– Ты знаешь, что не возьму.
– Ну и дурак! Любой бы согласился. Я красивая, у меня фигура обалденная. Ты не представляешь, как тебе будет со мной хорошо. Умрешь от счастья, гарантирую.
– Не поеду я к ним!
– Поедешь!
И Антон поехал. Там было много знаменитостей, набежали фотографы, у Антона в глазах рябило от вспышек их камер. Канцелевич, Мила и гости охотно позировали, Антон слонялся со стаканом сока, через час, не выдержав, уехал. Из машины доложил Елене:
– Был, видел, ничего не понял.
– Как это?
– Лен, Виктор и Мила – публичные люди. Привыкли быть на виду. Привыкли так себя вести, что никто никогда не догадается, что там у них на душе. Видно только одно – они довольны собой и жизнью.
– Да? Ну да, наверно, ты прав. Искусственные люди. Фальшивый мир. Когда приедешь за расплатой?
– Ты вот хихикаешь, а могла бы сообразить, что мне больно это слышать, – с горечью сказал Антон. Сказал без надрыва, размеренно, медленно, а сам в это время нажимал на газ, прибавляя скорость, опасно обгоняя машины на двухполосной узкой дороге.
– Прости. Офигеть, как ты говоришь. Больно. Ты последний, кто так может сказать. Никому уже не больно. Только – дискомфорт. Меня любимый бросил, у меня такой дискомфорт! Мама умерла, я вся в дискомфорте! Кошечка сдохла, я так дискомфортирую! Есть такое слово?
– Нет.
– Будет. Ладно, я все поняла. Больше не пристаю.
И в самом деле, перестала звонить по ночам. В начале июня уехала с матерью и Настей на дачу в Кратово. Звала Антона на выходные, он пообещал, но тут навалились дела перед отпуском, готовили номер журнала в задел, то есть, получается, сразу два.
И вот сообщение. Схожу с ума. Без запятых.
А совещание все длилось.
Антон не выдержал, сказал, что отлучится на пять минут.
Вышел в коридор, позвонил.
Ответила Настя.
– Это я тебе писала. С ее телефона, а то мне еще не ответил бы.
– А с ума кто сходит?
– Ленка. У нее реально психоз. Ты можешь приехать?
– В чем выражается?
– Пьет и плачет. Третий день. А бабка лежит и стонет. А мне что делать?
– Для бабушки «скорую» вызвать.
– Вызывала, приезжали уже. Ничего особенного, дали успокоительного. Она всегда так, если что-то неприятное – ложится и стонет. Она так прячется от всего. Антон, пожалуйста, приезжай, а то я все брошу и сбегу!
– Потерпи, вечером приеду.
– Вот спасибо!
Антон выбрался из Москвы в девятом часу. Заехал в супермаркет, набрал продуктов. Подумав, при- хватил и вина.
Когда подъехал к даче, Настя тут же вышла. Сообщила: