Диалектика капитала. К марксовой критике политической экономии. Процесс производства капитала. Том 1. Книга 1: читать начало книги онлайн

В качестве исходного пункта трудовой теории стоимости Д. Рикардо выступает определение стоимости товара затраченным на его производство трудом, или рабочим временем. Данное определение образует основополагающий принцип метода Д. Рикардо, опираясь на который он исследовал экономические отношения буржуазного общества. «Метод Рикардо, – писал К. Маркс, – состоит в следующем: Рикардо исходит из определения величины стоимости товара рабочим временем, а затем исследует, противоречат ли прочие экономические отношения (прочие экономические категории) этому определению стоимости, или в какой мере они модифицируют его».[103]

Таким образом, Д. Рикардо сознательно исходил из принципа методологического монизма, с помощью которого он стремился объяснить всю совокупность внешних, поверхностных форм экономических явлений и процессов капиталистической системы с точки зрения их соответствия или несоответствия ее внутренней, сущностной основе. Указывая на эту особенность метода Д. Рикардо, К. Маркс писал: «Основа, исходный пункт для физиологии буржуазной системы – для понимания ее внутренней органической связи и ее жизненного процесса – есть определение стоимости рабочим временем. Из этого Рикардо исходит и заставляет затем науку оставить прежнюю рутину и дать себе отчет в том, насколько остальные категории, развиваемые и выдвигаемые ею, – отношения производства и обмена, – соответствуют или противоречат этой основе, этому исходному пункту; вообще, насколько наука, отражающая, воспроизводящая внешнюю форму проявления процесса, а, стало быть, также и сами эти проявления – соответствуют той основе, на которой покоится внутренняя связь, действительная физиология буржуазного общества, и которая образует исходный пункт этой науки; дать себе отчет в том, как вообще обстоит дело с этим противоречием между видимым движением системы и ее действительным движением. В этом именно и состоит великое историческое значение Рикардо для науки».[104]

Вместе с тем метод Д. Рикардо страдал, по словам К. Маркса, научной недостаточностью, которая выражалась, во-первых, в антиисторической, метафизической трактовке товарных отношений как имманентно присущих любой ступени человеческого общества. Поэтому Д. Рикардо рассматривал капиталистический способ производства как вечное и естественное явление, не понимая, что его историческими предпосылками являются простое товарное производство и простое товарное обращение.

Во-вторых, в неумении последовательно применять абстрактный метод, что проявляется не только «в способе изложения (со стороны формы), но и ведет к ошибочным выводам, так как этот метод перепрыгивает через необходимые посредствующие звенья и пытается непосредственным образом доказать совпадение экономических категорий друг с другом».[105] В частности, Д. Рикардо отождествлял по существу стоимость товара (явление, характерное для простого товарного производства и первоначального этапа становления капитализма) с ценой производства (представляющей собой превращенную форму стоимости в условиях развитого капитализма).

В-третьих, в непонимании двойственного характера труда, воплощенного в товаре. Поэтому «у Рикардо всюду происходит смешение между трудом, поскольку он представлен в потребительной стоимости, и трудом, поскольку он представлен в меновой стоимости»,[106] т. е. между конкретным и абстрактным трудом. Кроме того, Д. Рикардо не проводил четкого различия между трудом как затратой физических и умственных сил человека и той особой исторической формой, которую он принимает в условиях товарного производства, т. е. между трудом вообще и абстрактным трудом. Указывая на то, что Д. Рикардо акцентировал свое внимание на проблеме величины стоимости товара, К. Маркс писал: «Форма же – особое определение труда, как создающего меновую стоимость, или выражающегося в меновых стоимостях, – характер этого труда у Рикардо не исследуется. Рикардо поэтому не понимает связи этого труда с деньгами, т. е. не понимает того, что этот труд непременно должен получить свое выражение в виде денег».[107]

