Две стороны Луны. Космическая гонка времен холодной войны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Война во Вьетнаме была одним из самых важных мировых событий десятилетия. Она виновна в несчетном числе смертей солдат и мирных жителей. Было понятно, что лишь твердая политическая воля может положить конец этой мясорубке. Признание в том, что понесенные жертвы были бессмысленны, грозило политической катастрофой, но народ Америки уже слишком долго оставался вовлечен в эту войну. Ни США, ни Россия не должны были вмешиваться в дела других стран подобно тому, как это происходило во Вьетнаме.

Дэвид Скотт

Возвращение «Аполлона-11» на Землю стало великой радостью. Экипаж привез камни с самой Луны. Они вернулись живыми и здоровыми. После карантина астронавты отправились в мировое турне.

В каком-то смысле успех этого полета облегчил задачу астронавтов «Аполлона-12», которым предстояло лететь через четыре месяца, а с другой – усложнил. Иногда быть в деле вторым тяжелее, чем первым. Когда первый полет проходит столь удачно, те, кому лететь следующими, расслабляются и начинают относиться к своим обязанностям не так трепетно. Но всем следовало оставаться на высоте, а программе – двигаться вперед.

Меня назначили командиром дублирующего экипажа «Аполлона-12» (моими подчиненными стали Эл Уорден и Джим Ирвин), и отчасти в мои обязанности входило веселить ребят, поддерживать оптимизм, по возможности снижать психологическое давление. В последние дни перед стартом экипажа Пита Конрада мы попросили карикатуриста нарисовать несколько картинок, в которые завернули план полета «Аполлона-12». Мы даже засунули туда несколько фото девушек из журнала Playboy, что изрядно повеселило Пита Конрада и его ребят, когда они достали в космосе документы. Они ценили хорошие шутки. Мы крепко сдружились.

И как раз нам, дублерам, выпало организовывать вечеринку в честь встречи основного экипажа. В этом мы себя превзошли. Мы даже сняли получасовое кино – пародию на серьезные документалки от NASA. Иногда такое делалось в истребительных эскадрильях. Но никто из наших боссов не знал, что происходит. Я даже съездил в архив старой голливудской кинопродукции, чтобы позаимствовать там ленты со скетчами на тему космоса от комедийного трио «Три балбеса».

И еще мы попросили фотолабораторию NASA помочь нам реализовать наш замысел – без лишней огласки. На тренировках всегда дежурили кинооператоры, которые снимали подготовку астронавтов на пленку. Мы попросили сотрудников передать нам материалы, где члены экипажа делали что-нибудь смешное. Операторы по-настоящему обрадовались возможности поучаствовать в таком секретном и забавном деле.

После полета мы собрали отрывки из записей радиопереговоров Пита Конрада и Эла Бина на поверхности Луны и включили их в озвучку документального фильма. Это было несложно. Ребята и без того смешно дудели и напевали под нос, когда собирали образцы грунта и камней. Мы сняли несколько сцен, которые будто бы показывали их на Луне. В одной некто в скафандре Пита сидел на земле, ласково качая на руках, как плюшевого мишку, большой камень, и всю сцену сопровождал наложенный голос реального Пита во время выхода на поверхность Луны, когда он говорил:

– Эй, Эл, у меня камень… Гляди, это камень, Эл, вот какой камень.

Еще мы включили сцену того, как Дик Гордон летает один кругами над Луной в командном модуле, пока Пит и Эл внизу, на Луне. Под звуки драматичной музыки, которой NASA любило сопровождать документальные кадры, голос комментатора торжественно провозглашал:

– Дик Гордон: одиночная вахта!

Чтобы снять такую сцену, мы попросили открыть ночью корпус тренажеров-симуляторов и прошли туда вместе с кинооператором, одетой в зеленое бикини секретаршей и Джимом Ирвином – дублером Эла Бина, который переоделся в Дика и надел маску обезьяны. Когда комментатор произносил: «Но действительно ли Дик одинок?» – секретарша поднималась позади Джима и начинала гладить его по спине.

Мы сделали лишь шесть копий фильма, по одной на каждого из основного и дублирующего экипажей, и уничтожили мастер-копию. Боялись, что NASA разозлится из-за того, что мы использовали слишком много официальных ресурсов. Однако и руководителей наше любительское кино развеселило. Когда мы показали его на банкете в честь встречи экипажа «Аполлона-12», все, кто там был, просто животы надорвали от смеха.

