиратели, зачинщика выволакивают и охаживают в коридоре дубинками.
Качан орет под ударами: «Меняла, сука, мы еще встретимся! Кровью умоешься, Меняла! Да что ж вы делаете, волчары! Все, все, начальник, все-о-о-о…»
Генпрокурор и американец видят, что буря в лице заключенного улеглась.
С потерянной улыбкой стыда и унижения и одновременно с улыбкой вызова и бравады ты произносишь фразу, кардинально меняющую течение твоей судьбы.
«Я продаю Копье!»
Нет, не ты, не ты! Речь за тебя держит Костя Меняла, в миру эксперт по фалеристике Константин Иванович Лопушанский. И часть суммы он требует наличкой и немедленно.
ЯВЛЕНИЕ КАЛАМБУРСКОГО
В чопорной приемной, где посетители разговаривают исключительно шепотом, вдруг слышатся взрывы смеха, громкие голоса, дверь распахивается и, кренясь на бок под тяжесть квадратного кофра, в кабинет Генерального прокурора Украины входит… седой веселый Винни-пух.
– Привет честной компании! – он с грохотом ставит чемодан на пол и, держась за поясницу, шкандыбает через кабинет пожать друзьям руки. – Хай, Роберт! Привет, Миша! Ну, и шо, кому лавэ? А шо мы такие удивленные? Не ждали Лёдю? Так я лично приехал посмотреть, кому вы тут отстегиваете мою кровную наличку, а-ха-ха-ха… – в астме смеха из седого ворса щетины выпирают мелкие мутные зубы.
– Познакомьтесь, – Кондвит представляет гостя Скворцову, – Лео Каламбурский, олигарх и владелец «Промпрайдбанка». Он привез вам деньги, как вы и просили.
– Ой-вэй, Роберт, вечно ты меня троллишь! – взбрызгивает смехом олигарх и умильно плющит глазки за очками без оправы. – Это на Украине я слегка зажиточный, а по вашим меркам так я нищ, как та церковная мышь, шо повесилась в холодильнике! – очки «калибруют» арестанта. – Бабулини шо, тебе? Ну, так хапай щастя в обе жмени! Если от пола оторвешь, ха-ха-ха…
Кофр тяжел. Его водружают на стол, олигарх набирает на замках шифр, крышка отскакивает под напором прущей изнутри вечнозеленой массы, и кабинет наполняется химическим ароматом богатства.
«Плиз, мистер Скворцов, теперь это ваше».
Это ВСЕ – мое?
Руки дрожат, совершая десятки ненужных движений. Так легко это не бывает. Но кто-то же сказочно богатеет, почему не я? Разве я не заслужил? Не прошел огонь и воду, тюрьмы и допросняки? Меня судьба награждает! Я заслужил!
Каламбурский плюхается в кресло рядом с американцем и закуривает.
– Рассказывай, Роберт, шо они тебе тут впарили? Это же Генеральная прокуратура, тут катала на кидале сидит и Киваловым погоняет! С тебя, кстати, поляна, Робя, кто б тебе за час столько бабок наликом пригнал? Ты обещал отменить мой запрет на въезд в США. Не, ну шо ты молчишь, щас лавэ увезу, плати тогда с кредитки, хер тебе кто обналичит такую сумму. Шо? Ты хочешь сказать, шо вот эта ржавая хня стоит стоко евролямов? Робя, поверь, этот клин для тракторного прицепа не стоит и трехсот гривен. Миша, дай хоть в руках подержать! Почему не трогать? Бьется током? Копье Судьбы? Тогда возле такой штуки лучше долго не ошиваться, можно хапнуть дозу радиации. Дай я его сфоткаю на память. Роберт, подписывай приходный ордер, да я поехал. – Олигарх шлепает на колено американца мятую квитанцию. – У меня бухгалтерша – зверь! Видишь плешь? Она проела.
– Деньги любят счет, Лео. – Кондвит ищет глазами диггера. – Вы не хотите пересчитать сумму?