Смысл доказывать Буржуа, что сначала Маринетт завязала себе два хвостика, и только потом появилась Ледибаг?
Ледибаг была сильнее Маринетт физически. Она поднимала машины, легко швыряла огромные куски стен и булыжники, ударом кулака громила монстров. В её ладонях металл мялся легче пластилина, а алмазы крошились. У Ледибаг была сила сотни экскаваторов, как однажды высказался Нуар.
— Ну, может быть, чуть меньше, — улыбался Кот, потирая на макушке шишку от йо-йо. — Ой, да ладно тебе, ты чего дерёшься?!
Ледибаг была сильнее Маринетт ментально. В моменты страха, неуверенности, растерянности Дюпэн-Чэн пыталась нащупать на лице край красной маски — это всегда приносило успокоение. Если не выходило, то пальцы Маринетт начинали подрагивать, голос ломался, сердце заходилось в тревожном биении. Если выходило, то по венам вместо крови начинала течь уверенность и удача.
Ледибаг была лучше во всём, и это могло быть действием волшебства. Иногда Маринетт считала, что она недостойна носить красную маску. Что любая другая девушка, — да хотя бы девочки из её класса, зачем далеко ходить?! — может примерить камень Чудес божьей коровки, и справиться с супергеройской ролью не хуже, чем дочка пекаря. Ледибаг могла справиться с таким, о чём Маринетт боялась даже думать: с природными катаклизмами, нашествием Сапотисов, флиртом Кота, психоделическими акумами и ещё кучей всякой дряни.
Со смертью Кота она не справилась. Но выжила.
Маринетт же смерть Адриана просто убила.
Ледибаг стояла перед зеркалом в ванной и мрачно смотрела в серебряную глубину. Глаза у девушки больше не были голубыми; от зрачков радужка окрашивалась в грязно-охровый цвет. Словно плеснули помоев в чистый до этого океан. Губы, обычно розовые, выцвели и сжались в до того плотную линию, что практически потеряли своё очертание. В уголках от напряжения образовались скорбные складочки; такая же бороздка залегла между нахмуренных бровей.
В свои неполные семнадцать Ледибаг без маски выглядела старше тридцати.
Не отрывая тяжёлого взгляда от зазеркалья, девушка перевязала хвосты. Ей хотелось было заплести косу или сделать один высокий хвост, но привычка победила моментальное желание. Лучше уж пусть хоть что-то останется по-старому.
Напоследок девушка провела кончиками пальцев по серёжкам. Обычно чёрные невыразительные гвоздики были красными с пятью точками — точно во время перевоплощения.
Серьги приросли к мочкам и не снимались.
Тикки, пока Ледибаг приводила себя в порядок после недолгого сна, лежала на подушке. Дышала квами еле-еле, с едва различимыми сипами — как больной человек, находившийся на смертном одре. Глаза у малышки были не просто тусклыми, они буквально выцвели, как и шкурка. Нынешняя Тикки напоминала тень от самой себя.
Ледибаг опустилась на кровать возле подруги и осторожно погладила квами по спинке. Тикки была холодной и влажной. Ни следа от прошлого тёплого огонька.
— Как я могу тебе помочь?
Тикки тихонько заскулила, но ничего не ответила. Ледибаг продолжила её гладить.
— Тикки, — вновь позвала она. — Пожалуйста, ответь. Как тебе помочь?
Квами закашлялась. В сухом, раздирающем слух звуке Ледибаг явно услышала «никак».
Девушка потянулась было рукой к халату, но на полпути замерла. Неприятная мысль, возникшая у Ледибаг в голове, заставила поморщиться: а что, если с Тикки что-то случится?
Маринетт бы в этом случае волновало состояние волшебной подруги.
Ледибаг больше волновала возможность перевоплощения. Потому что в её холодной голове цвёл целый план по уничтожению акум, применению Чудесного Исцеления, излечению Парижа и… и кое-чему ещё. Но об этом было лучше не думать. Чтобы не сглазить.
— Тикки, что с тобой происходит?
Квами зашлась сухим кашлем, даже слёзы выступили на больших глазах. Ледибаг дождалась окончания приступа, прежде чем повторить свой вопрос с чуть большим нажимом. Удивительно, но это сработало: Тикки отреагировала.
— Плагг… Плагга нет, Маринетт!
Ледибаг хотела было сказать, что Маринетт, в общем-то, тоже нет, но промолчала. Эта новость наверняка окончательно уничтожила бы малышку.
Поэтому она продолжила гладить Тикки по прохладной спинке.
— Плагга нет, противовеса нет, ничего нет, — заплакала Тикки. — Мы же парные талисманы… были. Те-теперь уже не-ет. Энергии много, а обмена нет. Я… я умираю, кажется.
Ледибаг кивнула. Что же, это объясняло странность с глазами носительницы камней Чудес и состоянием собственно Талисманов. Если умирал дух, то было вполне логично, что и с Камнями что-то будет совершенно не в порядке.
Но это точно не устраивало Ледибаг. Если не будет камня Чудес божьей коровки, то как вернуть Кота? Как вернуть Адриана?
— Если мы проведём синхронизацию, это замедлит процесс?