MoreKnig.org

Картье. Неизвестная история семьи, создавшей империю роскоши: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Картье Брикелл Франческа



Шрифт:

На фоне бесконечных развлечений высшего класса в эпоху создания невероятного богатства Жак оказался в нужном месте в нужное время. Он перебрался в Англию из Америки, когда братья решили, спустя несколько лет после Первой мировой войны, что нью-йоркский Дом уже достаточно укрепился для того, чтобы Пьер мог управлять им самостоятельно, а лондонский действительно нуждался в представителе семейства Картье на постоянной основе. Вместе с Нелли и детьми он уехал из города Рай, штат Нью-Йорк, в английский городок Доркинг и с 1924 года счастливо обосновался в Милтон-Хит, большом загородном доме в сорока минутах езды от Лондона. Величественный дом из красного кирпича середины XIX века, созданный для развлечений, был дружелюбным и элегантным, с просторными комнатами для приемов, обширной территорией и прекрасным видом на лесистые холмы Суррея.

Милтон-Хит, дом Жака и Нелли в британской провинции недалеко от Доркинга

Внутри, где Жак взял на себя отделку, повсюду были следы его художественного вкуса и путешествий. Дубовый пол устилали индийские ковры, мраморный камин поддерживали египетские фигуры, в китайском комоде расположились безделушки, а на пианино в рамках от Cartier стояли портреты любимых людей. И конечно, загородное поместье требовало персонала. В доме было восемь комнат для прислуги и коттеджи для шофера и конюха. Только когда гости привозили с собой много слуг (как это обычно делали махараджи), Жаку и Нелли приходилось спрашивать соседей, господина и госпожу Рис, не возражают ли они против того, чтобы взять избыток гостей в свой дом.

Каждое утро, после того как старшего сына отвозили на запряженной лошадью повозке в школу, Жак проезжал тридцать миль до дома 175 по Нью-Бонд-стрит в своем Rolls-Royce с шофером. Лондонский Cartier был наводнен клиентами. Наряду с преданными аристократами и наследницами, такими как сестры Гиннесс, леди Грэнард и леди Саквилл, было новое поколение «ярких молодых штучек». Высмеянная в романах того времени, от «Рождественского пудинга» Нэнси Митфорд до «Мерзкой плоти» Ивлина Во, эта торопящаяся жить богема имела открытые счета в Cartier и танцевала в бриллиантах ночи напролет. Росло и количество финансистов, промышленников и предпринимателей, скачущих на волне успеха. Поскольку новообретенное богатство позволило им занять место за элитным столом, они знали, что должны выглядеть достойно, и Cartier был рядом, чтобы помочь им в этом. Например капитан Альфред Левенштейн, который зарабатывал миллионы, вкладывая деньги в электроэнергетику и производство искусственного шелка, заставлял Жака «очень много работать» над своими заказами – вплоть до его страшной в своей нелепости смерти в 1928 году (говорили, что он открыл не ту дверь на своем частном самолете и выпал из него).

Как только новый клиент входил в шоурум со «стенами, задрапированными розовым муаром» и «сдержанными штрихами позолоты», продавец вытягивался по стойке «смирно» и указывал на стул, стоявший у обитого кожей стола. У каждого клиента был специальный продавец, но когда новые клиенты входили в дверь, это могло стать причиной для чего-то вроде драки. Продавцы, в конце концов, работали на комиссионных. Больше клиентов, как правило, означало больше денег.

Задачей продавца было сделать так, чтобы его клиентка чувствовала себя комфортно. Вместо того, чтобы описывать чистоту, цвет или огранку бриллианта, он вел беседу о ее мире и желаниях – начиная с сезона в Довиле, заканчивая последним благотворительным мероприятием леди Кунард. Продавцы обязательно читали Tatler, чтобы быть в курсе всех последних светских новостей. Для случаев, если клиент был менее известен Cartier, разработали уловку, позволявшую помощнику продавца ускользнуть в заднюю комнату, чтобы сделать телефонный звонок. В эпоху, предшествовавшую жестким законам о банковской тайне, его роль заключалась в том, чтобы проверить финансовое положение леди в ее банке (или банке ее бойфренда). Поскольку платить в рассрочку было нормой, фирма Cartier должна была быть уверена, что у ее клиента не только есть средства на первый взнос, но и на последующую оплату.

