– Хорошо, – я прочистила горло. – Спасибо, Пенни.
– Нет, это тебе спасибо. Без тебя я бы не справилась.
Когда разговор был окончен, между Роаном и мной возникла напряженность. Мы до сих пор не обсудили будущее, и неизбежность предстоящего выбора повисла над нами, словно облако, заслонявшее все остальное.
Превратится ли оно в тучу, которая зальет нас дождем?
Или облако рассеется и покажется голубое небо?
И хотя я была на девяносто процентов уверена, что хочу остаться, мне было непонятно, насколько это возможно. Независимо от моего решения, мне, вероятно, придется вернуться в Штаты, чтобы продлить разрешение на работу, и одновременно искать работу здесь.
И я все еще ждала, что Роан сделает тот шаг. Но он ничего не говорил. И не просил меня остаться.
Только когда мы остановились у магазина и вышли из внедорожника, я поняла, что мы так и не забрали Шедоу у Каро. Я бы спросила почему, но впервые с тех пор, как мы познакомились, Роан словно отгородился от меня. Когда мы зашли в магазин, выражение его лица было натянутым и мрачным, и это казалось настолько непривычным для него, что я не знала, что сказать.
Когда я поднималась по лестнице в квартиру, меня охватил приступ паники. Стараясь справиться с дрожью, я вошла в комнату и резко остановилась у обеденного стола.
Через четыре недели эта квартира больше не будет моей.
А Роан?
За моей спиной раздались его шаги, он подошел, обнял меня одной рукой за талию, притянул к себе и прижался лбом к моей спине. У меня перехватило дыхание, его рука скользнула вверх по животу, обхватила мою грудь и стиснула ее. У него вырвался глубокий стон. Я чувствовала, как его возбужденный член упирается мне в спину, свободной рукой он потянул меня за волосы, выгибая мне шею. Массируя мою грудь, он осыпал мою шею обжигающими поцелуями.
– Роан, – протяжно застонала я и потянулась к нему.
Он надавил своими сильными руками на верхнюю часть спины, и я легла на обеденный стол. Затем он раздвинул мои ноги своими.
Меня охватило возбуждение, я задрожала, для поддержки прижимая руки к столу.
Мы не произнесли ни слова. Было слышно лишь наше тяжелое дыхание и звуки расстегивающихся молний на моих шортах и его джинсах.
Я вздрогнула, когда он стянул мои трусики вниз и погладил ягодицы.
Роан ласкал и возбуждал меня, мое сознание отключилось, стоны становились все громче, приближая оргазм. Внутри все напряглось от надвигающейся кульминации. Роан прервался, до меня донесся звук шуршащей упаковки, и секундой позже он обхватил мои бедра и вошел в меня.
Ощущения переполняли: Роан то врезался в меня, то отступал назад, а я раскачивалась под ним, повторяя движение его резких толчков. Тугой комок внутри взорвался, я кончила. Его пальцы впились в меня, он стал двигаться быстрее и жестче, стремясь к собственной развязке.
Она была горячей и быстрой.
Но все было как-то иначе…
В этом было что-то отчаянное, такого у нас раньше не было.
Роан склонился надо мной и покрыл горячими поцелуями шею, одновременно поглаживая меня по бокам. Его грудь поднималась и опускалась у меня за спиной, рваное дыхание выравнивалось. Он нежно поцеловал меня в затылок, выпрямился и вышел из меня.
Меня беспокоило затянувшееся молчание, и я, не взглянув на Роана, поднялась со стола, чтобы привести себя в порядок. Однако когда я наклонилась за трусиками, Роан схватил меня за руку, чтобы остановить.
– Не надо надевать их, – произнес он низким голосом.
В глазах его читалось желание, и возбуждение накрыло меня новой волной. По всему моему телу пробежали мурашки. Мы переместились в спальню, где Роан раздел меня и занялся со мной любовью.
Этот медленный, томный, обстоятельный акт любви затронул самые глубинные струны моей души, а после мы лежали и смотрели в потолок, тяжело дыша, с влажной от пота кожей, наши ноги были переплетены. Я знала, что именно этого и хотел Роан. Он хотел проникнуть в меня так глубоко, чтобы я не смогла больше его отпустить. Я это знала, потому что у него получилось.
Теперь мне нужно было, чтобы он сказал те три-коротких-слова.
Глава двадцать третья
Когда я проснулась на следующее утро, Роана не было в квартире. Прошлым вечером он написал Каро и спросил, сможет ли она оставить Шедоу у себя на ночь. Мы так и не вышли из спальни, и я уснула в полном изнеможении.