MoreKnig.org

Картье. Неизвестная история семьи, создавшей империю роскоши: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Картье Брикелл Франческа



Шрифт:

К 1928 году Cartier открыл сезонный магазин на Ворт-авеню, 249. Возглавил его старый сотрудник Cartier в Нью-Йорке Пол Розье. Весь товар для шоурума Палм-Бич прибыл из нью-йоркской штаб-квартиры. Собственной мастерской не было, только пара продавцов и мастер по ремонту. Иногда, когда какой-нибудь важный клиент просил об этом, Пьер присылал из Нью-Йорка одного из своих дизайнеров, чтобы обсудить заказ. У них не было недостатка в важных клиентах. Марджори Мерриуэзер Пост, одна из знаменитых покупательниц ювелирных украшений, вспоминала о сказочных драгоценных камнях, сверкавших под солнцем Палм-Бич: «Вы не можете себе представить, сколько драгоценностей там носили: огромные бриллиантовые кольца, булавки и такие колье, что вы не поверили бы своим глазам».

Марджори Мерриуэзер Пост была одной из тех проницательных клиенток Cartier, которые покупали драгоценности с глазом истинного коллекционера. Она была не только хорошо образованна, но и точно знала, чего хочет, часто склоняясь к важным или историческим вещам. Кроме того, она была одной из немногих дам, которые могли себе это позволить.

Марджори родилась в семье потомка первых поселенцев и пионера в чрезвычайно прибыльной зерновой промышленности и после смерти отца в 1914 году стала владелицей компании Postum и одной из самых богатых женщин Америки. В то время ей было двадцать семь лет, у нее было двое детей, и она уже девять лет была в своем первом браке (из четырех). Пять лет спустя она развелась с мужем, инвестиционным банкиром Эдвардом Клоузом, и нашла себе нового. Эдвард Хаттон был успешным финансистом, основавшим собственную брокерскую компанию. Он познакомился с Марджори на вечеринке в Палм-Бич, и они поженились в 1920 году с большой помпой. Путем слияний нескольких компаний они вместе создали корпорацию General Foods, одновременно ослепляя высшее общество блеском. Всегда элегантная, Марджори любила принимать гостей, будь то на скачках в Уэстбери, на ланче в Париже или в своем полностью обставленном 207-акровом «загородном доме» на озере Верхний Сент-Реджис на севере штата Нью-Йорк, где каждая гостевая комната была укомплектована собственным дворецким. Все было на высоте, самое большое и лучшее: от «Морского облака», самой огромной яхты в мире, до Мар-а-Лаго, ее роскошного семиакрового поместья в Палм-Бич.

Даже по высоким стандартам Палм-Бич, Мар-а-Лаго был роскошен. 58 спален, 33 ванные комнаты с позолоченной сантехникой (Марджори считала, что ее легче чистить), гостиная площадью 18 квадратных футов с сорокадвухфутовым потолком и три бомбоубежища. «Его 110 000 квадратных футов сверкали золотом, испанской плиткой, итальянским мрамором и венецианскими шелками». За три года строительства, начиная с 1924 года, она потратила 7 миллионов долларов (около $100 миллионов сегодня). Ее муж Эдвард Хаттон шутил: «Марджори сказала, что собирается построить маленький коттедж на берегу моря. Смотрите, что у нас получилось!»

Палм-Бич был местом отдыха для многих лучших клиентов Cartier. Марджори Мерриуэзер Пост (слева), одетая для костюмированного бала в «Эверглейдсе» в 1929 году. Ее костюм Джульетты, дополненный изумрудным ожерельем и изумрудной брошью Cartier, получил первый приз.

Дом Марджори Мар-а-Лаго на Палм-Бич.

Отделение Cartier на Ворт-авеню

В том же году, когда началось строительство Мар-а-Лаго, Марджори отправилась в Англию и увидела резную изумрудную брошь Моголов в лондонском магазине Cartier. Это произведение было сделано годом раньше и продано мистеру Дж. Годфри Уильямсу, который впоследствии его вернул. В этом не было ничего необычного. Если клиент был недоволен покупкой, как правило, ее можно было вернуть или обменять. Миссис Хаттон стала вторым покупателем изумрудной броши. Она оценила сочетание старинных драгоценных камней в современной оправе Cartier: семь резных индийских изумрудов, дополненных бриллиантами в платине. Особенно выделялся центральный шестиугольный изумруд, датируемый периодом Великих Моголов и имеющий надпись, связывающую его с персидским правителем, шахом Аббасом II.