Само собой разумеется, что хорошо одетая дама, разговаривающая со своим продавцом, никогда не должна знать о подобной закулисной деятельности. Она, подобно Черри Пойнтер из Harper’s Bazaar, приехала в Cartier, чтобы окунуться в мир красоты и покоя, и ничто не должно омрачать ее удовольствия: «Мне всегда приятно бродить по прелестным салонам Cartier, где царит нечто вроде тишины собора, и видеть почтительный, но знакомый способ, которым стоящие тысяч фунтов жемчуга, изумрудов и бриллиантов передаются из рук в руки. Г-н Картье знает каждую драгоценность, и его память очень полезна». В знак уважения к мирным местам поклонения Жак даже выбрал для потолка галереи те же деревянные панели, которые видел в испанском монастыре. Но наверху все было совсем по-другому.

Мастерская была истинным местом поклонения для Жака. До начала 1920-х годов лондонский Cartier полагался в товаре на Париж. Какое-то время все шло хорошо, но когда спрос возрос, Жак предложил открыть большую мастерскую над новым магазином на Бонд-стрит, и братья согласились. Феликс Бертран, талантливый ювелир (и музыкант), который доказал свое мастерство, основав американскую мастерскую при Пьере, был отправлен сделать то же самое в Лондон. Несмотря на любовь к французскому вину («вода скручивает мой желудок!»), он был отличным приобретением для английской компании. Под его руководством наняли команду опытных монтировщиков, закрепщиков и полировщиков.

Конечно, создание ювелирной мастерской не закончилось за одну ночь. Особенно когда хочешь быть лучшим. Жак стремился нанять лучших мастеров-ремесленников за немалые деньги, а затем полагался на них, чтобы обучать молодых подмастерьев. Фирма брала на работу пять или шесть учеников в год, в основном англичан, – Жак считал своим долгом давать работу коренным жителям. Те, кто не смог закончить курс, вскоре обнаружили, что могут найти другую работу, получив уроки в Cartier. Их обучение в English Art Works, как называлась мастерская на 175 Нью-Бонд-стрит, все чаще признавалось одним из лучших в отрасли.

На самом верхнем этаже располагалась студия дизайна. Это было одно из любимых мест Жака. Сам художник, он любил участвовать в творческом процессе и особенно хорошо ладил с командой дизайнеров, которые уважали его за любовь к их ремеслу. Он был, как вспоминал один из них, «возбудимым, добрым и жил ради дизайна». Это было веселое место для работы, охваченное чувством товарищества среди тех, кто в своих белых рабочих комбинезонах добрался до небесных огней Cartier, смотрящих вниз на Нью-Бонд стрит. Но не обошлось и без стрессовых моментов. Однажды Жак помчался наверх, чтобы сообщить команде, что в городе находится особо важный клиент-махараджа. Индийский правитель хотел видеть дизайн ожерелья к концу дня. Обычно на каждую вещь приходилось по одному дизайнеру, но в этот раз на палубе должны были работать все. Четыре старших дизайнера лихорадочно работали вместе, делая наброски, измеряя, рисуя – чтобы закончить маленькое совершенное произведение искусства.

В другой раз трудный день выпал на долю молодого ученика, Джеймса Гарднера. Он трудился над эскизами рядом с несколькими подносами с бриллиантами, что помогало лучше представить ювелирное украшение с настоящими драгоценными камнями. В обязанности Джорджа Финстервальда, управляющего мастерской, входило выписывать и возвращать обратно все драгоценные камни, которые каждый день покидали его сейф и направлялись в отдел дизайна. Испытанная и проверенная система работала хорошо, но не всегда, как вскоре обнаружилось. День выдался жарким, и Гарднеру, работавшему в душной комнате на верхнем этаже, захотелось подышать свежим воздухом. Встав на стол, чтобы открыть люк в крыше, он нажимал и нажимал на неподатливую раму, пока заклинившее окно внезапно не рухнуло в комнату. В мгновение ока повсюду оказались не только осколки стекла; подносы с бриллиантами также взлетели в воздух – «тысячи сверкающих пятнышек, когда через них пробивался луч солнечного света».

