68 дней: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Папа помогает, нормально справляемся.

   Лина секунду помедлила, зажмурилась и выпалила то, что окончательно и определённо обозначило Максу цель его возможного визита.

– Они сегодня уехали в гости к сестре, с ночёвкой.

   Она покраснела.

   Макс нахмурился, подумал минуту. Наверное, подбирает слова.

– Лин, я очень хорошо отношусь к тебе и оценил твой порыв, но… Понимаешь, я не хочу начинать семейную жизнь с предательства. Это было бы неправильно. Прости.

   Лину будто окатили ведром горячей воды. А потом сразу – ледяной.

– Ладно, пока.

   Она не знает, куда деться от стыда. Дура, дура, какая же дура! Как только увидела Макса, сразу поплыла. Даже не поплыла – захотела его так сильно, до спазма в животе. Ещё бы немного – там же, в коридоре, затащила бы в тёмный закоулок и изнасиловала!.. Господи, боже мой, если он чувствовал ко мне тогда, в восьмидесятом, хотя бы сотую долю того, что чувствую сейчас я… Как он терпел? Как у него крышу не снесло? И я тоже, красота ненаглядная, держала мужика одной рукой за яйца, а другой отталкивала, и ещё это – "сидишь, млеешь". Идиотка! Сука! Сволочь! А теперь… Приложил тебя мордой об забор, и поделом! Твой поезд ушёл, и след растаял давно. Кто-то очень умный сказал: если хочешь быть с парнем лет семнадцати-восемнадцати, давай ему по первому требованию. И нечего было из себя целку строить! Ну что, сберегла себя для мужа? И что получила в итоге? Мешок люлей, и ещё один большой люль в придачу!

   Лина злится так, что хочется наплевать на всё, забиться в уголок и рыдать, рыдать до соплей, до распухшего носа и мешков под глазами… Нет, не выход. Люди ждут. Люди-то чем виноваты? Нельзя их подводить… Продышались, взяли себя в руки и побежали за туфлями.

   Пришёл вечер. Первое отделение пролетело, как одно мгновение. Лина оттарабанила за роялем всё, что полагалось, и пошла переодеваться, подправить макияж и причёску. Спасибо, девчонки-"гусята" помогли. Объявили водевиль. Публика замерла в ожидании. Лина вышла на сцену и говорит первую реплику. Ищет глазами Макса. Нет, ничего не видно, свет ослепляет, зал чёрен. Лина отыгрывает мизансцены, одну за другой, будто парит в воздухе, летит над сценой стремительной походкой, юбка развевается, рукава трепещут. Она играет для Макса, даже не зная, пришёл ли он, сидит ли в зале. Ей кажется, что он здесь. Убеждает себя, что он здесь. Всё внезапно вспыхнувшее желание, всю страсть она вкладывает в игру, отдаёт зрителям. Она изо всех сил желает, чтобы мужчины в зале захотели её. Прямо сейчас, без промедления, как только отгремят аплодисменты, и она спустится вниз, красивая и желанная, как сама Афродита.

   Концерт окончен, их приняли на "ура", взяли водевиль на следующий этап фестиваля. После объявления результатов, как всегда, артисты остались в зале – отметить успех. Лина очень устала – выложилась в ноль. Рядом с ней присел один из зрителей. Лина его помнит, он студент-пятикурсник с экономики, с дневного отделения. Парней там мало, все на виду, не заметить трудно. Кажется, Гена?.. Пока вспоминала имя, он взял её за руку и заговорил. Жарко, убедительно. Сказал, что она играла потрясающе. Что он однажды случайно зашёл в зал во время репетиции, и забыл, куда шёл – сел и смотрел, пока они не закончили. Оказалось, он ходит за Линой по пятам уже вторую неделю. Но сегодня… Она превзошла все его ожидания. Он влюбился окончательно (так и сказал!), и теперь жизни своей без неё не представляет!

   Сказать, что Лина удивилась, ничего не сказать. Она поражена. Всматривается в его лицо. Он не врёт, с таким глазами не врут. Чего он хочет, чего добивается? Умная Лина тут как тут: "А то ты не знаешь, чего хотят мужики, объясняясь женщине в любви?! Смотри, родная, тебе решать. Если недотрах беспокоит – вот тебе вариант. Живой, тёплый. И холостой, если что. Красивый, все девки обзавидуются".

   И Лина подумала: почему бы и нет?.. Макс дал очередной отлуп, и он прав. Утёр тебе нос, показал свои высокоморальные качества. Там не светит. Значит, пойдём туда, где светит.

