Князь Вэй Дзинь Тао детально изучил все полученные от допрошенных свидетельства и пришёл к выводу, что никаких признаков заговора против правящей семьи с целью осуществления массового мятежа и дворцового переворота у кланов южных городов нет. Новый наместник превысил свои полномочия, нарушил ряд законов, влез в личные дела кланов, угрожал им расправой, опираясь на гильдию убийц, чем вызвал вполне законное возмущение и недовольство глав ранее всецело лояльных и честно пополняющих казну. Здесь уже не наместник, а именно они выглядели жертвами, которых просто загнали в безвыходное положение, они боролись за свою жизнь и цифры потерь говорили сами за себя.
Клан Мо потерял тридцать пять членов семьи, включая несколько молодых мастеров, старейшину и главу второй смежной ветки. Среди погибших ещё три десятка наемников и слуг. Потери клана Су меньше, но их клан также лишился нескольких боевых мастеров, двадцати членов семьи и тридцати пяти наемников и слуг. У наместника Лэй погибло пять членов семьи и всего десять стражей и слуг. Защищая его также погибло двадцать стражей из городского гарнизона, ещё около тридцати получили ранения разной степени тяжести. Выжили лишь те, кто смог сбежать или притвориться мертвым, спрятавшись среди тел павших товарищей.
Силы сторон были явно неравны, несоизмеримы, но ни одного мастера из гильдии убийц среди убитых и тяжелораненых, чтобы допросить и подтвердить слова главы Мо и первого старейшины Су, отыскать так и не смогли. Более того, члены гильдии убийц действовали настолько скрытно, что из всех них свидетели и участники видели, и сохранили после этого свою жизнь, лишь одного. Его описание совпало у нескольких свидетелей. Он выглядел ещё юным и незрелым, из-за чего можно было сделать вывод, что он являлся лишь одним из учеников, посланным своим мастером-наставником на задание для оттачивания навыков в реальном бою. Тем не менее и на его счету также числилось не менее десяти убитых.
Окончательную ясность в картину тех событий для князя Вэй и его четвертого советника, желавшего добиться справедливого суда для преступников, внесли самые последние свидетельства от членов семьи Фу. Они очень робели на допросе, но под давлением признались, что довольно долгое время проживали с человеком, подходящим под описание ученика гильдии убийц под одной крышей.
Он представился, как господин Су, но несмотря на то, что в итоге выяснилось, что он один из членов мистической гильдии убийц, к ним он проявил особую милость и снисхождение. Он не только не лишил их жизни, как свидетелей, но и приказал спрятаться в гильдии алхимиков, пока в городе проходила чистка врагов гильдии.
Об ученике всплыло и много других сведений. Он обладал потрясающими навыками целительства, управлял летающими иглами, излечил тяжелобольную дочь Фу Мэнсю и ещё десяток больных в городе, но за это заставил их собирать для него разнообразные сведения. На глазах спасенной девушки он нанес тот утренний удар по борделю клана Мо и выдал общее число мастеров гильдии в городе. По его словам кроме него там находилось ещё пятеро настоящих мастеров. Это число уже больше походило на реальность, чем заявленные кланом Мо сотни убийц. Они даже с одним учеником были не в состоянии справиться, куда им с целой сотней мастеров тягаться?
Девица Фу Мэнсю призналась, что стала случайным свидетелем допроса, который выставлял клан Мо в очень нехорошем свете. Она рассказала об их связях с пиратами, торговле крадеными духовными камнями, тайном скупе артефактов у преступных искателей сокровищ, точках скупки краденого и истреблении клана Му, который был их основным источником артефактов. Девица вывалила следователям всё, что услышала во время допроса управляющего борделем и главный виновник расправы над наместником был таким образом определен.
С учетом множества незаконных дел, что клан Мо вел в Турфане уже не одно поколение, их преступных связей с пиратами, ремонта их судов на своих верфях, их лидирующую роль в организации нападения на клан Шу и поместье наместника Лэй, их объявили главными и чуть ли не единственными виновниками всех преступлений. Зная о целом списке тщательно скрываемых ранее преступлений, выбить пытками признание у членов клана Мо уже не составило большого труда.
В качестве компенсации клану Лэй переходила вся текущая собственность клана Мо в Турфане, а сами члены главной ветки клана становились рабами дворца, как должники, нажившие свои богатства незаконным путем. Их речная и две морские верфи также отходили правящей династии. Кланы Шу и Су отделались крупными штрафами и казнью нынешних глав. Остальные члены не были привлечены к ответственности, как исполнявшие их волю, ведь приказы главы клана не обсуждаются и обязательны к исполнению. На этом расследование резни в Турфане считалось оконченным, а решение суда окончательным и пересмотру не подлежало.
