— Прямо к околице Козловки. Мой дом как раз на краю села.
— В гости приглашаете?
— У меня мама строгая. Проводите, а сами по дороге дальше. Ведь вам в Щемиловку.
— Да, — рассеянно согласился незнакомец.
Они сошли с дороги и вошли в густой подлесок.
Анна шла впереди. И у нее не проходило ощущение холода на спине. Она свела лопатки, словно обороняясь от удара, которого можно было ожидать каждую минуту.
— Мрачные вы люди, механизаторы, — продолжала болтать Анна. Звук собственного голоса подбадривал ее.
— Будешь мрачным, когда в районе нахлобучку дадут.
— И здорово?
— Порядком. А так мы не мрачные. Через ваше село часто хожу. Может, когда зайти позволите?
— Дорога не заказана.
— Да больно далеко ходить. Вы дольше моего здесь живете. Может, обход знаете?
— Есть. Только неудобный. Ближе к реке. Того и гляди на пограничников наткнетесь, — и добавила: — объясняйся потом, что вы ко мне, а не куда еще шли.
— Ну, это нестрашно.
— Парни, те всегда поймут.
— Может, и поймут.
— Так та тропка от моего дома — в лесок. Там на взгорок по над берегом. А оттуда до Щемиловки рукой подать. Как раз к кукурузному полю выйдете.
— Вот и договорились, — сказал попутчик.
— Да вы же лица моего не видели, — заметила Анна, — может, я рябая или косая.
— С лица воду не пить.
— Вам виднее.
— Коль кривая или косая, так и приглашать постеснялись бы.
— Как знать, — ответила Анна и спросила: — Который час?
— Четыре часа тридцать пять минут. Скоро светать начнет.
— Засветло и доберетесь.
Они шли густым подлеском, скрывавшим все окрестные приметы. Ветви смыкались над их головами, и на затянутом облаками небе не светилось ни одной звезды.
Они давно уже миновали Козловку и вышли к заставе. Им осталось выйти на опушку, вдоль которой обычно возвращались и шли на охрану границы наряды. И теперь Анне и ее ночному попутчику было не разминуться с ними. Оставалась одна опасность: с опушки хорошо виднелась сторожевая вышка на заставе. Заметив ее, незнакомец не мог бы не догадаться, куда завела его Анна.
Но девушка неспроста справилась о времени. Она знала, когда примерно возвращаются наряды: дом-то ее стоял напротив заставы.
«Вот и опушка. Только бы наряд встретился».
— Стой!