Ненавижу, когда «тыкают» без разрешения, но сейчас сердиться не получается. Мешает странная мысль: «Может, мы знакомы?»
Заходим в кабину, молча жму «четвёрку».
— Одолжишь перфоратор? — доносится сбоку. — У меня есть чай.
Странный парень, странный разговор. Чувствую себя Алисой, встретившей Шляпника.
— Для чая нужен перфоратор?
— Чай для тебя, — опять улыбается настырный тип. — Арендная плата за щедрость.
Лифт дёргается, останавливается, не давая возможности подумать над ответом. Оборачиваюсь на выходе:
— Откуда ты знаешь, что у меня есть перфоратор?
— А у тебя его нет?
Скажи: «Нет», — бьётся в голове.
— Есть.
Щелкаю замком на входной двери, лезу под шкаф в прихожей. Незнакомец ждёт у порога.
— Вот, — протягиваю тяжёлую коробку.
— Спасибо, — парень перехватывает ручку и отступает, пропуская вперёд. — Идём?
— Куда? — запинаюсь у входа.
— Пить чай.
Стас скажет, что я наивная дура, что нельзя доверять первым встречным! Стас — зануда! А ещё он всегда прав: я лентяйка, я много пью, я разбила его любимую чашку… Вечером опять поругаемся. Так пусть для этого хотя бы будет повод.
Оставляю пакет с продуктами в прихожей, запираю дверь и иду за Шляпником к лифту. Поднимаемся на девятый. Квартира незнакомца встречает дверью с разорванным кожзамом и белёсыми проплешинами синтепона.
— Здесь, кажется, жила старушка, — пытаюсь припомнить соседей по подъезду.
За дверью почти пусто, пахнет краской. В единственной комнате под свисающей с потолка лампочкой скучает стремянка. На лоджии — накрытый оранжевым пледом гамак.
Кухня выглядит не так аскетично: плита, холодильник, стол с двумя стульями, электрический чайник.
— Что будешь: вафли или смородиновое варенье? — спрашивает Шляпник, выдвигая для меня стул.
Вопрос застаёт врасплох. Горка вафель лежит на подносе, напоминающем палитру, а варенье зачем-то налито в баночку из-под акриловой краски.
Люблю смородиновое варенье, но сейчас теряюсь:
— Просто чай.
Чай не пакетированный — свежезаваренный.
Дую на кружку, собираясь с мыслями:
— Я, кстати, Лида. А ты?
— Ноябрь, — отвечает собеседник, намазывая вафлю вареньем.
Хороший бред заразителен.