И еще на той же самой вечеринке мы последовали особой традиции астронавтских значков. Точно так же, как военное ведомство присваивает «крылышки астронавта» участникам полетов в космос, Отдел астронавтов NASA дарит нагрудный знак всем участникам отряда, которые слетали в космос. Он изображает падающую звезду с тремя хвостами, которая летит вверх, пронзая орбиту. Когда кандидат попадает в официальный состав отряда астронавтов, ему или ей NASA вручает серебряный значок, который меняют на золотой после первого полета, что является серьезным достижением. Нагрудный знак астронавта придумали в ВВС, чтобы отметить Гаса Гриссома после его полета на «Меркьюри MA-2». Идея показалась настолько удачной, что Отдел астронавтов стал вручать такой же значок во всех последующих полетах, а ВВС решили использовать его как символику астронавта-военнослужащего, наложив звезду и орбиту на пилотские крылышки, и флот поступил похожим образом. На нашем банкете в честь «Аполлона-12» золотой знак астронавта с гордостью принимал Алан Бин (Пит Конрад и Дик Гордон уже получили золотые значки после экспедиции на «Джемини-10»).

А дальше нас ждал «Аполлон-13», после которого настроение участников американской космической программы радикально изменилось.

Алексей Леонов

Даже после того, как американские астронавты облетели по орбите Луну на «Аполлоне-8», мы, разумеется, не прекратили собственную программу. Мы очень долго и упорно готовились, и одно то, что американцы сделали то же самое первыми, еще не служило поводом к тому, чтобы отказаться от плана. Полеты на Луну оставались неотъемлемой частью нашей программы, и те, кто к ним готовился, твердо верили, что мы должны продолжать работу и выполнить запланированное.

Я обращался напрямую к Центральному комитету Коммунистической партии Советского Союза и верховному руководству военно-промышленного комплекса, чтобы нам позволили реализовать программу. Вначале пришел положительный ответ вкупе с решением запустить один из двух оставшихся «Зондов» в беспилотном режиме. Решено было, что если полет пройдет хорошо, то второй станет пилотируемым, и я буду командовать кораблем.

Но уже вскоре после приводнения спускаемого модуля «Аполлона-11» с экипажем наш план по облету Луны отменили.

Беспилотный полет вокруг Луны аппарата «Зонд-7» начался 7 августа 1969 года. На его борту находились черепахи и белые мыши. Поначалу облет шел блестяще, аппарат прислал много замечательных снимков Луны, но при входе в атмосферу случилась авария с теплозащитным экраном. Животные погибли. Такая проблема не могла возникнуть в пилотируемом полете, потому что беспилотный и пилотируемый спускаемые модули «Зонда» слегка отличались.

Но все равно все планы по облету Луны решили свернуть. Затем отказались и от экспедиционной программы с высадкой.

Решение, конечно, было политическим. Политбюро боялось взять ответственность за возможную гибель еще одного космонавта в полете. Слишком значительным казался риск.

Но многие замечательные непилотируемые лунные проекты все-таки выполнялись. Самым успешным стал полет «Луны-17», доставившей осенью 1970 года на Луну первый автоматический самоходный аппарат «Луноход». Он путешествовал по спутнику Земли почти 11 месяцев, передавая на Землю удивительные данные.

Отмена отечественной пилотируемой лунной программы стала для меня тяжелейшим личным ударом. Я был зол и расстроен. Я чувствовал, что потратил лучшие годы жизни на проект, которому наше политическое руководство просто перекрыло дорогу.

Но даже при том, что не Мишин так решил, очень многое зависело от того, как именно он описывал ситуацию для Политбюро. Если бы он твердо стоял на позиции, что все готово, может быть, руководители страны решили бы по-иному. Но поскольку главный конструктор не излучал железную уверенность, им показалось, что проще все отменить.

Я вообще уверен, что, если бы Мишин командовал в тот год, когда я слетал на «Восходе-2», он нашел бы причину задержать или отложить всю экспедицию. Вероятно, он бы отправил наш корабль в беспилотный полет и затянул выполнение главной задачи.

И я убежден: если бы Королёв был по-прежнему жив, наша лунная программа бы продолжилась. Под его руководством мы бы первыми обогнули Луну. Нет гарантий, что мы бы сумели первыми высадить и человека на Луну, но Сергей Павлович действительно умел учиться на прошлых ошибках: он бы, например, учел все, что только можно, из первоначальных аварий ракеты Н-1 и внес правильные коррективы. Если бы США по какой-либо причине не удалось высадиться на Луну, он бы взял на себя риск послать нашу собственную экспедицию, чтобы выполнить первую посадку на поверхность.

Я отчаянно спорил, что мы должны продолжать работу, но высшие круги остались непреклонны. Группы космонавтов, которых я три долгих и трудных года тренировал к лунной экспедиции, распустили.

Пришел приказ переключиться на подготовку орбитальной космической станции, которая уже была в разработке. Меня назначили командиром этой новой программы, которой дали имя «Салют» – словно бы салют Юрию Гагарину.

Не было смысла посыпать голову пеплом или рыдать над разлитым молоком. Я знал, что должен смириться с принятым решением, иначе рисковал больше никогда не полететь в космос.