Копье Судьбы: читать начало книги онлайн

Стоило подумать, и тут же сквозь синеву прокурорского мундира просачивается улыбка со сколотым зубом: «Кочумай, Серега!»

Качан! Бестелесный, ползучий, как туман над рекой.

– Че язык проглотил? Включай мозг, Серый, да побыстрее! Не видишь, начальник серчает!

– Сыграем в крестики-нолики, Серожа? – высовывается с верхотуры нар Юрий Соломонович и тающим пальцем ставит крестик на решке.

«Что это? Гон, бред, галлюцинации?»

Очнувшись от шока, ты ощущаешь, как Меняла толкает тебя локтем, – словно холодок спазмирующий проходит по средостению.

– Не смотрите на нас, Геннадьевич, смотрите на прокурора, попалимся!

И верно, генеральный подозрительно узит усеянные папилломами веки.

«Він ніби не в собі, – размышляет Михаил Иванович, а ты слышишь его мысли, они а резонируют в твоем черепе, – блимає, витріщається, очима обертає, руками водыть. Пришелепкуватый (чокнутый)? Може, зарано я наказав зняты с нього наручники?»

– Костя, что надо делать?

– Пожмите ему руку по-масонски.

– Но я не умею!

– Попалимся! Говорите мысленно, не то он примет вас за шизанутого и отправит обратно в СИЗО!

– Серожа, – подплывает к другому уху Иловайский, – а ну, быстро говорите мине: «А вы, похоже, с камнем работаете».

Повторяя секретную фразу масонов, ты невольно картавишь (как это делает суфлирующий Юрий Соломонович)

– Лопата и камень – масонские символы, – торопливо толкует еврей. – Сделайте руку «дощечкой». Мизинец отведите от безымянного вниз градусов на 25 и влево внутрь еще на 30 градусов. Если руку вам протянул масон, то ваша кисть легко состыкуется с его ладонью.

Ты стараешься выполнить инструкции, но без тренировки у тебя мало что получается.

«Та вин мабуть пьяный. То столбение, ніби побачив щось жахливе, то картавит, неначе жид, то посміхається, як блаженний… Ни, цэ звичайний чорний копач, випадково нарывший в горах каблучку Влады».

Судьба зека почти решена. Генпрокурор набирает в грудь воздуха, чтобы вызвать конвой, как вдруг что-то происходит. От растерянного парня исходит порабощающий импульс такой силы, что Михаила Ивановича пробивает испарина. Через браму, тело-врата, в кабинет ступает тот, при чьем появлении в музее Хофбурга Гитлер едва не сварился в собственном поту.

– Вы разве не видели, КОГО задержали ваши люди?! – спрашивает Дух так тихо грозно, что Михаилу Ивановичу кажется, будто в голове его погромыхивает гром. – Что. Вы. Были. Обязаны. Сделать. Увидев перстень Власти с бриллиантовыми глазами?!

Учителя с Тонкого плана крайне редко и лишь в критических ситуациях идут на контакт с людьми, их явления воспринимаются как инсайт, экстаз, озарение. Тебя стремительно возносит в горы, у ног твоих громоздятся облака, а в лицо дуют ледяные ветры. Где-то далеко внизу маленький человечек проходит пугающие земные уроки, но здесь, в блеске молний и ледников, в мире Глобальных эгрегоров ты переполняешься восторгом и ликованием всемогущества.

«Приветствую ва-а-а-ас! – волнами шаманского горлового пения обдаешь ты вершины гор. – Я Владыка и Великий Потрясатель Копья Судьбы-ы-ы-ы-ы…»

«Приветствуем….» – выдыхают эгрегоры, и со склонов гор сходят снеговые лавины.

Видение исчезает.

Ты обрушиваешься в кабинет.

Финеес вихрем возносится в эмпиреи, отряхая от стоп своих земную оболочку, дабы вибрации высшего присутствия не испепелили фибры незакаленной души.

– Принесите МОЕ кольцо!

Генпрокурор пытается сопротивляться волевому напору, но чувствует как бы удушье, мундир словно стал тесен в воротнике – Качан взялся за лацканы прокурорского кителя и свел их удушающим приемом.

– Ты че должен был сделать, хряк недорезанный, когда увидел перстень СС с бри-ликами?! Нехер теперь рыло свое косоротить, жиробас!

Призрачное колено врезается генпрокурору в пах (судорога пронзает половые органы), затрещина электростатической волной ерошит пышную шевелюру (приступ мигрени сковывает затылок), пендаль попадает точно в копчик (поясницу простреливает).