Джош наклонился вперед и похлопал Долорес по плечу.
— Они могли бы устроить шоу в театре, как это делала Кэнди. Об этом бы точно написали, — его голос был тихим, потому что он ни за что не хотел, чтобы его кто-нибудь услышал. Он хотел, чтобы Долорес взяла эту идею и озвучила ее от своего имени.
Она моргнула.
— Да, это замечательная идея.
Он кивнул на сцену.
— Вы должны сказать им.
Взволнованная, она подняла руку. Норт поманил ее к сцене, потому что никак не смог бы услышать ее. Долорес прошла по проходу и остановилась на краю сцены, где прошептала что-то на ухо Эверли.
Эверли моргнула, затем посмотрела на Джоша. Тот отвел взгляд, выражение его лица стало скучающим.
Если бы спросили его, почему он предложил это, он бы ответил, потому что ему нравилось наблюдать, как они борются против него. Конечно, он не хотел дурной славы, но это может быть и положительным моментом. Привлечь хорошее внимание к Винтервиллю.
В любом случае, они могли получить сколько угодно огласки и все равно не смогли бы остановить реконструкцию. Этот город и все в нем принадлежало ему. Или будет принадлежать, как только закроется сделка.
И нет, это не имело никакого отношения к тому, как все пятеро возбужденно перешептывались друг с другом. Как и к тому, что Холли теперь постоянно смотрела на него.
И уж точно ничего общего с тем, как кровь приливала между бедер, когда их взгляды встречались.
Он неловко переместился на своем сиденье, скрестив ноги, чтобы скрыть эффект, который она на него произвела. Эверли вскочила на ноги, увлекая за собой Аляску и Холли, а Гейб и Норт наблюдали за происходящим.
— Дамы и господа, — обратилась Эверли к залу, ее глаза сверкали. — Долорес пришла в голову замечательная идея. Мы собираемся устроить шоу!
Глава 11
— Это была твоя идея, не так ли? — спросила Холли Джоша. Собрание закончилось, и театр был пуст, кроме Эверли и Норта, которые все еще находились в зале. Гейб и Аляска вернулись в гостиницу, оставив Холли запереть входные двери.
— Что было моей идеей? — Джош намеренно задержался, пока все не ушли. Не потому, что хотел подслушать, а потому, что его чертовски тянуло к ней, и это было не смешно.
— Устроить шоу. Долорес что-то сказала Эверли о том, что ты предложил это.
Он пожал плечами.
— Кажется, я сказал что-то вроде «надеюсь, они не будут устраивать шоу, потому что это будет еще одна вещь, с которой я не хочу иметь дело», — было удивительно, как непринужденно ложь соскользнула с его языка. И как он наслаждался не верящим взглядом Холли.
— Почему ты предложил это? — упорствовала она.
Он пожал плечами.
— Я только что сказал тебе, что не хочу этого. Я сказал, что не хочу, чтобы это случилось.
Холли вздохнула.
— Ты чертовски раздражаешь, знаешь это?
— Прямо, как ты, девушка с потерянной памятью, — не думая, он сунул руку в карман джинсов, большим пальцем погладив гладкий камешек, который туда положил. Слишком поздно он понял, что Холли смотрит на его движения.
— Ты смотришь на мою промежность? — пробормотал он.
Ее щеки порозовели.
— Конечно нет, — она подняла глаза на него. — Я просто хочу знать, что у тебя в штанах.
Он поднял бровь и изо всех сил старался не рассмеяться.