Похищенная младшая госпожа Лэй Сяо резко стала самой завидной невестой в стране, ведь все богатства её ветки семьи автоматически переходили в её руки, когда она будет найдена. Ранее они должны были попасть в руки главному наследнику, её старшему брату Лэй Хуаю, гению Боевой Академии Ярости духа, но буквально за два дня до завершения судебного процесса, он вышел в город с друзьями и на глазах множества свидетелей ввязался в драку с уличным хулиганом. Звезду академии сильно избили в уличной драке, да так, что сам вопрос его выживания стоял на кону. По столице сразу поползли слухи, что раз девицу Лэй похитила гильдия убийц, то и нападение на талантливого юношу, почти молодого мастера академии — их рук дело. Так они хотят прибрать к рукам всё. Скоро похищенная девица появится, и гильдия сама решит, кого сделать её мужем.
Эти слухи быстро долетели и до ушей правителя Вэй. Он был одним из немногих, кто знал, что гильдия убийц представляет из себя на самом деле. Эта организация действительно была так могущественна и опасна, как её описывали, но вряд ли стала бы сотрудничать с обычным наместником города и воровать девиц. Это могло быть личной прихотью одного из её мастеров и не более. Чтобы выйти с гильдией на контакт и попросить вернуть похищенную девушку её семье, нужно было просить об этом великого предка. Да, глава гильдии согласится на равных разговаривать только с боевым мастером легендарного уровня, так как сам уже на пике орихалкового, а в этом мире признают лишь равную или превосходящую силу.
Однако, князь Вэй Дзинь Тао не смог бы устроить эту встречу и разговор в ближайшее время даже при всём желании. Почтенный предок опять покинул Храм Тишины и отправился в известном направлении. Раз он вышел из глубокой медитации и отправился на встречу с другими легендарными даосами, произошло что-то очень и очень важное и серьезное. Это заставляло мужчину нервничать заранее. Он только успешно разобрался с запутанным делом в Турфане, порадовался миру и стабильности, но тревожное будущее опять не сулило никаких приятных новостей.
Глава 13 В шкуре ученика
Вечерело. В небольшой и довольно бедный городок на берегу моря, я приехал очень уставший и в отвратительном расположении духа. Моё плохое настроение было вызвано многократными, тщетными попытками применить недавно открывшееся мне знание. Как велик был восторг от осознания, что я получил в руки источник для бесконечного творчества, таким же тяжелым было и разочарование от факта, что я понятия не имею, как им воспользоваться. Обнаружилась острая нехватка базовых, самых элементарных знаний и навыков.
Я нуждался в мудром наставнике, уже постигнувшем суть хаотической энергии Ци на более высоком уровне понимания и научившемся с ней взаимодействовать в желанном мною творящем ключе. В действительности, в наставнике я остро нуждался с самого появления в Землях Богов. При всём уважении к древним учителям, передавшим мне просто колоссальный личный опыт и уникальные знания, большая часть из них мне пригодится лишь на орихалковом и легендарном ранге. Их память о начале тренировок и многих важных для меня сейчас моментах уже заместилась более яркими и важными событиями более поздних этапов. О начале пути она была неясной и фрагментированной, как для меня мои младенческие и детские годы.
А именно таким младенцем на пути бессмертия я и являлся сейчас со своим десятым уровнем концентрации Ци. Кроме техники "Двенадцати дворцов", как самого важного элемента формирования правильной энергетической системы на самом старте и техники "Императора Небес", чтобы поскорее достичь уровня "Духовных врат", мои легендарные учителя не могли больше ничем помочь.
В их понимании, мне вообще не стоило отвлекаться на посторонние дела, всяких девиц, вечную вражду конкурирующих за власть кланов, праздное общение, слухи, даже тратить время на изучение новых боевых техник и всего прочего, пока я не достигну золотого ранга.
Ну, еще на первой ступени серебра нужно обратиться к какому-то великому мастеру, способному распознать мой врожденный талант, если такие вообще есть в царстве Вэй, чтобы также ускорить с этим знанием свою культивацию, а в остальном совершенствование на долгие года вперед выглядело, как рутинная ежедневная практика, упорный труд по познанию себя, мира и природы создавшего его Демиурга.
Сознание бога капля по капле перетечёт и дополнит моё сознание благодаря многолетней практике, настоящему искусству медитативного созерцания, поэтому его так сложно достичь в сжатые сроки. Нужно терпение и много-много времени, поэтому оно и не дается беспокойному уму в молодости, когда гормоны кипят и есть жажда к познанию, но не божественной мудрости, а чувственных и телесных наслаждений.