Марджори привезла брошь в Америку, где позже отнесла ее в Cartier New York для модификации. Бриллиантовую верхнюю часть она велела изменить в форме дверной ручки. В любом случае, брошь вызывала шок и, согласно Vogue, была в тренде: «Наверно, самая выдающаяся новая нота в ювелирных изделиях – это размер и важность брошей». Вообще-то украшения, которые прикреплялись к платью в 20-е годы, были легче, чем в довоенные годы, но только не эта вещь. Вполне вероятно, что платья Марджори пришлось укрепить, чтобы ее поддержать. На портрете, написанном в вашингтонском доме в Хиллвуде, она сидит со своей маленькой дочерью, и огромная изумрудная брошь привлекает к себе все внимание.

В течение жизни Марджори покровительствовала целому сонму различных ювелиров, но несмотря на развитие ее вкусов и стиля коллекционирования, она всегда оставалась верной Cartier. У нее не было потребности заявить о своем статусе, она считала свои украшения произведениями искусства. После смерти Марджори завещала коллекцию драгоценностей Смитсоновскому институту и собственному музею в Хиллвуде, надеясь, что другие получат от них такое же удовольствие и признание, как и она.

Марджори Мерриуэзер Пост была не единственная, кто имел резиденции по всей стране. Коммивояжер в Cartier должен был быть готов к немедленному отъезду, если клиент попросит об этом. Зимой Пьер пытался съездить на пару недель в Палм-Бич, а летом – на месяц в Париж с семьей, но он не мог позволить себе оставить офис и свои обязанности в Нью-Йорке на большее время. Ему нужен был кто-то, кому он мог бы доверить большую часть поездок. Этим человеком был Жюль Гленцер.

Гленцер, на три года моложе Пьера, поступил в Cartier примерно в то же время, что и он. По-настоящему блестящий продавец, он был также, как заметил один светский обозреватель, «одним из последних представителей быстро исчезающего человеческого вида бульвардье и бонвивана». Происходя из видной нью-йоркской семьи (его отец был известным торговцем произведениями искусства), Гленцер имел блестящие связи среди клиентов, к которым стремился Cartier. Он регулярно развлекал бродвейских композиторов, голливудских актеров и промышленных магнатов на вечеринках, которые стали предметом разговоров в городе: «Его студия в Нью-Йорке была местом многих блестящих вечеринок, на которые приходили самые выдающиеся представители театрального и литературного, а также светского мира».

Вечеринки Гленцера «считались некоторыми настолько важными в социальном плане, что человек, которому не повезло получить приглашение, был вынужден уехать из города на неделю, чтобы иметь хороший предлог для объяснения своего отсутствия». Как и «Эверглейдс», он устраивал костюмированные балы, прославившиеся эффектными нарядами. Отнюдь не застенчивый, Гленцер жаждал внимания. Регулярные занятия в спортзале обеспечивали ему хорошую физическую форму, костюмы в тонкую полоску и яркий галстук придавали особый стиль в офисе, а идеально отработанные танцевальные движения выделяли в ночных клубах. Он был гурманом, знатоком вин и гордым коллекционером бренди (у него было семьдесят сортов, один из которых датировался 1807 годом). Он учился составлять коктейли, и его изобретение – «Специальный коктейль Гленцера» – представляло собой мощную смесь рома, персика и лайма.

