Битва за Ладогу: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Что еще за Гиперборея такая, Лаврентий? Ведь это страна из древнегреческих мифов и легенд, насколько я знаю, — произнес Сталин, нервно покручивая свою трубку.

Берия подтвердил:

— Да, товарищ Сталин, это легендарная северная страна, давно погибшая, наподобие Атлантиды или Лемурии, которых не существует уже многие тысячелетия, а остались лишь названия в древних мифах. Но, никаких материальных свидетельств, подтверждающих легенду, не находили.

— Так вот же тебе материальные свидетельства, Лаврентий, Гиперборейский полк и шагающие танки из камня. Или тебе и таких свидетельств мало? — сказал Сталин, прищурившись.

— Может, стоит арестовать бойцов этого полка и допросить? — предложил Берия.

Сталин внимательно посмотрел на наркома и проговорил:

— Нет. Я против, Лаврентий. Не вздумай действовать жестко! Это уже сфера международных отношений затрагивается. Если предположить, что Гиперборея существует, а этот полк является частью ее вооруженных сил, то, считай, что мы де-факто вступили в союзнические отношения с иностранным государством. И мы даже не знаем, что эти иностранцы еще могут. Если эта та самая древнейшая страна, то у них, наверняка, сильный военный потенциал. Вспомни, что их шагающие танки за пару дней разбили несколько финских дивизий под Петрозаводском. И непонятно пока, как эти гиперборейцы из-под холмов появляются. Там тоже какая-то особенная технология применена. Попробуй разведать, но осторожно, дров, смотри, не наломай. В любом случае, раз они помогают нам бить неприятеля, значит, точно не враги. Да и то, что говорят по-русски, меня обнадеживает. И я чувствую, что за ними стоит сила. Да и на белогвардейцев, вроде бы, они не похожи, раз носят нашу форму и красные звезды. А вот насколько они искренние друзья Советскому Союзу, мы еще посмотрим. Меня сейчас больше волнует, что на прямой контакт с ними вышел Мерецков, ничего нам не доложив. Получается, что за нашей спиной договорился. Нехорошо с его стороны. Что нового по нему тебе известно?

Берия сказал:

— Ничего особенного, кроме того, что я вам зачитал. Командарм-7 навел порядок в Петрозаводске, действуя быстро и решительно, пустив по городу вооруженные дружины ополченцев с полномочиями расстрельных команд, что позволило преодолеть хаос в городе. А еще Мерецков явно о чем-то с гиперборейцами договорился, раз они прислали помощь к Петрозаводску сразу после посещения генералом их полигона возле Красной Пряжи. Кстати, кроме шагающих танков, у гиперборейцев замечены и необычные каменные бронетранспортеры с шестью ногами.

— Хм, с шестью ногами, говоришь? Это интересно. Даже немцы ничего подобного не разрабатывали. Есть предложение позвонить товарищу Мерецкову и послушать, что он нам расскажет, — сказал Верховный.

Подключившись к Живому Камню, командарм получил множество новых возможностей. Будучи человеком практическим, крестьянского склада, Мерецков сразу решил обратить свои новые способности и умения для пользы всей своей армии. Обнаружив у самого себя интересную особенность, позволяющую подключать к системе Гипербореи новых людей, он первым делом решил вопрос со связью. Проблема управления войсками, постоянно возникающая из-за отсутствия возможности в критический момент передать важные сообщения и распоряжения, от которых зависели жизни людей, давно уже волновала генерала.

Вызвав командиров, которым доверял, пройдя с ними еще Зимнюю войну с финнами, Кирилл Афанасьевич пожал каждому из них руку, передав через рукопожатие заряд, пришедший к нему от Живого Камня. И уже через несколько секунд все эти командиры получили возможность связываться друг с другом телепатически. Они стояли ошарашенные, не зная, что и сказать, прислушиваясь к словам генерала, звучащим прямо внутри головы. А командарм передавал им мысленное сообщение:

— На помощь нашей седьмой армии неожиданно пришли союзники из Новой Гипербореи. Это страна, которая находится в параллельном мире. Там живут такие же русские люди, как и мы. Но у них, в отличие от нас, есть еще древний и очень мудрый Живой Камень, разумное существо с кремниевым организмом, которое поддерживает людей и стремится к симбиозу с ними. Узнав, что у нас идет война, они сделали переход в наш мир и прислали не только свой Гиперборейский полк с отличной артиллерией и с шагающими танками из гранита, но и дали нам свои удивительные технологии. Благодаря им, мы теперь сразу избавимся от проблем с нашей ненадежной связью и сможем передавать друг другу мысленные сообщения на любом расстоянии. Такую связь враг не только не сможет подслушать, но и помешать ей никак не способен. И пусть каждый из вас пришлет ко мне своих доверенных людей, чтобы я мог подключить и их к этой новой системе связи и управления войсками.

В это время в своем штабе под Сортавалой штурмбанфюрер СС Карл Шнитке писал в очередной докладной записке для руководства Аненербе:

«В сражениях на земле Карелии мы столкнулись с абсолютно новым типом боевых машин, с шагающими танками из гранита. Впервые против немецких и финских войск русские применили подобные танки, возвышающиеся на 12 — 15 метров и вооруженные автоматическими пушками калибром 2,3 см. На поле боя эти многотонные машины из камня продемонстрировали почти полную неуязвимость. За время всей нашей военной кампании, начиная с 1939-го года, мы еще никогда не сталкивались с таким серьезным превосходством техники противника.

Наши противотанковые орудия и другая полевая артиллерия оказались бессильны остановить продвижение подобных боевых машин. Их монолитную броню не способны пробить даже зенитные орудия калибром 8,8 см, которые хорошо зарекомендовали себя против тяжелых русских танков КВ. Эффективность продемонстрировали лишь бомбы массой в полтонны, примененные пикировщиками люфтваффе. Точной бомбардировкой тяжелыми бомбами самолетам майора фон Гегенбаха у населенного пункта Эссойла удалось уничтожить три подобных шагающих танка русских. Но, конструкцию изучить не удалось, поскольку все три машины имели очень эффективную систему самоликвидации, которая превратила тяжелые шагающие танки в обычный гранит.

Все это тем более опасно, что точное происхождение этих шагающих боевых машин из камня до сих пор не установлено. Разведка до настоящего момента не смогла прояснить этот вопрос. У офицеров моей группы имеется рабочая гипотеза, что нам противостоят каменные чудовища, имеющие происхождение из древней страны Гипербореи, с которой русские наладили контакты и вступили в какой-то сговор. Но и это наше предположение пока не доказано. Между тем, в последние дни приходят тревожные сообщения с линии боевого соприкосновения, из которых ясно, что противник уже располагает не только высокими тяжелыми шагающими танками, но и подобными машинами поменьше и полегче, высотой, примерно, 4-5 метров, а также шагающими бронетранспортерами с гранитной броней. Учитывая все эти факты, считаю необходимым в кратчайшие сроки разработать оружие для противодействия вражеской шагающей технике».

Глава 3

Обратный путь лодочного каравана Фадеев помнил плохо. Руководитель экспедиции Виталий Покровский делал ему уколы с обезболивающими препаратами, отчего почти все время Александр находился в полубессознательном состоянии, проспав большую часть пути, который лодки прошли на моторах против течения Кусачей. Тогда ему снились кошмары. Люди-обезьяны наступали на него со всех сторон, вооруженные даже не каменными молотами и обсидиановыми ножами, а самыми настоящими немецкими автоматами. Да еще и каски у них на головах были надеты немецкие, но почему-то оборудованные рогами. И эти зверолюди наседали со всех сторон, но не стреляли, а зачем-то пытались схватить его своими клыкастыми пастями.

После неудачного завершения экспедиции, капитан второго ранга Александр Фадеев очутился в госпитале. Некоторые из порезов, нанесенных ему в схватке у бобровой плотины звероподобной женщиной, оказались очень глубокими. К тому же, в раны попала инфекция, отчего воспаление охватило всю левую руку. Началась лихорадка, а рука ужасно распухла, сильно болела и перестала слушаться. Как сказал хирург Виктор Сергеевич Семенов, главный врач госпиталя, лично осмотревший моряка, как только моторные лодки возвратились к деревянному причалу, выстроенному напротив пещер колхоза Красный Посев, очень острый нож из обсидиана перерезал сухожилия. Левый бок у капитана тоже пострадал, но порезы там воспалились не сильно, потому что не были столь серьезными, как на левой руке.