Путь бессмертия начинается с жесткого самоограничения, затворничества и терпения, поэтому он тяжелее всего дается молодым и вообще под силу далеко не каждому человеку. Все желающие получить долгую жизнь, боевое могущество и всезнание быстро и без особых усилий, ищут легкий путь и неизбежно сваливаются в демоническое безумие, так как получив силу без должной внутренней подготовки, нельзя ею распорядиться мудро и осознанно. Полученная таким образом сила просто не может быть использована во благо и становится источником бесконечных страданий окружающих и разрушает самого практика.
Мир кишит обезумевшими демонами, а святых бессмертных единицы и лишь они достигнут небесного царства и получат истинное божественное бессмертие. Так утверждало учение, в русле которого столетиями воспитывались и практиковались мои древние учителя. Даже свернув с этого пути, они считали его правильным, а себя еретиками, пусть и с оправдательными оговорками.
Я же видел в таких "мудрых" наставлениях древних даосов лишь их сознательное, но тщательно скрываемое за ширмой благочестия желание сдерживать своих успешных последователей. Притянутая за уши "святость" не свойственна богу, как и людям, стремящимся к его качествам. Великие мастера намеренно навязывали нежизнеспособную, являющуюся лишь плодом их фантазии, безупречную форму совершенствования, чем сознательно ограничивали всех учеников в достижении быстрого результата. А тех, кто их не слушался, объявляли "впавшими в демоническое безумие еретиками", ведь те могли подорвать их авторитет, уличить их во лжи, своим примером показав, что учителя их обманули, и тем самым разрушить их подавляющую власть над учениками.
Наставники не были заинтересованы в том, чтобы ученики превзошли учителей и планомерно давили их вредоносными запретами, своим авторитетом, напыщенно трясли сединами, заставляя всех пройти долгий, мучительный и, по большому счету, бессмысленный путь, повторяя за наставником, хотя никто из них так богом и не стал.
Вернее, никаких доказательств, что наставники, создавшие ядро духа и божественный зародыш достигли небесного царства богов и стали в один ряд с ними, тут, в мире обычных смертных так и не проявились. Великие мастера, главы сект, главные наставники умирали на пике легендарного ранга и всё… Стали ли они богами, вырастив свой божественный зародыш и переместив в него сознание из головного даньтаня, так и оставалось загадкой.
Разумеется, этому феномену отсутствия обратной связи находили тысячи оправданий, вроде такого: "Получив сознание бога, божественный дух даоса теряет к миру смертных интерес и не желает как-то проявляться в нём, что-то доказывать своим бывшим единомышленникам и ученикам".
Очень удобно, чтобы "великое" учение и заветы наставников не подвергались критике. Это самое распространенное объяснение, почему обожествленные старцы не давали весточку из божественного мира, но что-то мне подсказывало, что несмотря на все свои увещевания, потеряв тело они просто уходили на реинкарнацию, как все обычные смертные, так как обожествление предполагает, что богом ты становишься при жизни и терять свой прототип совсем не нужно.
Ты можешь быть богом, но не обязательно этого мира, ведь у него уже есть свой хозяин и наместник. Максимум, можно оставаться в нём своим прототипом, если в этом есть какой-то смысл, ну, или отправиться в любой другой мир, куда захочешь переместиться. Мой заказчик и его Стремительная Астра были наглядным примером, что природа Небесных богов именно такова.
Совместить разные уровни сознания невозможно и появляются два сознания — божественное и человеческое и они продолжают сосуществовать на разных уровнях бытия и реализовываться в соответствующих их природе возможностях. Желание даосов-стариков отбросить своё бренное тело, что крепко закрепилось в учении о пути бессмертия, как обязательный этап перехода к божественной природе, было связано с их окончательным одряхлением и наступающим бессилием. Тело становится в тягость и тащит за собой в могилу с таким трудом созданную и упорно совершенствовавшуюся столетиями энергетическую систему.
Конечно старцам обидно, что они всю жизнь медитировали сознание бога, и в итоге оказались беззубыми развалинами, просравшими цветущую молодость на бесконечные дыхательные практики, зрелость на сидение в одиночестве на горе, а всё было впустую. Богами они так и не стали, даже на семью и создание потомков времени не нашли, так как они будут отвлекать, мешать своими проблемами вознестись, но открыто сожалеть и признаться в этом ученикам стыдно.
Как по мне, не хочешь срать — не мучай жопу! Не обязательно отказываться от того, что приятно и получать крохи понимания тяжким трудом, непонятно для чего устраивать аскезы и столетиями копаться в себе, пытаясь отыскать там то, чего там никогда не было. Хочешь стать богом — на это и медитируй! А желание ускориться, пройти путь быстрее и эффективней, это не демоническое безумие, а здравый смысл.