Его маленькие домашние вечеринки, где его знаменитые друзья-музыканты Джордж Гершвин и Ричард Роджерс устраивали импровизированные выступления, от Вандербильтов до Чарли Чаплина, также были хороши для бизнеса – настолько, что Пьер даже платил за аренду пятикомнатной двухуровневой квартиры Гленцера на Восточной шестьдесят пятой улице. Подобно ресторану Maxim’s для Луи в Париже, дом Гленцера в Нью-Йорке стал неофициальным вторым офисом Cartier. Разумеется, клиенты не должны чувствовать, что им что-то «впаривают». Они были на коктейле, потому что им посчастливилось быть приглашенными, и его нельзя пропустить. Если на следующей неделе им случится заглянуть в Cartier, чтобы повидаться с Жюлем и спросить, нельзя ли переделать их старое бриллиантовое ожерелье в брошь, похожую на ту, что была на Марджори Мерриуэзер Пост на вечеринке, то это будет их собственная идея.

Именно Марджори познакомила Жюля с его первой женой Эдит Адамс. Пара сочеталась браком зимой 1916 года на горячо ожидаемой нью-йоркским обществом свадьбе. Вскоре у них родился сын, но через пять лет брак распался. Несмотря на слухи о том, что Гленцер был гомосексуалистом, в заявлении о разводе сообщалоь, что он был застигнут с неназванной женщиной в квартире по адресу 741 Пятая авеню, чуть дальше по улице от Cartier. Неудивительно, что его бывшая жена Эдит получила опеку над их единственным сыном. Более удивительными были карательные условия судебного решения о разводе, в котором говорилось, что в свете очевидной вины Гленцеру запрещено вступать в повторный брак при жизни жены, самой же Эдит это позволено.

В течение некоторого времени это не было проблемой. Гленцер, которому стукнуло сорок, продолжал весело кружить по вечеринкам, наслаждаясь холостяцкой свободой. Однако через три года после развода, осенью 1924 года, Гленцер снова влюбился, на этот раз в 21-летнюю профессиональную танцовщицу. Мисс Луэлла Кендалл Ли привлекла внимание Жюля, когда выступила в качестве модели для нескольких творений Cartier для Vogue. Как он узнал позже, она была из семьи генерала Роберта Ли, что делало ее дочерью американской революции и Конфедерации. Голубая кровь, прекрасные длиные ноги, фантастическая красота. Гленцер был сражен.

Жюль Гленцер с невестой, Луэллой Кендалл Ли, во время медового месяца в 1925 году

Кендалл показывает новые украшения Cartier для Vogue, включая браслеты и кольцо Trinity

Когда в январе мисс Кендалл объявила, что отправляется на сезон в Палм-Бич, Жюль устроил «очень шикарную» прощальную вечеринку с «божественной танцевальной музыкой и едой»! Не в силах дождаться ее возвращения в Нью-Йорк, он провожал ее до рассвета и с тех пор неотступно преследовал. К концу марта дело было сделано, и мать мисс Ли объявила о помолвке. Проблема, которую Жюль, естественно, держал в секрете, заключалась в том, что повторный брак для него был незаконным.

Гленцер обратился к своему боссу, чтобы тот тихо помог ему оспорить неприятное решение суда. Срочные показания под присягой о его добродетели должны были дать не только Пьер, но и другие видные деятели, включая президента Revillon Frères и прокурора Соединенных Штатов Уильяма Хейворда. К счастью для Гленцера, его бывшая жена Эдит, снова вышедшая замуж, не возражала, и ранее вынесенный судебный приказ был отменен. Через месяц, весной 1925 года, Жюль был в лютеранской церкви Сент-Джеймс на Мэдисон-авеню, наблюдая, как его прекрасная невеста в атласе цвета слоновой кости и отделанной кружевами вуали из тюля идет к нему по проходу в сопровождении своего брата. Однако не пройдет и десяти лет, как Гленцер снова разведется, а бывшая мисс Ли обвинит его в жестокости.