В госпитале Александру Фадееву немного полегчало. Его положили на удобную койку в палате интенсивной терапии, вкололи какие-то лекарства и поставили в вену здоровой руки иглу капельницы с длинной трубкой, идущей от большого прозрачного пакета с жидкостью, свисающего с высокой металлической стойки. Вокруг стояли какие-то необычные приборы с цветными экранами. А медицинский персонал оказался спокойного и доброжелательного нрава. Никакой суеты не ощущалось, атмосфера казалась совершенно умиротворенной. В то же время, во всем чувствовалась четкая организация лечебного процесса. И лечение помогало. Лихорадка постепенно проходила, отек спадал, а боль в левой руке уменьшалась.

В интерьере госпиталя повсюду был природный камень. Стены, потолки и полы блестели полированным гранитом, подсвеченным мягким электрическим светом точечных светильников, утопленных в потолочную поверхность. Лежа на койке, Фадеев чувствовал ужасную слабость, но находился в сознании и постоянно мысленно снова и снова прокручивал ту нелепую ситуацию, где он отчаянно защищался от звероженщины, вооруженной обсидиановым ножом. Он не успел тогда выхватить пистолет из кобуры, да еще и неловко свалился в воду, оказавшись один на один с дикаркой полуобезьяньего вида. И самые жестокие удары ее ножа приняла в тот момент на себя именно его левая рука, которой он пытался парировать атаку. Конечно, благодаря этому, обсидиановое лезвие причинило мало вреда телу капитана. Вот только в отношении того, что он сможет владеть левой рукой, как прежде, врачебные прогнозы не предвещали ничего утешительного. Успокаивал себя Фадеев лишь тем, что и у товарища Сталина левая рука больная. Ходили слухи, что он в детстве угодил под фаэтон, но были и другие, которые сообщали, что Сталин пострадал в пору революционной юности на демонстрации рабочих, приняв на себя удар конных жандармов.

Жуткое лицо местной жительницы с длинными рыжими волосами, зачесанными назад, с вполне человеческими большими серыми глазами, с густыми бровями и длинными ресницами, с достаточно тонким курносым носом и с веснушками на щеках, но с обезьяньей челюстью, со звериным оскалом и крупными клыками, до сих пор стояло перед Александром. Жуткая баба возникала перед ним всякий раз, едва он закрывал глаза. И мысленно он еще и еще раз внимательно рассматривал ее, вспоминая все подробности, серую кожу, покрытую мокрой рыжей шерстью, и пухлые розовые груди с крупными малиновыми сосками, торчащие вперед, словно мордочки каких-то отдельных животных, выглядывающих из-под волосяного покрова, покрывающего тело агрессивной аборигенки.

Происшествие у бобрового домика выявило всю серьезность ситуации, в которой оказались переселенцы, перебравшиеся в новый мир из 1941-го года, да и те, кто пришел из 2020-го, тоже разделяли опасения. Ведь выяснилось, что на неисследованной территории проживает местное население. И это, пусть и дикари, но не какие-то пигмеи, а огромные и очень сильные человекообразные существа, внешне напоминающие помесь людей с гориллами. Но, вполне разумные, в отличие от обезьян, умеющие изготавливать, по крайней мере, каменные молоты и ножи из обсидиана. И эти местные дикари весьма агрессивны к пришельцам. Пусть даже огнестрельное оружие решило на этот раз исход схватки в пользу людей, но все помнили, что двое матросов в этой стычке погибли, разменяв свои жизни на жизни аборигенов. Да еще и двое раненых у людей оказалось: сам Фадеев и матрос Иванцов. И это при том, что со стороны дикарей напали лишь двое. А если их целое племя нападет, то сколько тогда будет жертв?

Сначала Фадеев лежал под простыней совершенно голый, но после того, как Александру немного полегчало, ему выдали синюю госпитальную пижаму, а медсестра сообщила, что все его немногочисленные вещи остались в специальной камере хранения. Вскоре в госпитальной палате его навестили Виталий Покровский и Марина. Они рассказали раненому капитану, что бобровую хижину все же исследовали тогда перед самым отплытием. И в ней нашли от гигантских бобров только бобровые кости и шкуры, которые использовались дикарями в качестве подстилок и одеял. Получалось, что пара аборигенов прикончила хозяев плотины и заняла их удобный домик, окруженный водной преградой. Как понял Фадеев из разговоров с посетителями, состояние раненого матроса по-прежнему оставалось тяжелым.