   Гена вызвался проводить её до дома. Потом пришёл на репетицию "Гуся" и сказал, что тоже хочет попробовать себя. Ему дали сначала одну роль, потом ещё, и ещё. Они с Линой стали играть в парных сценках. Получается у Гены очень неплохо. Конечно, некоторые жесты смотрятся топорновато – зажат, пока не хватает внутренней свободы. Но он с лихвой компенсирует мелкие недочёты фантастическим обаянием. Девчонки сразу приняли его, как своего, и он держится с ними легко, по-приятельски. Но всячески демонстрирует всем, что звезда тут для него только одна. И зовут её Лина.

   Конечно, Лине приятно его внимание. Он ухаживает красиво, ведёт себя галантно. Позже, разговорившись, она узнала, что Гена – сын непростых родителей, у них весьма высокое положение в столице Туркмении – Ашхабаде. Судьба занесла их в знойную Среднюю Азию. Обжились, пустили корни, поднялись. Лина обратила внимание на то, как Гена одет, каким парфюмом пользуется. Дорого, очень дорого. Кроме всего, он явно моложе Лины по возрасту – минимум на четыре года, потому что окончил школу и поступил в Институт в шестнадцать. То есть, опять на молодёжь потянуло старушку? Умная Лина ухмыляется, но молчит. Понятное дело, тут серьёзными отношениями близко не пахнет. Так, развлечение, от нечего делать. Как говорит папа, на бесптичье и жопа – соловей. Слышали бы твои мысленные рассуждения девочки, которые вьются вокруг Гены, как мотыльки вокруг лампочки! Зажрались вы, Полина Георгиевна! Берите дефицит, пока тёплый. И Лина взяла.

   Гена живёт в "двойке", в отдельной комнате, как раз над достопамятным дискотечным залом. Когда идёшь из Института на остановку "Зорька" по улице Нижегородской, его окна как раз напротив, и всегда видно – дома он или нет. Генка опытный любовник, они с Линой довольно быстро приладились друг к другу. Африканская страсть парня быстро сошла на нет, осталось желание получать удовольствие. И, безусловно, доставлять его партнёрше. Встречаются регулярно. Лина подозревает, что она у Генки не единственная девушка. Её это не очень волнует, никаких особых чувств к парню она не питает. Иногда Генка остаётся у неё, когда папа уезжает на ночь в гости к своей зазнобе.

   Лина взялась напечатать Гене диплом – почему бы не совместить приятное с полезным? Он щедро заплатил за работу. Спросил незадолго до отъезда: "Ты будешь меня вспоминать? А если я приеду когда-нибудь в Новосибирск, у нас всё будет по-прежнему?" Лина улыбнулась и ничего не ответила. Она считает дни до момента, когда Гена, наконец, уедет. Теперь она не понимает, зачем ей это всё. Наверное, чтобы преодолеть стыд и шок от очередной оплеухи, полученной от Макса. Доказала себе, с помощью Генки, что она может быть желанной. В том числе, для совсем молодого мужчины. Такого, как Макс.

   Лина не перестаёт думать о нём. Даже когда вместе с Генкой. Особенно, когда вместе. Сегодня их прощальный вечер, завтра Генка улетает в Ашхабад. Она закрывает глаза и представляет, что сейчас она не с Генкой. С Максом. Его она обнимает, его нетерпеливые руки раздвигают бёдра, его она чувствует внутри себя. Когда удаётся ясно увидеть внутренним взглядом любимое лицо, мощная волна наслаждения мгновенно поднимает её на самый пик. Генку заводит её страстность. Он рад, что не ошибся в ней. Заключительный аккорд их дуэта, исполненного на узком диванчике, удался. Парень его запомнит.

   Вот и всё. Роман окончен, жизнь продолжается. Лина благодарна Генке за своевременное появление на её горизонте. Он показал ей, что плотская любовь может приносить множество приятных впечатлений. И для этого совсем ни к чему связывать себя обязательствами, клятвами, общим бытом и общими проблемами. Но Лине хочется именно этого! Связать себя, почувствовать рядом плечо человека, на которого можно опереться, для кого можно самой стать крепким тылом и тихой гаванью. И самое главное – Тасёне нужен отец. Настоящий, не воображаемый, не выдуманный геройски погибший лётчик и, тем более, не реальный биологический папаша – игрок, пьяница и звездобол.

   Конечно, дед взял на себя в их маленькой семье почти все роли. Лине приходится отыгрывать роль кормильца, зарабатывать, находясь большую часть времени вне дома. Другие варианты пока не просматриваются. Она с удовольствием примерила бы на себя роль хранительницы семейного очага – занималась бы домом, готовила вкусную еду, создавала уют, уделяла бы больше времени дочке. И, конечно, ухаживала бы за мужем, любила его, холила и лелеяла. Когда её внутренний монолог доходит до слова "муж", перед ней неизменно встаёт Макс. Только Макс. Никто, кроме Макса.