Несмотря на свою эксцентричность, Жюль Гленцер был высоко ценим Пьером. Среди коллег по работе он иногда мог считаться чем-то вроде самовлюбленной примадонны, но для клиентов всегда был очарователен и бесконечно услужлив. Одаренный продавец, он был блестяще изобретателен, когда дело доходило до убеждения клиентов, что они просто обязаны иметь это ожерелье в стиле ар-деко или эти потрясающие изумрудные серьги. На открытии горячо ожидаемого театрального представления Мэрилин Миллер в кабаре Ziegfeld Follies он не только устроил так, чтобы звезды спектакля носили драгоценности Cartier на сцене, но пошел еще дальше. Пригласил нескольких важных клиентов на представление. Приглашение было принято, но гости не догадывались, что Гленцер подбирал драгоценности для актрис с учетом их вкусов. После представления он пошел за кулисы вместе с гостями, чтобы встретиться с актрисами и забрать ожерелья, бандо и браслеты. Затем объявил, что рискованно везти домой такое огромное количество ценных украшений. И предложил, чтобы каждая гостья выбрала себе одно из украшений на оставшуюся часть вечера, а завтра он их заберет. Затем он повел гостей в ночной клуб, где, как и было задумано, их драгоценности вызвали всеобщее восхищение. На следующий день разносчик Cartier зашел за драгоценностями и обнаружил, что все женщины решили купить их.

Техника была типичной для Гленцера, для которого жизнь была работой, а работа – жизнью. Он с удовольствием развлекался в свете каждый вечер, но всегда с прицелом на новые заказы. Каждый раз, когда роскошные океанские лайнеры пересекали Атлантику в мае, «телеграммы от Жюля подготавливали Луи Картье к предстоящему прибытию миссис Джордж Гулд на «Лузитании», миссис Кларенс Маккей на «Кронпринцессе Сесилии», миссис Риты Лидиг и миссис Винсент Астор на «Мавритании». Иногда он сам плавал на океанских лайнерах.

Однажды консультант Пьера по связям с общественностью Эдвард Бернейс заказал ланч с Гленцером на среду. «Во вторник он [Гленцер] позвонил мне: «Ужасно жаль. Я уезжаю в Европу на одном корабле с Эдселом и Генри Фордом». Пришло известие, что Форды будут на пароходе, и он решил, что просто обязан быть там (он станет хорошим другом Эдсела Форда). Он обнаружил, что ничто так не вдохновляет на покупку одного-двух новых аксессуаров, как долгое путешествие в замкнутом пространстве. Большие обеденные залы на борту «Королевы Мэри» или «Аквитании» были идеальным фоном, чтобы продемонстрировать покупку, совершенную перед ужином. Одна только эта поездка на лайнере принесла Cartier сотни тысяч долларов баснословных продаж Фордам, к отчаянию конкурентов, терпеливо ожидавших в своих шикарных парижских салонах.

Никого не удивило, когда в 1927 году Пьер выдвинул Гленцера в руководящую группу в качестве вице-президента в знак признания его таланта. За восемнадцать лет работы в Cartier New York Жюль стал секретным оружием Пьера, вращаясь в нужных кругах и продавая все – от старинных ожерелий до сумок в стиле ар-деко. Но больше всего Жюль умел обращаться с жемчугом, который очень любил. «Ничто не может быть добавлено к прекрасному жемчугу, чтобы сделать его более красивым, кроме прекрасной женщины», – говорил он. И вскоре после женитьбы на мисс Ли совершил переворот, обеспечив покупку величайшего жемчужного ожерелья.

