– Все боги одиноки…
Утром Рахан подозвал Брата и ткнул пальцем в карту:
– Смотри.
– Семипалатинск, – прочитал тот название города.
– Именно, – подтвердил Ключник. – Жангиз-Тобе рядом с ним. Ума не приложу, откуда там Сатана. Не оставили же в спешке, в самом деле. Не исключено, что незадолго до войны опять смонтировали. Втайне. Еще вариант – вообще не убирали. Шумиху устроили, а сами оставили. На черный день. Замаскировали базу под заброшенную, и все такое. Политики – с них станется. А может быть, все это чушь. В любом случае гадать нечего – на месте посмотрим, разберемся.
– Мне тут подумалось…
– Что?
– Ты сказал – наведешь.
– Думаю, осилю.
– А где возьмешь координаты? С чего ты взял, что знаешь, где приземлится челнок?
– Попробую рассчитать. Против физики не попрешь. Оттуда, – Ключник посмотрел вверх, в то место, где по ночам зажигалась Звезда, – спуск вниз может быть произведен только по одной траектории.
– Лихо… ты уверен?
– Ну… – Рахан чуть замялся, – не то чтобы на все сто. Но широту просчитаем однозначно, а долготу можно будет подкорректировать по ходу. Главное – не прозевать момент отделения челнока.
– Задачка.
– А то!
– Мальчики! – окликнула разговаривающих Стерва. – Так мы идем?
Рус с Ванко уже заканчивали собирать вещи…
Каким оружием возможно сломить многократно сильнейшего противника? Мужеством и волей? Верой в победу? Надеждой на вмешательство высших сил? Молитвами и проклятиями. Ха! Десятитысячная армия, вооруженная лишь пращами, в ужасе падет ниц, услышав гром аркебуз трех сотен головорезов-конкистадоров. Один дракон играючи разметет Орду, и их жалкие стрелы не оставят даже царапины на панцире наездника. Нет, силе можно противопоставить только соизмеримые возможности. Кузнецы древности всю душу вкладывали в изготовление чудо-оружия, а недавние предки задействовали весь свой практически безграничный потенциал, породив дьявольское орудие возмездия. В далекой пустыне, окруженное песками и изредка задерживающимися на месте кустами перекати-поля, замаскированное под неприметную, покинутую всеми хижину, стоит строение. Видимая часть его – только дверь из стали в полметра толщиной с громадным колесом-запором. Но его подземная инфраструктура, все четырнадцать этажей, служат одной цели – обеспечению жизнедеятельности страшного творения…
– Оно? – Запыленное лицо Руса бороздили белые морщинки, начинающиеся в углах глаз и веером разбегающиеся к вискам.
– Похоже. – Ключник опустил закрывающий низ лица платок и прокашлялся.
Пыль. Наряду с иссушающим жаром именно пыль доставляла страдания в пути через пустыню. Это был даже не песок – мелкая взвесь, горьковато-соленая, как пот, который пропитывал одежду и выдубливал кожу. Брат предполагал, что это соль, оставшаяся на месте испарившихся в войну внутренних морей. Всяко бывает, но как может испариться море, Ванко, например, представить не мог. Собственно, моря в своей жизни ему повидать не довелось, поэтому приходилось верить на слово.
– И что? – Рус постучал по массивной створке. – Как открывать будем?
– Ничего. – Ключник ухмыльнулся. – У меня еще с Азаса кое-что осталось.
– Ого, там на льду ты знатный фейерверк устроил.
– Настоящий фейерверк еще впереди. – Рахан серьезно посмотрел на товарища. – Боюсь, его еще долго вспоминать будут.
Ключник копался возле двери около получаса.
– Там, за дверью, – Сатана? – вполголоса спросил Брата Ванко.
– Нет, Ван, не здесь. Тут пункт управления, отсюда ей можно отдавать команды.
– И она послушает?
– Послушает, просто надо уметь говорить на ее языке.