- Всего доброго.
Глава XXVI
- Ржавый якорь мне в жопу, сколько мы еще будем так сидеть? – Тарбен со стуком опустил глиняную кружку на выщербленную доску старого стола.
- Не зуди, Заноза, - Гленард усмехнулся поверх своей кружки. – Мы немало продвинулись за эти две недели.
- Продвинулись, как же… Я-то думал ты меня на бой зовешь, Гленард, мудозвону какому-нибудь промеж ног обухом наподдать. А мы всё сидим, циферки считаем, как счетоводы, прости-боги, какие-то. Да по горам яйца отмораживаем.
За маленькими низкими окошками сурово завывал студеный ветер, голодным волком скитаясь по темным узким переулкам. Выпавший вчера снег подтаял было днем, но сейчас, благодаря метели, превратился в плотную ледяную корку, делавшую передвижение по улицам маленького заснеженного городка практически невозможным.
Но внутри было тепло и, до определенной степени, даже уютно. Маленький отряд Гленарда полностью занял одну из двух таверн Ульсарха, «Ледяной лис», выгнав оттуда всех прочих посетителей к их огромному неудовольствию. Впрочем, хозяин таверны и постоялого двора был совсем не против – за каждый день постоя стражников он получал примерно столько же, сколько за неделю обычной работы. Не в накладе остался и владелец второй городской таверны «Пьяный мыш» (да, именно так), куда переместились все редкие завсегдатаи «Ледяного лиса».
Большая часть отряда в настоящий момент бездельничала в своих комнатах наверху. В таверне же, тускло освещенной несколькими свечами и огнем в большом камине, остались лишь пара стражников у дверей, Гленард с Тарбеном да Галхар с лейтенантом Джорресом, командиром местного отделения Тайной Стражи, скромным начитанным мужчиной лет сорока пяти, всегда говорившим тихим голосом и, к удивлению многих, являвшимся одним из героев Злой войны, не раз спасавшим и свой отряд, и мирных жителей.
- Зато, Заноза, у нас теперь есть, наконец-то, вся нужная нам информация. Счастье, что пограничная стража здесь исправно ведет записи всех проезжающих на север купцов. И счастье, что наши бьергмесские коллеги, с твоей помощью, любезно поделились с нами своими записями.
- Еще бы они не поделились, за такие-то деньги, вилы им в печень, скопидомы сухосранские.
- Расслабься Тарбен, будет нам с тобой бой еще. Ой, чую, будет. А пока, вон, пусть Галхар с Джорресом свою работу делают, выискивают нам этот бой. Мне казалось, что ты давно уже привык к тому, что работа в Тайной Страже – это, по большей части, бухгалтерия, и только на малую долю бои и погони.
- У нас в Плотхавте как-то всё же поживее бывает. Впрочем, возможно потому, что там всю эту бумажную работу делают всякие мои умники, а меня зовут, только когда нужно топором помахать или яйца кому на допросе отбить. Безделье, Гленард, безделье, вот, что меня убивает.
- Меня тоже, Заноза, - Гленард вздохнул. – Но что делать? Выпей лучше горячего вина. Если найдем то, что нам нужно, не думаю, что еще скоро удастся в тепле посидеть.
- Не хочу я твоего вина, Гленард, изжога у меня от него, - Тарбен раскатисто рыгнул. – Я, вон лучше холодненького пива еще выпью.
- И то дело.
В Ульсархе они сидели уже две недели. Тарбен прибыл в городок на следующий день после Гленарда, полный энтузиазма. Впрочем, огонь этот скоро угас после первой недели почти бесплодных поисков.
Всего в герцогстве Клафтхорд было четыре пограничных перехода на север, в сторону поселений бьергмесов. Крупнейший из них – здесь, в Ульсархе. Расчет Гленарда был на то, что пограничная стража записывает, когда, кто и куда поехал, и когда вернулся обратно. Нельзя сказать, что граница была оживленной. После новых Кратхольмских соглашений между Императором Славием и Королем Тарстеном, заключенных десять лет назад, товарооборот, конечно, вырос. Однако сравнить его с объемами торговли с тем же Кадиром и даже с племенами зорг даджидов на востоке было пока нельзя. В данный момент это было на руку, так как сокращало объем исследуемых записей, особенно сейчас, в середине зимы, когда дороги становились мало пригодными для передвижения тяжело груженных торговых повозок и саней.
Идея была в том, чтобы сравнить записи о тех купцах, которые покинули Империю, с записями бьергмесов о тех, кто проехал через их пограничные заставы. Из Клафтхорда купцы могли отправиться всего в три больших бьергмесских поселения: Стангхеде и Скиндбьерг, входящие в королевство Тарстена, и в город Виндельгранселе, контролируемый Королем Биргхиром (что, впрочем, официально не признавалось Тарстеном, считавшим и эти территории своими).
Если получение нужных записей в Стангхеде и Скиндбьерге прошло относительно легко, заняв лишь время на дорогу туда и обратно через продуваемые ледяными ветрами расщелины и холмы, то с Виндельгранселе пришлось потрудиться. Король Биргхир не испытывал теплых чувств к Империи и, соответственно, к Тайной Страже, поэтому помогать не хотел. Но золото всегда растапливает лед в сердцах, людских или бьергмесских, поэтому после долгих переговоров (а точнее, многоэтажной ругани) в исполнении Тарбена и после очень щедрой взятки (пятьсот золотых, огромные деньги, пришлось выгрести весь бюджет трех отделений Тайной Стражи) Гленард требуемые записи-таки получил. В итоге, появилась полная картина, которую сейчас и изучали за соседним столом Галхар с Джорресом.
Задача была найти тех купцов, которые покинули Империю, но не прибыли ни в один из бьергмесских городов. Логично было предположить, что единственным местом, куда они могли отправиться, было бы тайное убежище Джалила. Если же таких случаев не нашлось бы, это означало бы, что вся идея была неправильной, и нужно было бы придумывать что-то новое и начинать всё заново. Либо, что никакого убежища Джалила в этих краях не было.
- Гленард, - позвал Галхар.
- Да? – Гленард поставил кружку на стол и обернулся. – Что-то нашли?
- Может быть. Есть один купец, который каждый месяц покидает Империю, здесь, в Ульсархе. Ни в одном реестре бьергмесов, вроде не числится. Хотя с ними всё очень сложно, Гленард, многие записи неполные, многие имена не совпадают с имперским написанием. Некоторые могут отсутствовать из-за того, вероятно, что они заплатили бьергмесским пограничникам взятки вместо официальной пошлины. Но вот есть один, который уходит регулярно, нигде, судя по датам, у бьергмесов не появляется и через десять дней возвращается в Ульсарх.
- Интересно, - Гленард встал и направился к Галхару с кружкой в руке. – Возможно, это то, что нам нужно. Нужно проверить, как минимум.
- Здесь еще есть кое-что интересное. Напомни, как звали твою родную деревню? Волчья погибель?
- Она самая, а что?
- Есть много деревень с таким названием?
- Я знаю только одну.