Жемчужное ожерелье Тьера было завещано Лувру в 1880 году его покойной владелицей Элизой Тьер. В 1833 году пятнадцатилетняя Элиза, дочь парижского банкира, вышла замуж за тридцатишестилетнего министра внутренних дел Франции Луи-Адольфа Тьера. С помощью денег ее семьи Тьер стал исполняющим обязанности президента Франции во время Третьей республики после поражения Наполеона III. Элиза была горячим сторонником своего мужа, собирая и составляя его речи в книгу после его смерти.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
«Любовь к родине, вера в Россию, в ее силу, мощь, достоинство, любовь активная, горячая, мобилизующая на поступки, является характерной чертой передовой молодежи того времени, – пишет М. В. Нечкина
0
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Анна Винтур – женщина VOGUE, которая с 1988 года не только возглавляет самый авторитетный fashion-журнал, а с недавних пор единолично утверждает содержание и руководит всем, что выпускает
0
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0
Бабочка желаний
Бабочка желаний
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Проза]
Я потеряла голову от друга моего отца. Он был намного взрослее, и казался таким же далёким, как звезда на небосклоне. Я никому не рассказывала о своей любви, но мама знала всё. А накануне моего
0
Лучшая подруга главного героя книга первая
Лучшая подруга главного героя книга первая
[Любовные романы / Современная проза / Приключения]
Она попала в книгу. В тело второстепенного персонажа, которому по сюжету полагается умереть. Он должен был быть просто фоном для главного героя. Они оба отказались играть по правилам.
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Я кіт!
Я кіт!
[Классическое фэнтези]
Отже, уявіть, що одного ранку ви прокидаєтеся не в собі. Причому в прямому сенсі: не у своєму тілі, а в тілі свого кота. А ваш кіт отримує ваше тіло з усіма супутніми радощами та неприємностями,
0
Картограф
Картограф
[Сказочная фантастика]
Предисловие к сборнику рассказов «Хрупкие вещи», где Гейман подробно описывает, как, когда и при каких обстоятельствах он придумал тот или иной рассказ. По традиции, предисловие содержит также и
1
Магические испытания
Магические испытания
[Книги про волшебников / Классическое фэнтези]
«Добро пожаловать в Академию Полусмерти». Так называется моя новая школа, поскольку выживает только половина учеников. Правило № 1: Не лезь не в своё дело и не связывайся с четырьмя великолепными
0
Шостакович. Маршал советской музыки
Шостакович. Маршал советской музыки
[Биографии и Мемуары / Документалистика]
Уникальная биография Дмитрия Шостаковича (1906–1975), написанная на основе огромного массива неизвестных ранее документов, повествует о том, какие знания, умения и навыки позволили родившемуся в
0
Добро пожаловать в нигде
Добро пожаловать в нигде
[Современная проза]
Израиль, наши дни. Рут замужем за Шукой, красивым и успешным офтальмологом. И все бы хорошо, но муж ограничивает каждый ее шаг и жестко наказывает за неповиновение. Исстрадавшаяся Рут решается на
0
Гори ярко
Гори ярко
[Любовная фантастика]
Они дикие и сломленные души. Оборотни, чьи раны столь глубоки, что им опасно находиться рядом с себе подобными. Таких оборотней сослали на окраину Аспен-Крик, штат Монтана, как ради них самих, так
0
Метание ножей: бросок в сердце
Метание ножей: бросок в сердце
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Историческое фэнтези / Самиздат]
Академия стала для меня даром и проклятьем. Мне запрещено выделяться. Запрещено показывать характер. Запрещено быть лучше сестры. Все изменилось слишком быстро и неожиданно. К нам прибыли
0
Выходя за рамки босса
Выходя за рамки босса
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Выход за рамки привычного подарил мне лучшую ночь в жизни. До тех пор, пока я не узнала, что человек, с которым я ее провела — мой новый босс. Посещать секретную вечеринку, где одежда опциональна,
0
Запомните нас такими (ЛП)
Запомните нас такими (ЛП)
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Ной Райан был всей моей жизнью. От начала и до конца - всегда только он. Он научил меня боли, терпению, прощению и тому, какой след я оставлю на песках времени. Но самое главное, он научил меня,
0
Измена.Не играй со мной
Измена.Не играй со мной
[Любовные детективы / Короткие любовные романы]
Лучшая подруга лежала на выбранной неделю назад кровати, завёрнутая в крепкие руки любимого жениха.Алиса закрыла глаза не желая видеть наготу любовников.– Как ты здесь оказалась?– голос Артура
1
Воспоминания провинциального адвоката
Воспоминания провинциального адвоката
[Биографии и Мемуары]
Лев Филиппович Волькенштейн (1857–1935) — ростовский адвокат в конце XIX — начале XX вв., получивший образование сначала в Таганрогской гимназии (где учился вместе с А. П. Чеховым), а затем на
0
Ноша хрономанта. Том восьмой
Ноша хрономанта. Том восьмой
[Боевое фэнтези / Книги про волшебников / Постапокалипсис]
Все большая и большая часть планеты Земля возвращается под контроль её законных хозяев, что радуются и новым победам, и новым уровням, которые за эти победы дарует им Система . Вот только постоянных
2