Если бы алмазы были крупными, их можно было бы заметить среди битого стекла. Увы, задача, стоявшая перед Гарднером, была сложнее. Молодой дизайнер работал с маленькими прямоугольными бриллиантовыми «багетами» и еще более мелкими бриллиантами «меле» (которые настолько малы, что их нужно взвешивать оптом), которые в точности напоминали осколки стекла. Он долго думал и наконец составил план. Пока сотрудники не вернулись с обеда, Гарднер запер дверь в отдел и разделся: снял ботинки, пиджак, жилет, брюки и подтяжки, галстук-бабочку, накрахмаленную рубашку и носки. Все должно быть вытряхнуто, чтобы удалить следы случайных «блестяшек» из одежды. Раздетый, он тщательно вытер каждую поверхность. И только тогда оделся, открыл дверь и позвал коллег на помощь.

Момент истины наступил, когда управляющий взвесил найденные алмазы. Как опасался Гарднер, их вес оказался меньше, чем раньше. К счастью, мастерская была сродни семье – люди заботились друг о друге. Заговорщически подмигнув перепуганному Гарднеру, управляющий открыл сейф и достал секретный запас камней, отложенный на крайний случай. Таким образом, потеря была восполнена, но Финстервальд посоветовал Гарднеру не совершать подобных ошибок впредь.

Впервые в своей трудовой жизни Жак не зависел от своих братьев, наблюдавших за работой из Парижа или Нью-Йорка, и ему нравилась свобода, которую давала ему лондонская мастерская. Он мог ухватить кусок древнеегипетского фаянса на восточном базаре или в антикварном магазине в Лондоне, точно зная, как сделать из него брошь в стиле ар-деко и быть уверенным, что у него есть команда, достаточно квалифицированная, чтобы завершить работу именно так, как он ее себе представлял.

С самого первого визита Жака в Египет в 1911 году он был заинтригован этой страной и ее замечательной историей. Поэтому, когда египтолог Говард Картер объявил миру в 1922 году, что он раскопал вход в гробницу Тутанхамона, а вместе с ним подробности и художественные сокровища давно закрытого таинственного прошлого, Жак был очарован. Через 3500 лет в глубине египетской Долины царей были обнаружены ключи к далекой эпохе. Пока фотографии и статьи шли на Запад, Жак аккуратно вырезал их из газет и складывал в свой маленький черный кожаный дневник. Не так уж много вещей попало в этот дневник или оставалось там в течение оставшихся десятилетий его жизни, но это знаменательное открытие показало произведения искусства на «превосходном уровне, вероятно, более высоком, чем в любой последующий период мировой истории». Это было скромное осознание своего места во времени, нечто такое, что остро ощущал младший брат Картье.

Жак был не единственным, кого вдохновили египетские находки. Египтомания охватила Париж, Лондон и Нью-Йорк. После лишений войны люди более, чем когда-либо, были подвержены эскапизму, и Древний Египет внезапно стал единственным, о чем можно было говорить. Модельеры находили вдохновение в таких мотивах, как узоры лотоса, яркие цвета египетских фресок и длинные, драпированные, а иногда и украшенные бисером одежды на древних изображениях. Женщины подводили глаза черной тушью и укладывали волосы, чтобы больше походить на блестящих красавиц прошлого. Яркие коктейли с такими названиями, как «Король Тут», стали «напитками дня» (хотя их наливали тайно в Америке во время сухого закона), и вечеринки на египетскую тематику вошли в моду.

Театральные представления о жизни Клеопатры захлестнули Запад. В Лондоне Жак с Нелли увидели одну из них в театре Daly, и он был так впечатлен главной актрисой, мисс Эвелин Лэй, что «ему пришло в голову, что она достойна драгоценностей, которые на самом деле носила Клеопатра, – так писали газеты, – и поскольку у него такие были, он решил одолжить их ей на один вечер». Драгоценности, оцененные в 150 000 долларов (около $2,2 миллиона сегодня), доставил в театр для специального представления детектив, а затем забрал вооруженный охранник. И хотя мисс Лэй была предметом зависти присутствующих дам в драгоценностях Клеопатры, она была не единственной, кто мог себе позволить подлинные древнеегипетские украшения. Картье создал совершенно особую коллекцию.

Мисс Эвелин Лей в роли Клеопатры в лондонской постановке 1925 года, на которой побывали Жак и Нелли

«Женщины, интересующиеся египтологией и Тутанхамоном, теперь могут носить настоящие древние сокровища в современных оправах», – объявила лондонская газета Illustrated London News в январе 1924 года, показывая фотографии египетских творений Cartier London. Эти уникальные предметы включали подлинные антикварные сокровища, приобретенные братьями Картье в европейских магазинах и на восточных базарах.

