— Невероятно, — пробормотала я, скрывая покрасневшее лицо в руках.
— Простите, не хотела вас прерывать, — сказала Адриана, но я слышала в ее голосе смех. — Я… знаете, неважно.
Мне хотелось умереть.
— О нет, — возразил Алекс, забавляясь нашим положением, — уже чертовски поздно, так что давай спрашивай.
Она засмеялась.
— Да, пожалуй, ты прав. Мне просто интересно, как ты хочешь, чтобы мы поступили с Сойером и Леном.
— Бля, я забыл об этих придурках. Можешь написать, что дела пошли по другому пути, и чтобы парни как можно скорее убирались из страны?
— Безусловно, Александр, — что-то в ее тоне привлекло мое внимание. Глянув между растопыренных пальцев, я наблюдала, как она наклонилась и взяла его за руку, легонько проведя по ней пальцами и слегка сжав. — Мы же семья.
Все случилось мгновенно. Внутри вскипела ревность, пульсируя в венах, и проникла до самых костей. Покалывающее и неприятное ощущение, раздражавшее кожу, превращавшееся в ненависть к этой женщине, продолжавшей прикасаться к моему Алексу.
Мой!
Я враждебно прищурилась, сверля взглядом воображаемую дыру в ее голове и наслаждаясь видением, устраняющим мою проблему одним нажатием курка.
Гладит.
Улыбается.
Мышцы напряглись до боли, медленно тянулись секунды, пока я ждала, когда Адриана уберет руку прежде, чем поддамся убийственным мыслям.
Обнимает.
Смеется.
Пальцы дергались в поисках решения, настойчивый голос в голове звучал все громче и более разъярённо.
Мой. Мой. Мой. Мой. Мой. Мой. Мой. Мой.
Ненависть прожигала меня изнутри, пока сил больше терпеть не осталось, и я сорвалась.
— Почему бы тебе, блядь, не убрать свою гребаную…
— А, черт! — перебил меня Алекс, схватил за рукав и потянул через сидение. Я все еще говорила Адриане, куда ей засунуть свою руку, когда он, как тряпичную куклу, вытащил меня из машины на холод.
— Отпусти меня! — я пиналась и брыкалась, пытаясь освободиться. Но в итоге я упала на его грудь, окунувшись в аромат кожи и хлопка. Он обнял меня, удерживая на месте. Мне было так тепло, а от него так хорошо пахло, но это лишь уловка, чтобы меня контролировать.
Дождь прекратился, и теперь с небес спускались брызги воды, больше похожие на туман.
— Час тридцать, — повторил Алекс Питеру и захлопнул дверь ногой.
Я отстранилась, но он тут же притянул меня обратно.
— Не отвлекайся, — произнес Питер.
— У нас все отлично, разве нет, детка? — спросил Алекс, отклонившись и посмотрев на меня.
Хотел избавиться от зрителей.
Я натянуто улыбнулась.
— Конечно.