Марина и Виталий принесли фрукты, которые произрастали в окрестностях. Пока они находились в экспедиции, крестьяне, оказывается, осваивая прилегающие пространства, уже набрели не только на привычные ягоды и орехи, но и на дикие сады яблок, абрикосов, инжира и апельсинов, а также обнаружили высокую банановую траву с мелкими, но сладкими бананами. И теперь в колхозе Красный Посев царило такое пищевое разнообразие, словно коммунизм колхозники уже построили. Все объедались местными фруктами и насыщались витаминами сколько хотели.

Дела у Поликарпа Нечаева с каждым днем шли все лучше. Владения колхоза расширялись и благоустраивались, а колхозники все больше прислушивались к советам бухгалтера, к которому они поначалу относились с некоторым подозрением, припоминая, что его старший брат Еремей воевал на стороне белых в Гражданскую, да еще и пеняя Поликарпу, что он беспартийный. Партактив до сих пор пытался саботировать некоторые его решения, стараясь навязать коллективу избрание нового председателя. На место Нечаева хотели выдвинуть партийного активиста Сергея Терентьева, которого решением партсобрания уже назначили начальником всех охотников и заготовителей. Но, Нечаева спасало от расправы партийцев то важное обстоятельство, что его непосредственно поддерживал Аркадий Игоревич Игнатов.

А профессор чем дальше, тем помогал Нечаеву все больше. Игнатов не только организовывал поставки колхозу всего необходимого для поддержания жизнедеятельности, но и старался делать очень многое ради развития хозяйства. Лично выезжая для осмотра новых территорий, расчищенных от леса в излучине реки, профессор определялся на месте, что еще следует добавить из оборудования. Последним и очень важным подарком колхозу явились шестиногие каменные машины. Конечно, поначалу все шарахались от такой необычной техники. Но, колхозники быстро привыкли к ней, потому что управлялась она совсем легко, простыми голосовыми командами, не требовала никакого обслуживания, а лишь подзарядку возле скал. И подобная техника с ногами вместо колес или гусениц показала себя чрезвычайно полезной.

Гранитные шагающие машины выполняли в колхозе много различных функций, заменив трактора, грузовики и экскаваторы. Четко повинуясь голосовым командам, они могли выдвигать вперед ковши-ножи, как у бульдозеров, только каменные. С их помощью шестиногая техника расчищала и выравнивала территорию, а также делала насыпи и рыла траншеи там, где необходимо. А еще шестиноги использовались в качестве очень вместительных грузовиков для перевозки не только людей и грузов, но и скота по пересеченной местности. Они передвигались не быстрее обычных лошадей, но проходимость по бездорожью демонстрировали просто удивительную. К тому же, своими каменными ногами шестиноги могли прекрасно утрамбовывать грунт, создавая ровные площадки, необходимые под строительство домов, и прокладывая грунтовые дороги. Сельчане понимали, что и пахать на такой шагающей технике можно будет легко. Вскоре все колхозники не просто привыкли к новинкам, но и отчетливо осознали полезность нового вида транспорта. Оценив преимущества мощных и неприхотливых гранитных шестиногов перед обычными тракторами, люди уже не могли нарадоваться каменным машинам.

Разумеется, профессор Игнатов не просто так озаботился созданием каменной техники для гражданских нужд. Необходимость интенсификации всех работ назревала по мере роста населения Новой Гипербореи. Ведь потоки беженцев постоянно приходили снаружи из разоренных войной поселков и деревень. До войны в местах боевых действий Гиперборейского полка населения имелось не так уж и много, да и большинство из жителей успели эвакуироваться. Но, все равно, мирных людей на тех территориях Карелии, где приходилось продвигаться гиперборейцам, оставалось еще немало. Нищие и оборванные, обворованные и униженные оккупантами, испуганные и голодные они вынужденно ютились по полуразрушенным домам и погребам.