Несмотря на эти недостатки, Д. Рикардо впервые в истории экономической мысли сознательно использовал трудовую теорию стоимости в качестве важнейшего инструмента исследования капиталистической экономики. По его мнению, определение стоимости количеством затраченного труда «имеет для политической экономики в высшей степени важное значение: ничто не порождало так много ошибок и разногласий в этой науке, как именно неопределенность понятий, которые связывались со словом “стоимость”».[108]

Принимая смитовское разграничение двух факторов товара: потребительной и меновой стоимости, он утверждал, что полезность сама по себе не может быть источником и мерой последней. «… Полезность, – писал Д. Рикардо, – не является мерой меновой стоимости, хотя она существенно необходима для этой последней. Если предмет ни на что не годен, другими словами, если он ничем не служит нашим нуждам, он будет лишен меновой стоимости, как бы редок он ни был и каково бы ни было количество труда, необходимое для его получения».[109]

В этой связи Д. Рикардо подверг резкой критике концепцию Ж.Б. Сэя, согласно которой стоимость (по его терминологии, ценность) определяется полезностью вещей. В письме к нему Д. Рикардо подчеркивал, что «полезность вещей представляет, бесспорно, основу стоимости, но степень полезности не может быть мерой стоимости. Товар, производимый с большей трудностью, будет всегда дороже, чем товар, производимый с большей легкостью, даже если бы все люди единодушно считали, что последний более полезен, чем первый».[110]

Д. Рикардо отмечал, что главный методологический порок этой концепции заключается в смешении факторов, создающих потребительную стоимость, с факторами, образующими стоимость, т. е. фактически конкретного труда с абстрактным. В соответствии с ней Ж.Б. Сэй полагал, что естественные факторы – солнце, воздух и т. п. являются источниками стоимости товаров, наряду с человеческим трудом. Критикуя данный подход, Д. Рикардо писал: «В противоположность Адаму Смиту г-н Сэй… говорит о стоимости, придаваемой товарам естественными факторами, как солнце, воздух, давление атмосферы и т. д., которые иногда заменяют труд человека, а иногда оказывают ему содействие в производстве. Но эти естественные факторы придают товарам только потребительную стоимость, а не меновую, о которой говорит г-н Сэй».[111] Согласно Д. Рикардо, естественные факторы «… делают человека более богатым, увеличивая количество потребительных стоимостей, но они выполняют эту работу даром, так как за пользование воздухом, теплотой и водой мы ничего не платим. Поэтому содействие их ничего не прибавляет к меновой стоимости».[112] Отсюда вывод: «Г-н Сэй все время не замечает существенной разницы между потребительной стоимостью и меновой стоимостью».[113]

По мнению Д. Рикардо, «товары, обладающие полезностью, черпают свою меновую стоимость из двух источников: своей редкости и количества труда, требующегося для их производства».[114] В этой связи он выделял некоторые товары, относящиеся к разряду невоспроизводимых благ (редкие статуи, картины, книги, монеты и т. п.), «стоимость которых определяется исключительно их редкостью», поскольку «никаким трудом нельзя увеличить их количество и потому стоимость их не может быть понижена в силу роста предложения».[115] Поэтому стоимость таких товаров «совершенно не зависит от количества труда, первоначально необходимого для их производства, и изменяется в зависимости от изменения богатства и склонности лиц, которые желают приобрести их».[116]

«Но в массе товаров, ежедневно обменивающихся на рынке, – подчеркивал Д. Рикардо, – такие товары составляют очень незначительную долю. Подавляющее большинство всех благ, являющихся предметом желаний, доставляется трудом. Количество их может быть увеличено не только в одной стране, но и во многих в почти неограниченном размере, если только мы расположены затратить необходимый для этого труд.