Задача состояла в том, чтобы сохранить чистоту древнего стиля и одновременно обновить его для современной аудитории. Это не было причудливой попыткой следовать моде того времени, целью было сохранение подлинности. Жак решил усилить цвет темно-синей бусины, датированной 900 года до н э., небольшим количеством бриллиантов и оникса сверху и снизу и превратить ее в простую подвеску. Фигурка Изиды с ребенком 600 года до н. э. была переделана в шляпную булавку – практичную, но оригинальную. Изображение священного барана было помещено в ярко-синий глазурованный фаянс в форме полумесяца с тонкой каймой из бриллиантов и оникса, а трехтысячелетний резной камень – обрамлен черным ониксом. В основу дизайна был положен принцип простого дополнения – никаких радикальных изменений. Он должен был соответствовать оригинальному стилю и оставаться классическим: древние артефакты, пережившие тысячи лет, не следовало превращать в сложные изделия, которые вскоре могли выйти из моды.

Брошь в виде веера, в которой использован древний египетский фаянс, изображающий богиню Сехмет, на лазуритовом фоне с бриллиантовыми звездами. Cartier London, 1923

Луи и Жак вкладывали много энергии в изучение Древнего Египта; у каждого в библиотеке имелось огромное цветное издание «Книги мертвых». Сочетание старинных предметов, глубокое историческое исследование и мастерство привели к созданию редчайших драгоценностей Cartier того периода. Сегодня нет ничего необычного в том, что на аукционе брошь в стиле Египетского Возрождения достигает цены в миллион долларов. Такие вещи, естественно, были хитом среди стильных клиентов 1920-х годов. Они передавали волнение, граничащее с одержимостью, были экзотичны; каждое украшение (братья ограничили выпуск примерно 150 предметами) было уникальным.

Одна клиентка была настолько очарована, что купила несколько штук. Высокая белокурая красотка Айя Абди, порхавшая из Парижа в Лондон и обратно между двумя мировыми войнами, была весьма заметна. Русская аристократка по рождению, она с семьей была вынуждена бежать из своей страны во время революции; позже вышла замуж за английского баронета. Хотя их союз длился всего пять лет, муж, богатый судовладелец и торговец произведениями искусства, известный своим изысканным вкусом, привнес в ее жизнь внушительные средства и связи. Айя стала моделью, пробовала себя в актерском мастерстве, носила фантастические костюмы и называла Шанель и Кокто своими близкими друзьями. Ею восхищались буквально все, и в декабрьском номере Vogue 1928 года красавица появилась с одной из египетских брошей. «Драгоценная песня из Парижа, – гласила подпись. – Ношение драгоценностей – древнее искусство, которому парижанка дает современные интерпретации». Идея «древнего искусства», показанного в современном свете, – вот то, к чему стремились Картье.

Обладая способностью выдвигать уникальные идеи и следовать им, Жак делал себе имя в Лондоне. Его творения были предметом разговоров на званых обедах в городе и в богатых поместьях. Вскоре он стал избранным ювелиром для одной из самых важных клиенток – леди, которая настолько любила драгоценные камни, что взяла себе имя «Изумруд».

Леди Кунард была «самой очаровательной хозяйкой своего времени». Урожденная Мод Берк из Сан-Франциско, она надеялась выйти замуж за внука последнего польского принца. Затем остановила выбор на английском лорде – сэре Бэче Кунарде, внуке основателя судоходной компании Кунарда. Старше на 20 лет, сэр Бэч был, пожалуй, не лучшей парой для экзальтированной американки Мод. Но у него было неплохое состояние.

