поход в город. Руби и Рен часто перебивали вопросами, они подстригли волосы, чтобы
скрыть синяки на лбах.
- Ты в порядке? – прошептала Айви, помешивая ложкой суп.
Лили сжала руку Айви под столом и криво улыбнулась, пожав плечами – лучше она
изобразить ответ и не могла. Она вежливо слушала разговор, зная, что девочка
поглядывает на нее. Эбен тоже наблюдал за ней.
Она вытащила альбом и неспешно рисовала. Служанка поставила еще одну свечу на
стол. Лазурь рассказывала про облако медоедов, что опустились на прилавок сластей, и
она так размахивала руками, что сбила стакан с водой.
Лили подняла альбом, пока вода не дотекла до нее.
Айви вскрикнула и ударила ложкой по теплому супу, расплескивая его. Она
дрожала, глядя на альбом.
Лили бросила альбом, словно он был раскаленным. На ее бумаге была беседка с
черными вьюнками. Это могла быть любая беседка, но нет, Айви это знала. Как и другие
девочки. Лили слабо слушала, как они пытались обсудить это. Она не упала в обморок, но
не думала, что это хороший знак. Хмурясь, Эбен хмуро доедал бутерброд. Он часто
говорил, что не понимал половину того, о чем болтали девушки.
Рен не нашла слов и отключилась, обмякла на плече Корал. Мышцы Лили
напряглись. Проклятие было в силе. Никто не застрянет в нижесаде. Пока что. Руби
съехала по скамейке, Эбен подхватил ее сестру. Она казалась крохотной в его руках.
Лили сунула альбом в сумку.
Эбен прошел за ними к башне и в гостиную, где устроил Рен на диване.
- Мне прислать служанку?
Лили покачала головой. Она смогла выдавить улыбку.
- Мы справимся, - Корал развязала шнурки на сапогах Рен. – Она переволновалась
сегодня.
И прошлой ночью. И ночью до этого.
- Я буду на посту еще час, - заговорил он с Лили. – Если что-то потребуется.
Она кивнула, не отводя взгляда.
Он задержался, словно хотел что-то еще сказать. Он даже открыл рот, но Лазурь