Вот почему, говоря о товарах, их меновой стоимости и законах, регулирующих их относительные цены, мы всегда имеем в виду только такие товары, количество которых может быть увеличено человеческим трудом и в производстве которых действие конкуренции не подвергается никаким ограничениям».[117]

Итак, Д. Рикардо различал два типа полезных благ, которые могут стать товарами: невоспроизводимые и свободно воспроизводимые. При этом он утверждал, что источником стоимости невоспроизводимых благ является их редкость, а свободно воспроизводимых благ – человеческий труд, затраченный на их производство. Это, пожалуй, единственный случай, когда Д. Рикардо проявил непоследовательность в трактовке трудовой теории стоимости, поскольку определение стоимости редкостью противоречит исходному принципу этой теории.

Дело в том, что редкость сама по себе не может выступать в качестве источника стоимости невоспроизводимых благ, представленных на рынке. Это объясняется тем, что редкость предопределяет лишь динамику колебания предложения и спроса на подобные блага. Но она ни в коей мере не оказывает и не может оказать никакого воздействия на их стоимость. Последняя, как известно, всегда определяется количеством общественно необходимого труда, затраченным на производство тех или иных товаров в данное время и в данных условиях. Однако невоспроизводимые блага суть особые товары, представляющие собой уникальные, неповторимые произведения мастеров, индивидуальный труд которых невозможно сопоставить с трудом, воплощенным в свободно воспроизводимых товарах, а потому он не превращается в общественно необходимый. В силу этого невоспроизводимые блага не обладают стоимостью. Но, становясь товарами, они приобретают цену (как правило, монопольную). Последняя есть необычная цена, поскольку она выражает не их стоимость, а потребительную стоимость, вследствие чего она колеблется в зависимости от потребностей покупателей, величины их доходов и т. п. Следовательно, это не действительная, а иррациональная цена, движение которой осуществляется не в соответствии с законом стоимости, а под воздействием закона спроса и предложения.[118]

Несмотря на указанную непоследовательность, Д. Рикардо значительно дальше А. Смита продвинул разработку трудовой теории стоимости. Прежде всего Д. Рикардо более четко определил такие понятия, как действительная и относительная стоимость, понимая, по словам К. Маркса, под первой стоимость как овеществление в товаре определенного рабочего времени, т. е. абсолютную стоимость, а под второй – выражение содержащегося в товаре рабочего времени в потребительной стоимости другого товара, т. е. меновую стоимость. Имея в виду это обстоятельство, Д. Рикардо писал: «… Труд является основой всякой стоимости… относительное количество его определяет почти исключительно относительную стоимость товара»[119]… И в другом месте: «… Настоящую или прошедшую относительную стоимость товаров определяет сравнительное количество их, которое производит труд, а не сравнительные количества, которые даются рабочему в обмен на его труд».[120]

В этой связи Д. Рикардо подвергнул критике трудовую теорию стоимости А. Смита, определявшего стоимость то трудом затраченным, то трудом покупаемым и считавшего их равнозначными понятиями. По его мнению, второе определение стоимости неверно, поскольку при капитализме труд затраченный и труд покупаемый не равны друг другу. Поясняя свою мысль, Д. Рикардо отмечал, что вознаграждение рабочего здесь не пропорционально тому, сколько он произвел, количество труда, затраченное на производство товара, отнюдь не равно количеству труда, которое за этот товар можно купить.[121]

В противоположность А. Смиту Д. Рикардо утверждал, что величина стоимости товара определяется только количеством труда, затраченного на его производство. «Если меновая стоимость товаров, – писал он, – определяется количеством труда, воплощенного в них, то всякое возрастание этого количества должно увеличивать стоимость того товара, на который затрачивается труд, а всякое уменьшение – понижать ее».[122] Следовательно, по Д. Рикардо, величина стоимости товара находится в прямо пропорциональной зависимости от количества воплощенного в нем труда и обратно пропорциональной – от производительности труда.

