— Как твое сердце?
Он не ответил, просто наклонился и поцеловал меня в лоб.
— Мне пора идти. Не беспокойся обо мне.
— Ты знаешь, что я все равно буду.
— Но все-таки попробуй. — Он наклонился и нежно поцеловал меня в губы. — Я люблю тебя — дважды.
— Я люблю тебя дважды, — эхом повторила я, не отрываясь от его губ. — Лэнд?
— Да?
— Не дай своим мыслям нас разлучить. Я всегда буду рядом, в любую минуту, когда это тебе понадобится. Всегда.
Мы попрощались, и я наблюдала из-за угла, как он садится в машину и уезжает. Меня охватило волнение. Он уехал с беспокойным разумом и тяжелым сердцем, и я понятия не имела, найдет ли он дорогу обратно. На днях мы говорили о нашем будущем, о сокращении пропасти между нами, но сейчас я чувствовала, что эта пропасть снова увеличилась.
И мысль о том, что Лэндон снова от меня отдалился — как физически, так и духовно, — разбивала мне сердце.
Глава 7
Лэндон
Когда я вошел в кабинет доктора Смит, она не закинула ноги на стол. Она не подбрасывала в воздухе мячик и не улыбалась своей глупой улыбкой. Она не попросила меня назвать три хорошие вещи, которые произошли за последние сорок восемь часов, и я был за это благодарен.
Мне нечего было сказать.
Она сидела и смотрела на меня так, словно хотела забраться мне в голову и понять, как сильно меня надломила смерть отца. Ответ: очень.
Раны оказались настолько глубоки, что больше всего мне хотелось притвориться, будто их не существует.
— Лэнд?
— Пустота, — оборвал я ее.
— Что?
— Вот что я чувствую. Я чувствую себя опустошенным. Я не знаю, действуют ли мои лекарства, потому что я ничего не чувствую. Только пустоту.
Она кивнула:
— Отчаяние — нормальное чувство после смерти близкого человека.
— Нет. Вы меня не поняли. Я сказал, что чувствую пустоту, а не отчаяние.
— Да, я знаю, но иногда эти две вещи легко перепутать.
— Не решайте за меня, что я чувствую! — рявкнул я, вцепившись руками в подлокотники.
Мгновенно почувствовав сожаление, я закрыл глаза.
— Извините. Я не хотел срываться.
— Нет, это хорошо. Гнев — это хорошо. Знаешь почему? Потому что, если ты срываешься, значит, ты не опустошен. Я думаю, что твои чувства противоположны пустоте, Лэндон. Я думаю, ты чувствуешь слишком много. Прямо сейчас ты испытываешь все существующие на свете эмоции и не можешь с ними справиться. Ты находишься в режиме перегрузки, и из-за этого тебе кажется, что ты не способен ни на что повлиять.
— Как мне это исправить? — прошептал я сквозь стиснутые зубы. — Как мне исправить себя?
Она вздохнула и потерла лоб:
— В первую очередь тебе нужно осознать, что ты не сломлен — ты скорбишь.