— Да уж. И могли ли мы подумать?..
— Даже в голову и прийти не могло, — усмехнулся Гленард. — А кстати, касательно важных решений. Что ты планируешь делать со всеми этими преступными герцогами? Надо же их как-то всё-таки судить за их поступки.
— Это одни из тех сложных решений, которые нужно принять очень быстро, и которые могут иметь непредсказуемые последствия в будущем, — поморщился Славий. — А что бы с ними сделал ты, Гленард?
— Интересный вопрос, — Гленард задумался. — Я бы, наверное, простил бывшего Маршала Диабара и герцога Геррига ан Клафтхорда. Они раскаялись и просили твоего прощения. Я бы удалил их лет на десять из столицы, но не наказывал бы строго. Юррена я бы или изгнал, или заточил бы на несколько десятков лет в каком-нибудь замке. Он убийца. Он, к тому же, подло убил не кого-нибудь, а двух герцогов Империи, один из которых был нашим другом. Вероятно, он должен как-то компенсировать это семье Мислава, его матери и брату. Или землями, или деньгами, или и тем, и другим. Но он, однако, еще и действительно неплохой правитель Глареана, на юге его уважают. Если его казнить, это вызовет ненужный подъем протестных настроений в южных герцогствах. Ты же знаешь, что все большие гражданские войны в Империи начинались с юга. Еще одной войны тебе, наверное, сейчас не нужно.
— А Тадеш? — задумчиво спросил Славий.
— Если честно, Тадеша я бы казнил, — пожал плечами Гленард. — Он такого натворил этой осенью. К тому же поднял прямо в столице мятеж, едва не перешедший в бойню и в войну. Его вина очевидна. Он неплохо правит Зведжином, но он всегда будет тянуть всё на себя. С ним не получится построить равных и взаимовыгодных отношений между севером и югом, к чему, совершенно разумно, ты стремишься. Казнь Тадеша все поймут. Это, по-моему, будет правильно и по тяжести им содеянного, и в назидание остальным.
— Возможно, Гленард. Твои мысли, как всегда, разумны, — Славий почесал затылок.
— Так как ты поступишь, друг? — поинтересовался Гленард.
— Пока не знаю, если честно, — пожал плечами Славий. — Донрен, Хорт, Ниара и ты советуете разные вещи. В чем-то вы совпадаете, в чем-то нет. Буду слушать вас, думать и решать.
— Хорошо, — кивнул Гленард. — Уверен, что ты примешь правильное решение, каким бы оно ни было.
— Эх, Гленард, мне бы твою уверенность… — грустно улыбнулся Славий.
— Ладно, демоны с ними, с мятежными герцогами. Скажи лучше, что ты решил по поводу Ниары?
— Ты имеешь в виду по поводу благородной графини Ниары ан Треудан ан Долидарель? — хитро улыбнулся Славий. — Хорошо, что ты спросил. Ты и Лотлайрэ приглашены на нашу с Ниарой свадьбу. Через неделю в Большом Храме. Маленькая скромная церемония. Только близкие люди и герцоги Империи. Кроме Геррига, Юррена и Тадеша, конечно.
— Вот как? — удивился Гленард. — Ты не хочешь устроить пышную императорскую свадьбу?
— Ну, сколько можно вводить казну в расходы… А если серьезно, то я не хочу, чтобы наш с Ниарой праздник омрачался разными разговорами и перессудами. А их будет немало. Потом сколько угодно. Но будет уже поздно.
— Донрен злится?
— Он недоволен, но согласился, что я имею право на такое решение. Даже помог договориться с Аксаной ан Плодэн об образовании в ее герцогстве нового графства Долидарель, примерно совпадающего с границами древних владений предков Ниары. Император, в моем лице, конечно, одобрил создание такого графства.
— А зачем тогда Ниаре титул Треудана? — удивился Гленард.
— Донрен считает, что так будет лучше. Долидарель формально молодое графство, даже слишком юное, и его титул немногого стоит, если честно. Титул же графов Треудана подтвержден многовековой историей. Мисси получила его от мужа, но до нее много действительно славных людей носили этот титул. Донрен думает, что если я возьму в жены графиню с таким почтенным титулом, это хоть как-то смягчит удар для имперской знати, пусть даже графиня эта альвийка и получила этот титул только сейчас.
— И какой из титулов основной?
— Треудан, конечно. Титул графини Долидарель — это, скорее, просто мой подарок Ниаре. В знак уважения к ее предкам.
— И, наверное, в знак уважения к альвам, живущим в Империи? — догадался Гленард.
— Зришь в корень, Гленард!
— Ну, и замечательно! — улыбнулся в ответ Гленард. — С радостью погуляем на вашей свадьбе.
— Что ж, Гленард, — хитро прищурившись, Славий налил себе еще вина из кувшина, — это звучит невероятно и удивительно, однако, похоже, что ты сейчас говоришь с самым могущественным человеком во всём мире. Ты оказал мне много поистине неоценимых услуг. И сейчас настало время поговорить о твоей награде. Какую же награду ты желаешь, Гленард, за твою преданность, за всё, что ты сделал для меня и для Империи, за годы твоей верной дружбы и за неоднократно пролитую тобой кровь?
— Ваше величество, — задумавшись на несколько мгновений, ответил Гленард, — я простой сын простого охотника из забытой Богами деревушки на самом северо-востоке самого северо-восточного герцогства Клафтхорд. Так получилось, благодаря, в том числе, и твоей неоценимой помощи, Славий, что я женат на прекрасной женщине, которая рождена в семье барона. Мой тесть носит баронский титул, который он передаст затем моему сыну. Я не хотел бы, чтобы мои дети когда-либо стеснялись того, что их отец безродный солдат, пусть и друг самого Императора. Посему в награду прошу у тебя землю и титул барона. Пусть мои дети будут детьми барона, а не детьми сына охотника.
— Я как раз сам тебе собирался это предложить, — Славий рассмеялся. — В Империи осталось много свободных баронств после Багряной весны. Полагаю, нужно подобрать тебе землю поближе к Рогтайху? Ты же теперь, наверняка, останешься здесь и будешь оберегать Империю вместе с Донреном в Главном Доме Тайной Стражи?
— Если честно, Славий, — покачал головой Гленард, — я решил покинуть Тайную Стражу.
— Как? Почему? — Славий изумленно вытаращил глаза.
— Ты знаешь, Славий, сколько лет я уже на службе. Я всё еще довольно молод, но почти половину всей своей жизни провел в сражениях. Сначала на войне, потом на юге, потом в Тайной Страже. Сколько всего случалось. Скольких я убил. Сколь многие пытались убить меня. Некоторым почти удалось. Я, наверное, наслаждался всем этим риском, опасностью, игрой со смертью. Но я устал. Очень устал, если честно. Я понимаю, что если я продолжу играть в эту игру, то рано или поздно, может быть, даже завтра, мне перестанет везти. И я умру. А у меня прекрасная, любимая и любящая Лотлайрэ. У меня сын, твой тезка. И Лотлайрэ снова ожидает ребенка…