Сосредоточив свое внимание на исследовании меновой, или относительной, стоимости, Д. Рикардо вместе с тем поставил ряд важных вопросов, осмысление которых оказало существенное влияние на последующее развитие трудовой теории стоимости. Так, он указывал на необходимость разграничения качественно различных видов труда и их отношения к определению стоимости товара, т. е. фактически о разграничении простого и сложного труда, их роли в образовании стоимости. В этой связи Д. Рикардо установил, что «труд различного качества вознаграждается различно». Однако «это обстоятельство не служит причиной изменения относительной стоимости товаров».[123] По его мнению, это объясняется прежде всего тем, что вознаграждение рабочего, его заработная плата не определяет величину стоимости товара, поскольку последняя определяется заключенным в нем трудом. В силу этого различия в степени сложности труда, с одной стороны, не могут служить препятствием к тому, чтобы рассматривать труд в качестве источника стоимости; с другой стороны, эти различия устраняются посредством рынка, где более сложные в качественном отношении отдельные виды труда сводятся по существу к определенному количеству простого труда. «Оценка труда различных качеств, – отмечал Д. Рикардо, – скоро устанавливается на рынке с достаточной для всех практических целей точностью и в значительной мере зависит от сравнительного искусства рабочего и напряженности выполняемого им труда. Раз сложившаяся шкала подвергается незначительным изменениям. Если день труда рабочего ювелира стоит больше, чем день труда простого рабочего, то это отношение уже давно установлено и заняло свое надлежащее место в шкале стоимости».[124]

Будучи экономистом эпохи промышленного переворота, Д. Рикардо считал чрезвычайно важным вопрос о переносе стоимости с используемых в процессе производства средств труда на изготовляемый с их помощью продукт. Впервые этот вопрос был поставлен Ф. Кенэ в его знаменитой «Экономической таблице». Однако он лишь зафиксировал факт перенесения стоимости средств труда на производимый продукт, не объясняя особенностей данного процесса. Напротив, Д. Рикардо сознательно стремился осмыслить этот факт с точки зрения трудовой теории стоимости. Суть своего подхода он изложил следующим образом: «На стоимость товара влияет не только труд, применяемый непосредственно к ним, но и труд, затраченный на орудия, инструменты и здания, способствующие этому труду».[125]

Однако, не понимая двойственного характера труда, Д. Рикардо не сумел раскрыть механизм перенесения стоимости средств труда на вновь производимый продукт, становящийся товаром. По этой причине он не имел также ясного представления о двойственном результате затрат такого труда: наличия в стоимости товара двух различных частей – перенесенной стоимости (результат конкретного труда) и вновь созданной стоимости (результат абстрактного труда).

Именно это обстоятельство предопределило, в свою очередь, двойственную позицию Д. Рикардо по отношению к доходной теории стоимости А. Смита. С одной стороны, будучи последовательным сторонником трудовой теории стоимости, Д. Рикардо решительно выступал против второго варианта данной теории, в соответствии с которым доходы провозглашались источниками стоимости. С другой стороны, он фактически соглашался с первым ее вариантом, в котором утверждалось, что вся стоимость товара, в конечном счете, распадается на доходы. Следовательно, Д. Рикардо совершал ту же ошибку, что и А. Смит, т. е. игнорировал стоимость потребленных средств производства и тем самым впадал в совершенно очевидное противоречие, поскольку признавал вместе с тем факт переноса старой стоимости на новый товар.

Весьма важной также является постановка Д. Рикардо вопроса о регуляторе меновых отношений, т. е. о законе стоимости. «Меновая стоимость всех товаров, – писал он, – будут ли то промышленные изделия или продукты рудников, или земледельческие продукты – никогда не регулируется наименьшим количеством труда, достаточным для их производства при особо благоприятных условиях, составляющих исключительный удел тех, кто пользуется особыми возможностями. Напротив, она регулируется наибольшим количеством труда, по необходимости затрачиваемым на производство товаров теми, кто не пользуется такими условиями и продолжает производить при самых неблагоприятных условиях; под последними понимаются такие, при каких необходимо вести производство, чтобы было произведено требуемое количество продуктов».[126]

