случайно заговорить с ними.
Она закрыла глаза. Ее сердце было наполнено пузырями. Она могла объяснить
произошедшее маме рисунками. Как-то. Мама передумает. Откажется от своих слов. Все
будет хорошо.
Дверь открылась. Гвен и Хейзел слушали новости и рассматривали рисунки. Через
пару минут Гвен отошла к Лили.
- Айви довольно восприимчива, - Гвен опустилась у ее кресла. – Жаль, ты не можешь
рассказать мне, что не так. Кроме очевидного. Можешь нарисовать ответ?
Она подумала, как выдаст приказ мамы выбрать мужа к ночи Звездного бала. Было
сложно для ее небольшого таланта, она тряхнула головой. Она расскажет им ночью.
- Это связано с мамой?
Она кивнула.
- За ужином она была в хорошем настроении. Ушла раньше обычного, как для этого
времени года. И Рансон за ней.
Лили сжала руки Гвен, чтобы та поняла.
- Рансон?
Лили кивнула.
- Проблема с мамой и Рансоном?
Кивок.
- Представить не могу, что за связь, кроме той, что мы уже знаем. Прости.
Лили улыбнулась, чтобы она не расстроилась, но была уверена, что это больше
похоже на гримасу. Она предложила ей миндаль.
Гвен бросила орех в рот и крепко обняла Лили.
- Мы во всем разберемся. Рисунки – хорошая новость.
- Туфли, - сообщила Корал. Она вытащила корзинку шелковых туфелек, что были
модными в эти дни. – Прибыли днем.
Джуния обработала мозоли кремами. Все жаловались, у Джунии и Меланты ноги
были в худшем состоянии. Джуния танцевала всю ночь, а Меланта еще и танцевала в
сапогах.
Лили завязала туфли, едва замечая цвет и изящную вышивку. Они не протянут