— Просто продолжай в том же духе, — прошептала она.
Норт начал говорить, поблагодарив всех за то, что пришли, и сказав, что хочет, чтобы каждый мог высказаться.
— У нас нет никаких модных микрофонов или аудиовизуального оборудования, поэтому нам придется делать это по старинке — кричать.
Холли оглядела толпу, у нее пересохло во рту, когда ее глаза встретились с глазами Джоша. Ее глупое, предательское сердце начало биться о грудную клетку, когда она увидела, как непринужденно он выглядит. Он был одет небрежно, его крепкий торс обтягивал серый кашемировый свитер. Его волосы были взъерошены, как будто какая-то женщина провела по ним пальцами.
На его губах заиграла полуулыбка, и он впился в нее взглядом, отчего ей стало жарко, как будто она отдыхает на Гавайях, в то время как она сидит здесь, в Винтервилле.
Почему он всегда должен выглядеть так хорошо?
И почему мое тело реагирует на него каждый раз, когда мы вместе?
— Холли, — пробормотала Эверли за плечом Аляски, наклоняя голову к Норту. — Он только что попросил тебя представиться.
Норт поднял бровь, проследив направление ее взгляда прямо на Джоша Гербера. Затем оба мужчины уставились друг на друга, и в их взглядах не было ни капли тепла. Только ледяная неприязнь.
Ух.
— Привет всем, — Холли попыталась улыбнуться. — Думаю, большинство из вас меня знает. Я Холли Винтер. Я провела здесь большую часть своего детства, и, как и вы, я хочу сохранить этот город таким, каким его построила моя бабушка.
— В детстве она трижды побеждала на математическом конкурсе штата, — выкрикнул Фрэнк Ричардс. Уголком глаза она заметила, что Джош ухмыляется.
Пожалуйста, не надо.
Вознесла она молитву к небесам, но Фрэнк все равно встал.
— Эй, Холли, сколько будет пятьдесят пять умножить на семьдесят шесть?
Ее сердце замерло.
— Четыре тысячи сто восемьдесят.
По меньшей мере тридцать человек достали свои телефоны и начали нажимать на них, несомненно, проверяя ее арифметику. Когда они посмотрели вниз на свои экраны, все они издали небольшой «ох».
— Видите? Она гений математики, — провозгласил Фрэнк. — И всегда была им.
Холли пристально посмотрела на Норта.
— Может, нам стоит поторопиться?
— Да, стоит, — он глубоко вздохнул. — Итак, давайте начнем встречу. У кого есть хорошая идея, как остановить разрушение Винтервилля?
***
Джош откинулся на спинку кресла с бархатной обивкой, устремив взгляд на Холли. На ней были джинсы, облегающие ее изгибы и ярко-красный свитер в тон помаде. Каждый раз, когда она двигалась, ее волосы вспыхивали в свете прожекторов, направленных на кузенов Винтер, освещая ее темные, ниспадающие волны.
И каждые несколько минут ее глаза ловили его взгляд, и он чувствовал, как по телу пробегает дрожь.
Он не мог вспомнить, когда в последний раз ему было так хорошо. Конечно, формально он был здесь врагом, и все были очень осторожны, не называя его имени. Но это было похоже на просмотр фильма. Как будто Джордж Бейли ожил и отчаянно пытался спасти Бедфорд Фоллс, пока большой плохой мистер Поттер не превратил его в Поттерсвилл.
Что технически делало его засранцем, но он забыл об этой маленькой детали.
— Мы должны привлечь внимание, — крикнул один из молодых людей в переднем ряду. — Поговорить с газетами и телеканалами. В это время года они любят истории о человеческих судьбах.
Эверли кивнула, выражение ее лица было серьезным.
— Это хорошая идея. Но им нужен крючок. Что бы это могло быть?