Таким образом, Д. Рикардо по существу провел различие между затратами труда на производство товаров в отдельных отраслях экономики и на производство этих товаров, выступающих в качестве регулятора меновых отношений, т. е. теми затратами, которые характеризуют суть закона стоимости. Вместе с тем выдвинутое Д. Рикардо положение о наибольших затратах труда при худших условиях производства как регуляторе меновой стоимости товаров является ошибочным. Дело в том, что оно применимо лишь к механизму ценообразования на продукцию сельского хозяйства, в то время как в промышленных отраслях экономики в качестве такого регулятора в действительности выступают затраты труда не при худших условиях производства, а при средних, а в особых случаях, даже близко к лучшим. Кроме того, ошибочным является и другое положение Д. Рикардо, согласно которому закон стоимости присущ всем историческим эпохам и формам хозяйства.

Указывая на ключевую роль труда как регулятора меновой стоимости товаров, Д. Рикардо вместе с тем подчеркивал, что отсюда вовсе не следует необходимость отрицания случайных и временных отклонений фактической, или рыночной, цены товаров, от их действительной и естественной цены. Восприняв эти понятия от А. Смита, он вслед за ним утверждал, что подобные отклонения зависят от различных факторов: спроса и предложения, повышения или понижения нормы прибыли предпринимателей, прилива и отлива капиталов в определенные отрасли экономики и т. п. Решающую роль здесь играет конкуренция. Именно она «устанавливает меновую стоимость товаров на таком уровне, при котором после выдачи заработной платы за труд, необходимый для их производства, и покрытия всех прочих расходов, требующихся для того, чтобы применяемый капитал сохранил состояние своей первоначальной пригодности, остаток стоимости, или избыток ее, будет в каждой отрасли пропорционален стоимости затраченного капитала».[127]

Следует также отметить, что в рамках своей трудовой теории стоимости Д. Рикардо затронул и такой важный вопрос, как соотношение понятий стоимости и богатства, понимая под последним определенное количество производимых в обществе потребительных стоимостей. Указывая на необходимость различения этих понятий, он писал: «Стоимость существенно отличается, следовательно, от богатства, ибо она зависит не от изобилия, а от трудности или легкости производства. Труд 1 млн. человек на фабриках всегда произведет одну и ту же стоимость, но он не произведет всегда одно и то же богатство».[128] Развивая эту мысль, Д. Рикардо пояснял, что в результате изобретения новых машин, использования более квалифицированных рабочих, лучшего разделения труда, открытия новых рынков для выгодного обмена товаров создается больше богатства, т. е. разнообразных предметов. Но при этом стоимость каждого из них не увеличивается, так как она «повышается или падает пропорционально легкости или трудности его производства, или, другими словами, пропорционально количеству труда, затраченного на его производство».[129] Таким образом, Д. Рикардо установил, что с ростом производительности труда величина стоимости товаров падает, а масса потребительных стоимостей растет.

Д. Рикардо понимал, что многие ошибки в политической экономии проистекают из смешения потребительной стоимости товара и его стоимости. Так, он писал: «Многие заблуждения в политической экономии объясняются ошибочными взглядами на этот предмет, а именно отождествлением возрастания богатства с возрастанием стоимости и слабо обоснованными понятиями о том, что является стандартной мерой стоимости».[130] И далее: «Только вследствие смешения понятий стоимости богатства или благосостояния можно было утверждать, что богатство может быть увеличено путем уменьшения количества товаров, т. е. предметов необходимости, удобства и удовольствия».[131]

Однако отсутствие концепции двойственного характера труда, воплощенного в товаре, не позволило Д. Рикардо решить вопрос о соотношении потребительной стоимости товара и его стоимости с точки зрения данной концепции, выявить внутреннюю причину их противоположного движения в условиях повышения производительности труда, хотя он и обнаружил это явление и пытался его осмыслить.

