— А что они делают?
— Они, — Троян ненадолго задумался, — они не делают. Напоминают и помогают быть тем, кто я есть.
— А у меня будет своя реза?
— Может, и будет, — и подмигнул.
— А ещё я заметила, — Эрна уткнулась носом в кружку, — когда ты за растениями ухаживаешь или мази, настои по «Целебнику» делаешь, твои татуировки темнеть начинают или светиться, или даже двигаться…
Троян немного напрягся. Не готов он был просвещать Эрну, не пришло ещё время.
Поэтому следующие вопросы удивили:
— Тебе при этом не больно? Кожа не чешется? Как ты это выносишь?
Её потрясывало. Она даже поставила кружку на стол, чтобы не разлить.
— С тобой всё в порядке? — спросил мастер.
— Понимаешь, дед, — сказала она взволнованно, — преступница я. Воровка. Когда от тебя сбежала, первое время перебивалась, прибилась к стае таких же, как я. Да и денег, что ты отправлял, хватало. Но захотелось чего-то большего — сапожек красных. А эта тётка купила и просто поставила рядом. Ходила кругами, болтая по модусу, ну я их схватила и побежала. Недолго бежала. Поймали меня. Ты теперь меня выгонишь, да?
— Не переживай, не выгоню. Все по молодости глупости делали, — мастер сделал вид, что пьёт из кружки, чтобы скрыть улыбку. — А дальше-то что было?
— Что было? Что было? — Эрна успокоилась, но появилось раздражение в голосе. — Я же малолетка, вот и предложили варианты: или на трудовую отработку в дальнюю колонию на два года, или альтернатива — тут и с хорошими условиями, но на четыре. Ну я и согласилась на тут. Лучше бы улетела. Дед, это был ад.
— Цапель, принеси-ка нам той настойки на мелиссе с миндалём, — попросил Троян. — Только ту, что без спирта.
Опекун важно вышел, а мастер кивнул Эрне, чтобы продолжала.
— Условия и правда хорошие были. Отдельная койка, хорошая кормёжка, модус забрали, но выдали новый с обрезанным доступом. Мне даже выходить и гулять можно было, но… — Эрна вся сжалась, обхватив себя руками, а потом начала чесаться, — я ведь бедная, а значит чистенькая. Мои родители и бабка с дедом не играли с генами, у них не было на это бриксов. И моё тело прекрасно подходило для выращивания экзотов.
Появился цапель с напитками. Эрна выпила, даже не глянув, и продолжила. Видно было, что ей хотелось выговориться. Вынуть это из себя, хотя бы словами.
— У верхолазов мода появилась на выдуманные создания или растения, или и то, и другое вместе. И чтобы выращены они были в чистой среде, а не в пробирках. Вот и подсаживали в меня эту больную фантазию. Я чувствовала, как они копошатся и растут у меня в бедре, в спине или в животе. Где было подходящее место, туда и сажали. Мне хотелось вырезать их, выцарапать, отрубить. Я постоянно чувствовала их внутри. Все эти долбанные четыре года.
Троян молчал. Он был взбешён рассказом, но и восхищён силой этой девочки.
— А чтоб я и такие же как я не сбежали, нам вкололи генновирус, и если не получаешь антидот каждые восемь часов, то начинаешь медленно и болезненно умирать. Болезненно, чтобы я и не думала смотаться, а медленно, чтобы они могли спасти своих ценных экзотов. Один пацан, мой друг… — Эрна сделала глубокий вдох и продолжила: — Решил сбежать. Я видела, каким его привезли. Он как будто в кислоте искупался. Вынули экзотов, а его лечить не стали. Жуткое было зрелище.
— А как же ты здесь? — Троян обвёл рукой теплицу. — Среди растений?
— Они другие, — Эрна даже улыбнулась. — Не просто живые, они настоящие. И Цапель другой, хоть и ворчливый.
— Это мерзко! Я про такие эксперименты даже и не слышал! — возмутился Троян.
— И больше не услышишь. Одна из верхолазок, услышав о проекте, подняла бучу, и проект закрыли. Но знаешь что? — Эрна грустно усмехнулась. — Она защищала не нас, а экзотов. Те, мол, растут в стрессовых условиях и ещё неизвестно, что им от нас может передаться. Смешно, да?
— Нет, Эрна, не смешно!
Мастер подошёл к девушке и обнял. Она уткнулась в него носом. Долго они потом ещё сидели в обнимку, пили заваренный кипрей, и каждый думал о своём.
На семнадцатилетние Троян приготовил Эрне подарок — двух опекунов. Они выглядели как браслеты в виде лоз плюща и обладали множеством полезных и защитных навыков. Но и девушка приготовила для него сюрприз. Она вышла одетая в дорогу и с рюкзаком. Их прощание было недолгим, но оно хотя бы было.
— Не ищи меня, дед. Я знаю, что будешь, но прошу. Сама хочу попробовать сильной стать, а не всю жизнь за твоей спиной прятаться. Я ведь и не видела ничего толком. А девочки мне помогут, — сказала Эрна, глядя на браслеты. — Ты береги себя, дед.
Крепко обняла, поцеловала в щёку и ушла.
Они положили раненую Эрну на стол. Опекун срезал одежду и снимал модификации. Мастер листал «Целебник» в поисках нужных рецептов.