Напев Чанакьи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

'Ты мог бы дать ему уйти!' - прорычал Икрам.

'Гангасагар пришел бы за мной, и это были бы мои яйца, а не Хамида!' - объяснил взбешенный директор.

Ты мог бы сказать Гангасагару правду - что Хамид невиновен и что мы пытаемся взять Рашида вместо него".

'Это означало бы также сказать ему, что вы помогли Рашиду и Хамиду получить работу в R&S Aviation".

Икраму не было нужды целиться в лидера угонщиков. Если бы он оставил это на усмотрение NSG, он мог бы быть жив", - сказал директор Разведывательного бюро.

'Я знаю, знаю', - сказал Гангасагар. Но он видел лицо угонщика по телевизору. Теперь он знал, что угонщик - это Рашид". Тот факт, что Рашид пытался убить Чандини, должно быть, заставил его кровь закипеть, и он решил покончить с этим человеком раз и навсегда".

В итоге NSG открыла огонь по Рашиду в безнадежной попытке защитить Икрама", - говорит режиссер.

Икрам был таким - сначала стрелять, потом задавать вопросы. Икрам мог быть вспыльчивым головорезом, но у него было золотое сердце. Да, он быстро нажимал на курок, но только если знал, что это нужно для восстановления справедливости. И да, он мог чувствовать себя обманутым, когда Хамид сказал ему, что я обманом заставил его отказаться от поста главного министра, но он никогда не отомстил бы Чандини", - сказал Гангасагар.

С каких пор вы стали мягким, сэр?" - спросил директор.

С тех пор, как вас бесцеремонно выгнали с поста комиссара полиции, а я пожалел вас и устроил в Разведывательное бюро. Вы ведь тоже были другом Икрама!

"Увы, в моей работе нет постоянных друзей - только постоянные интересы".

Красный форт - самый большой памятник в Старом Дели - был не просто местом, откуда премьер-министр Индии обращался к своим соотечественникам в День независимости. Это был еще и лабиринт камер и туннелей. Во времена Великих Моголов в форте проживало более трех тысяч человек. В глубине его недр находились десяток особо охраняемых камер. Это были камеры для допросов, принадлежавшие Разведывательному бюро Индии.

В одной из этих камер Рашид лежал на больничной койке, специально доставленной сюда вместе со сложным медицинским оборудованием. О том, что Рашид выжил, знали только директор Разведывательного бюро и Гангасагар.

'Вы должны отпустить этого человека под мою охрану!'

Приказ был произнесен властно. Директор повернулся на своем вращающемся стуле, чтобы узнать, кто был настолько дерзок, чтобы вмешаться. Он был потрясен, увидев, что это шеф RAW.

'Вы должны освободить его', - просто сказал секретарь (по исследованиям).

'У меня есть причина?' - спросил директор Бюро разведки.

'Он агент RAW. Достаточно?

'Какого черта вы, негодяи, затеяли? Рашид участвовал в попытке саботажа вертолета министра иностранных дел. Затем он угнал самолет со ста семьюдесятью семью пассажирами на борту. Зачем агенту RAW строить заговоры против индийских министров и угонять гражданские самолеты?" - спросил директор Бюро разведки.

'Рашид - это псевдоним. Его настоящее имя - Махмуд. Он пакистанский двойной агент. Мы использовали его в китайской операции. К сожалению, последняя часть операции предусматривала его арест MSS - китайским министерством государственной безопасности, и мы не поделились с ним этой частью плана заранее", - объяснил ветеран RAW.

Но какова была цель плана?

Наш министр иностранных дел смог вести переговоры с позиции силы в Китае благодаря этой успешной операции, в которой Махмуд был использован, чтобы вызвать раскол между китайцами и пакистанцами".

Если он был арестован MSS, как он оказался в Индии?" - спросил директор.

Его уйгурские товарищи совершили нападение на тюрьму, где он содержался в Синьцзяне, и ему удалось бежать. Он проник в Индию с помощью непальских контрабандистов и добрался до Лакхнау, где обратился за помощью к Икрамбхаю по гуманитарным соображениям. Икрамбхай помог ему из чувства долга по отношению к брату-мусульманину, но не зная его происхождения".

Это объясняет гнев Икрама, когда он увидел, что тот самый брат-мусульманин, которого он пожалел, не только пытался саботировать вертолет Чандини, но и угнать гражданский самолет, считает директор.

Из зала заседаний на двадцать третьем этаже открывался панорамный вид на город. Плюшевые кожаные вращающиеся кресла окружали блестящий конференц-стол из кленового дерева. На стенах висели огромные портреты основателей компании. В комнате витал пьянящий аромат кубинских сигар. Г-н Рунгта и г-н Сомани, партнеры компании, сидели на противоположных концах стола, потягивая теплый ромашковый чай.

Игра, которую мы вели с Гангасагаром, обернулась бумерангом, - сказал Рунгта, рассеянно помешивая чай. Ваш человек - предыдущий министр обороны - был с позором изгнан с поста премьер-министра. Мой человек - министр финансов - вынужден довольствоваться чтением лекций в университетах!

'Все сделки разваливаются - телеком, нефть, корма, земля. Правительство слишком напугано, чтобы позволить какой-либо из них двигаться вперед", - говорит Сомани. Даже продажи и покупки акций, которые мы приурочили к нашим ссорам и примирениям, находятся под пристальным вниманием регулятора". Профсоюзный спор привел к остановке всего бизнеса почти на неделю!

В тяжелую дубовую дверь тихонько постучали. 'Войдите', - объявил Рунгта. Вошел элегантно одетый секретарь. Извините за беспокойство, господа, но там снаружи какой-то джентльмен. У него не назначена встреча, но он говорит, что если я назову вам его имя, вы оба непременно захотите с ним встретиться".

'Кто это?' - спросил Сомани с любопытством.