Победитель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Голова и шея у комиссара не двигались, а потому он противоестественно сильно повращал глазами — осмотрелся.

Порывшись в бумагах и книжечках, Георгий Евгеньевич почитал кое-что и сказал благодушно:

— Что имеете мне сообщить, Спиридонов... Яков Павлович? Комиссар помигал и сказал рвано и хрипло, удивляясь тому,

что не слышно и его голоса:

— Громче говори. Ни хрена не слышу.

Повторять криком полуернический вопрос было неприлично и поэтому Георгий Евгеньевич проорал бессмысленно:

— Кто такой?!

Спиридонов понял и усмехнулся.

— Ты про меня все в бумажках прочитал. Чего ж спрашиваешь? Фельдфебель стоял здесь же, у дверей, слышал все, и офицер

разозлился. И закричал уже по-настоящему:

— Часть? Потери? Куда отходите?

— Вот этого я тебе не скажу, — серьезно ответил Спиридонов.

— Не скажет, Георгий Евгеньевич, — деликатно встрял, в разговор фельдфебель. Офицер помолчал, подумал.

— Черт с ним. Мне не скажет — в контрразведке скажет.

— И в контрразведке не скажет, — с готовностью возразил Сергеевич.

— Ты-то чему радуешься? А не скажет им, так это их дело. Разговор был окончен, и офицер встал.

— Шлепнешь меня? — грустно поинтересовался Спиридонов.

— Я тебя шлепать нe буду, — раздельно и громко произнес офицер. А в контрразведке допросят и шлепнут — это уже как

положено.

— Страшно помирать? — ликующе спросил фельдфебель.

— А ты что, тоже готовишься, шкура? — незлобным вопросом ответил на вопрос Спиридонов.

— Не забыл казарму, служивый? — искренне обрадовался фельдфебель.

— Сергеич, будь добр, выйди на минутку. Мне с ним с глазу на глаз поговорить хочется.

—Так вы, Георгий Евгеньевич, кричать будете — я за перегородкой все равно услышу.

—Во дворе погуляй. Воздухом подыши.

С патриархальными отношениями было покончено. Фельдфебель понял это и вытянулся.

— Слушаю, ваше благородие.

Когда замолкли его шаги, офицер сел за стол и предложил Спиридонову.

— Садись.

Спиридонов долго устраивался на стуле так, чтобы меньше болели руки - ноги. Офицер один за одним бросал на стол георгиевские кресты.