К 1911 году леди Кунард переехала в Лондон вместе со своей дочерью Нэнси, которой уделялось очень мало внимания. Именно здесь она вступила в свои права. Ее приемы были известны тем, что на них собирались все – от принца Уэльского и доброго друга Роберта Абди (вместе с женой, носившей египетскую брошь) до скромных музыкантов и неизвестных писателей: «да кто угодно, лишь бы они были интересны». Обладая впечатляющими познаниями и любовью к искусству, от французской литературы до немецкой оперы, леди Кунард питала слабость к творческим типам. Ходили даже слухи, что писатель Джордж Мур был отцом ее дочери.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
«Любовь к родине, вера в Россию, в ее силу, мощь, достоинство, любовь активная, горячая, мобилизующая на поступки, является характерной чертой передовой молодежи того времени, – пишет М. В. Нечкина
0
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Анна Винтур – женщина VOGUE, которая с 1988 года не только возглавляет самый авторитетный fashion-журнал, а с недавних пор единолично утверждает содержание и руководит всем, что выпускает
0
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0
Бабочка желаний
Бабочка желаний
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Проза]
Я потеряла голову от друга моего отца. Он был намного взрослее, и казался таким же далёким, как звезда на небосклоне. Я никому не рассказывала о своей любви, но мама знала всё. А накануне моего
0
Лучшая подруга главного героя книга первая
Лучшая подруга главного героя книга первая
[Любовные романы / Современная проза / Приключения]
Она попала в книгу. В тело второстепенного персонажа, которому по сюжету полагается умереть. Он должен был быть просто фоном для главного героя. Они оба отказались играть по правилам.
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Я кіт!
Я кіт!
[Классическое фэнтези]
Отже, уявіть, що одного ранку ви прокидаєтеся не в собі. Причому в прямому сенсі: не у своєму тілі, а в тілі свого кота. А ваш кіт отримує ваше тіло з усіма супутніми радощами та неприємностями,
0
Картограф
Картограф
[Сказочная фантастика]
Предисловие к сборнику рассказов «Хрупкие вещи», где Гейман подробно описывает, как, когда и при каких обстоятельствах он придумал тот или иной рассказ. По традиции, предисловие содержит также и
1
Магические испытания
Магические испытания
[Книги про волшебников / Классическое фэнтези]
«Добро пожаловать в Академию Полусмерти». Так называется моя новая школа, поскольку выживает только половина учеников. Правило № 1: Не лезь не в своё дело и не связывайся с четырьмя великолепными
0
Шостакович. Маршал советской музыки
Шостакович. Маршал советской музыки
[Биографии и Мемуары / Документалистика]
Уникальная биография Дмитрия Шостаковича (1906–1975), написанная на основе огромного массива неизвестных ранее документов, повествует о том, какие знания, умения и навыки позволили родившемуся в
0
Добро пожаловать в нигде
Добро пожаловать в нигде
[Современная проза]
Израиль, наши дни. Рут замужем за Шукой, красивым и успешным офтальмологом. И все бы хорошо, но муж ограничивает каждый ее шаг и жестко наказывает за неповиновение. Исстрадавшаяся Рут решается на
0
Гори ярко
Гори ярко
[Любовная фантастика]
Они дикие и сломленные души. Оборотни, чьи раны столь глубоки, что им опасно находиться рядом с себе подобными. Таких оборотней сослали на окраину Аспен-Крик, штат Монтана, как ради них самих, так
0
Метание ножей: бросок в сердце
Метание ножей: бросок в сердце
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Историческое фэнтези / Самиздат]
Академия стала для меня даром и проклятьем. Мне запрещено выделяться. Запрещено показывать характер. Запрещено быть лучше сестры. Все изменилось слишком быстро и неожиданно. К нам прибыли
0
Выходя за рамки босса
Выходя за рамки босса
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Выход за рамки привычного подарил мне лучшую ночь в жизни. До тех пор, пока я не узнала, что человек, с которым я ее провела — мой новый босс. Посещать секретную вечеринку, где одежда опциональна,
0
Запомните нас такими (ЛП)
Запомните нас такими (ЛП)
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Ной Райан был всей моей жизнью. От начала и до конца - всегда только он. Он научил меня боли, терпению, прощению и тому, какой след я оставлю на песках времени. Но самое главное, он научил меня,
0
Измена.Не играй со мной
Измена.Не играй со мной
[Любовные детективы / Короткие любовные романы]
Лучшая подруга лежала на выбранной неделю назад кровати, завёрнутая в крепкие руки любимого жениха.Алиса закрыла глаза не желая видеть наготу любовников.– Как ты здесь оказалась?– голос Артура
1
Воспоминания провинциального адвоката
Воспоминания провинциального адвоката
[Биографии и Мемуары]
Лев Филиппович Волькенштейн (1857–1935) — ростовский адвокат в конце XIX — начале XX вв., получивший образование сначала в Таганрогской гимназии (где учился вместе с А. П. Чеховым), а затем на
0
Ноша хрономанта. Том восьмой
Ноша хрономанта. Том восьмой
[Боевое фэнтези / Книги про волшебников / Постапокалипсис]
Все большая и большая часть планеты Земля возвращается под контроль её законных хозяев, что радуются и новым победам, и новым уровням, которые за эти победы дарует им Система . Вот только постоянных
2