Глава 13

Однажды к Лине обратился знакомый преподаватель с кафедры философии. Кроме основной работы, он выполнял обязанности декана ФОП – факультета общественных профессий. Суть его работы Лина не очень хорошо представляла, но он разъяснил и разложил по полкам. И предложил ей работу методиста ФОП, с той же инженерской зарплатой – сто двадцать рэ. За эти деньги Лине надо было делать наброски недлинных годовых планов, отчёты об их выполнении, заполнять красивым почерком бланки удостоверений, которых не так уж много выдавалось – не больше пары десятков в год. Остальное время ей предписывалось заниматься тем, чем она и так занималась раньше в свободное от работы время. Проще говоря, её участие в организации фестивалей и концертов, а также добровольное режиссёрство в "Зелёном Гусе", становились оплачиваемой работой. Отдельное рабочее место для неё не предусмотрено, пришлось расположиться в репетиционной комнате "Гуся". Всё это выглядит просто сказкой – заниматься любимым делом, хобби, и ещё деньги за это получать! Мечта, а не работа. Единственное, что немного смутило Лину, запись в трудовой книжке не способствует будущему карьерному росту по специальности. Но она быстро с этим смирилась – плюсы уверенно перевешивают маленький несущественный минус.

   Больше всего она порадовалась уходу из НИЛ, где понемногу начала чувствовать себя врастающей в топкое болото. Уже почти квакала, как все остальные. Её кипучая душа требовала действия. Теперь она больше времени проводит на месте подработки – кафедре Охраны труда. И всё больше её втягивает в круговорот своих идей профессор кафедры Игорь Степанович. Лина поддакивает, но пока не очень понимает, куда он клонит и к чему вся его неумеренная болтология может привести. Но исправно заседает у него в кабинете и слушает, мотает на ус.

   Всё началось с командировки в Москву, куда её отправили от кафедры Охраны труда. В её задачи входило сопровождать известного учёного из Академгородка на конференцию. Учёный был инвалидом по зрению и нуждался в помощнике. Всё, что происходило в течение следующих нескольких лет, так закрутило Лину, что она и представить себе не могла.

  ***

   В стране стремительно набирает обороты перестройка. В воздухе витает запах перемен, люди начинают всё более свободно и смело высказывать свои мысли. Период тотального вранья и притворства, в котором выросло поколение Лины (и не только оно) закончился, пришла гласность. Резать правду-матку с трибун любого уровня стало не просто модно – необходимо, чтобы попасть в струю, остаться на плаву в стремительно меняющейся реальности. Многие деятельные люди воспряли духом, ожидая всё новых перемен, от всей души желая, чтобы мир вокруг менялся к лучшему.

   Через два года Лина набрала штат в лабораторию методов активного обучения. Её назначили заведующей, выделили четыре инженерных ставки и одну секретарскую, дали прекрасное помещение в старом корпусе. Научным руководителем стал Игорь Степанович. Лина с девочками-инженерами занимается деловыми играми. Она много ездит по стране, знакомится в командировках с методиками известных специалистов, заимствует что-то у них, что-то они сообща додумывают сами. В общем, работа кипит, глаза горят, круг людей, задействованных в делах лаборатории, постоянно и быстро расширяется. И в этой работе ей очень пригодился как опыт организатора, так и актёрский опыт. Лина совершенно не боится выходить на любую аудиторию, свободно разговаривать с людьми с трибуны, со сцены, на самые разные острые темы. О работе Лины снимает интересную программу Новосибирское телевидение, в одночасье она становится телезвездой.

   Всё это увлекает, занимает её, делает жизнь яркой, полной впечатлений, встреч, новых людей, нового опыта. Она по-прежнему в поиске своего единственного – того, кто станет для подрастающей дочки настоящим отцом. Иногда ей кажется, что такой человек появился, вот он, осталось сделать несколько шагов к сближению. Но по разным причинам шаги уводят в сторону, ничего не происходит, ожидаемое не случается, на горизонте по-прежнему не маячит "хэппи энд". Лина не ожесточилась сердцем, но стала меньше вестись на романтику, в её характере прочно обосновался цинизм и трезвый расчёт.

   Лина повзрослела, чуть располнела, но её это не портит. Поменяла стиль в одежде – публичность обязывает. Любимый её наряд для выхода на трибуну – костюм из гобеленовой ткани, цветочный узор в лилово-розовых тонах. Под него надевает чёрную крепдешиновую блузку с жабо, закалывает ворот брошкой в цвет костюма. Чёрные колготки, бордовые закрытые туфли на каблучке. Короткая стрижка с завивкой, едва заметный макияж, подчёркивающий глаза. Во всеоружии.