– Из-за чего драка, мальчики? – равнодушно спросила директор.
– Я шёл по коридору, а он накинулся на меня, словно безумный! Затащил под лестницу и избил! Ещё и плюнул на пиджак дорогой… – затараторил очкарик.
– Что значит словно? – улыбнулся Лёша.
– Он даже не отрицает, что имеет проблемы с психикой! Его надо в «дурку»!
– Спокойно-спокойно, обо всём по порядку. Лёша, зачем ты побил Вениамина?
– Я его не трогал. Он упал с лестницы, а я хотел помочь. Даже руки ободрал, пока его поднимал, – парень показал содранные костяшки.
– Врё-ё-ёт! – голос отличника сорвался на фальцет.
– Ладно, Веня, иди на урок, сейчас мы с Лёшей поговорим с глазу на глаз.
– До свидания. – Вениамин гордо покинул кабинет.
– Ох, ну и что мне с тобой делать, Алексей? – спросила директор, массируя переносицу. – От тебя и так все шарахаются как от огня, так почему ты продолжаешь избивать других учеников?
– Не знаю, – пожал плечами он.
– Мы с тобой знакомы давно. Я очень не хочу доходить до крайних мер и привлекать полицию. Это сильно отразится на репутации школы, как и на твоём будущем. Впрочем, ты парень взрослый, сам прекрасно понимаешь, что «зэков» на хорошую работу не берут. Так что у меня есть предложение для тебя.
– Какое?
– Если ты так любишь драться, то приходи на соответствующую секцию. Я рассказала о тебе своему знакомому. Он бывший боксёр, тренер со стажем. Может, хотя бы после тренировок у тебя не останется сил бить других?
– Пожалуй, откажусь.
– Если вопрос в деньгах, то занятия совершенно бесплатны. Мой знакомый позаботится о тебе. Вот адрес. Тренировки каждые среду и пятницу, с 18:00 до 19:30. – директор оторвала листок из блокнота и что-то написала.
– Спасибо, но нет. Не хочу.
– Значит, всё-таки придётся обратиться в полицию?
– Вам кто-нибудь говорил, что у вас прирождённый дар убеждения? Обязательно схожу. – Лёша взял листок бумаги с адресом. Размашистым, каллиграфическим почерком, было написано название какой-то улицы и время.
– Свободен. Надеюсь, что этот разговор больше не повторится.
– Всего хорошего, – Лёша вышел из кабинета и, закрывая дверь, не понял, скрипнули это петли или его зубы.
Отсидев ещё несколько уроков, он пошёл домой. Октябрь выдался холодным, с сильным, настырным ветром, что так и норовил спрятаться под курткой, словно тоже хотел согреться. Листья уже начали желтеть, но красивого осеннего пейзажа не получалось. В этом году они не желали задерживаться на деревьях, их целью было опасть и сгнить под ногами случайных прохожих. Голые ветки деревьев напоминали иглы на фоне серого, затянутого тучами неба. Они хотели его проткнуть, распороть и посмотреть, что внутри. Лёша сильнее запахнул тонкую, изодранную куртку, чтобы хоть немного согреться. По пути зашёл в магазин, где купил кефир, колбасу и хлеб – его ужин на сегодня. Подходя к дому, услышал музыку – праздник снова в самом разгаре. Поднявшись по страшным бетонным ступенькам, ощутил рукой холодную сталь металлической двери без магнита, далее следовали обшарпанные, выцветшие стены, которые когда-то были наполовину белыми и синими, родная картонная дверь – он дома.
Квартира, в которой жил Лёша со своим отцом, представляла из себя маленькую, двухкомнатную каморку. Заходишь и почти сразу же попадаешь на кухню. Узкий коридор, две двери: одна ведет в Лёшину комнату, другая – в отцовскую. В них помещалось лишь самое необходимое: кровать, тумбочка, у Лёши ещё был стол и стул. Не развернуться.
Проворачивая ключ, Лёша чувствовал вибрацию музыки. На мгновение по всему подъезду разнеслась одна из композиций «Сектора Газа», затем дверь захлопнулась. На кухне во всю разворачивалось веселье. Пьяный отец заливался хохотом в компании своих друзей алкашей. В воздухе стоял запах спирта и перегара. Аккуратно повесив куртку, Лёша хотел проскользнуть в свою комнату незамеченным, но не тут-то было:
– Алексей! А поздороваться с папкой? – крикнул отец – худой, можно сказать, высохший мужчина средних лет. Он сидел на кухне и веселился, покручивая ус.
– Привет, пап.
– Чё как не мужик-то? А за руку со всеми? Как я тебя воспитывал? – заплетающимся языком сыпал вопросами отец.
Ничего не оставалось, кроме как втиснуться в крохотную кухню и помацать шершавые руки пьяниц. В одном из стеклянных взглядов всплыло удивление:
– Слушай, а не ты ли на неделе с Семёнычем…
– Нет. Вы обознались, – сверкнул злыми глазами Лёша и сжал руку с такой силой, что что-то хрустнуло.