В целом, трудовая теория стоимости Д. Рикардо, несмотря на присущие ей недостатки, в ряде случаев, как мы видели, весьма существенные, тем не менее является монистичной, опирающейся на единый исходный принцип – затрат труда на производство товара. В этой связи он решительно выступал против всех попыток объяснить величину стоимости колебаниями спроса и предложения и показал, что эти колебания предопределяются в конечном счете действием закона стоимости, в соответствии с которым осуществляется рыночное ценообразование.

§ 3. Теория стоимости К. Маркса

Она представляет собой завершающий этап в развитии трудовой теории стоимости. Критически переосмыслив концептуальные идеи классиков политической экономии (прежде всего Д. Рикардо), он совершил революционный переворот, который затронул все составные части этой науки. По мнению Ф. Энгельса, такой переворот стал возможным благодаря применению в политической экономии диалектического метода, выработанного выдающимся немецким философом Г. Гегелем.

[103] Там же. С. 177.

[104] Там же. С. 178.

[105] Там же.

[106] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 26. Ч. III. С. 141.

[107] Там же. Соч. Т. 26. Ч. II. С. 176.

[108] Рикардо Д. Соч. Т. 1. М., 1955. С. 35.

[109] Там же. С. 33.

[110] Там же. Соч. Т. V. М., 1961. С. 263.

[111] Там же. С. 235–236.

[112] Там же. С. 236.

[113] Там же.

[114] Там же. Соч. Т. 1. С. 33.

[115] Там же. С. 34.

[116] Там же.

[117] Там же.

[118] «По Рикардо получается, – отмечает в этой связи В.С. Афанасьев, – что определение стоимости товара его редкостью (фактически определенным соотношением спроса и предложения, поскольку редкость – это превышение спроса над предложением) представляет собой исключение из закона стоимости. Это действительно исключение, но в несколько ином смысле: невоспроизводимые товары не обладают стоимостью, хотя они продаются и покупаются по определенным ценам. Ведь стоимость товара в количественном отношении – это общественно необходимые затраты труда, регулирующие меновые пропорции при товарном обмене. Что касается невоспроизводимых товаров, то затраты труда на их производство не регулируют их цены. Эти затраты остаются неизменными после того, как такие товары произведены, а цены на них имеют тенденцию расти и быть очень высокими. Такие ценовые особенности объясняются тем, что воспроизвести эти товары невозможно, а потому и их цены приобретают монопольный характер и определяются все более усиливающимся преобладанием спроса на такие товары над их предложением.

[119] Рикардо Д. Указ. соч. Т. 1. С. 40.

[120] Там же. С. 38.

[121] См. там же. С. 35.

[122] Там же.

[123] Там же. С. 40.

[124] Там же.

[125] Там же. С. 42. «Выяснение этой проблемы имело огромное значение. Рикардо показал, что орудия труда не создают новой стоимости. Их собственная стоимость, являющаяся результатом прошлого труда, переносится в процессе производства на изготовляемый товар. Тем самым Рикардо выступил против теории “производительности капитала” Сэя и Мальтуса, объявлявшей капитал источником прибыли, и дал более глубокое, нежели А. Смит, обоснование трудовой теории стоимости. В отличие от Смита Рикардо пришел к выводу о том, что в условиях капиталистической экономики (а не только при простом товарном хозяйстве) стоимость товаров определяется трудом, затраченным на их производство, что накопление капитала не отменяет принципа трудовой стоимости, а лишь усложняет процесс образования стоимости товара» / Афанасьев В.С. Указ. соч. С. 180–182.

[126] Рикардо Д. Соч. Т. 1. С. 69.

[127] Там же. С. 83.

[128] Там же. С. 226.

[129] Там же.

[130] Там же. С. 227.

[131] Там же. С. 228.