Тасуя картонные прямоугольники так и этак, Ледибаг думала. Она сразу отложила в сторону Мага, Колесницу и Колесо. Следом отправились Смерть, Башня, Сила и Повешенный. Сильные карты со множеством значений, но явно бесполезные в нынешней ситуации.
Некоторое время Ледибаг думала над картой Страшного Суда, но затем всё же решила, что одного апокалипсиса было уже достаточно.
Умеренность тоже не помогла бы.
Оставались Правосудие и Дьявол.
— Я тоже над ними думала, — призналась Таролог, собирая не пригодившиеся карты. — На мой взгляд, они самые перспективные.
— Ты сможешь использовать их, чтобы нейтрализовать акум?
— При верном толковании эти карты могут даже победить.
Ледибаг побарабанила пальцами по столу.
План в её голове выстраивался с лёгкостью Лего. Убивать акум нужно было быстро и желательно сразу двоих, чтобы не успели очнуться. Палач должен был эффективно сокращать армию Упыря, что очень удобно, но при этом его самого стоило опасаться больше, чем другого одержимого. Палача так же легко выследить, — опять же, по идее, — по кучам убитых вампиров; если же тварей не останется, то искать акуму Ледибаг могла до посинения.
У неё не было столько времени. У неё вообще не было времени.
— У нас нет времени, — вторила её мыслям Эмили, смотря на Ледибаг застывшей зеленью.
— Почему это?
— Упырь сожрал камень Чудес разрушения. Как думаешь, сколько Катаклизмов перенесёт купол над городом?
Ледибаг поморщилась. Да, неудобно. Вампиризм, если он вырвется из-за границы купола, чёрным мором пронесётся по всему миру и просто сотрёт человечество. Что бы ни стремилось на несчастную планетку из-за Граней, оно в этом случае победит.
— Акума уже применял Катаклизм?
— Да. Купол пока держится, а для использования силы нужно время. Перезарядка.
— Хоть что-то хорошее.
Ледибаг прошла к месту, где раньше стояла Эмили, и выглянула из окна. Верно: молочное полотно купола всё было покрыто мелкой сетью чёрных трещин. Выглядело даже красиво, будто дорогой белый мрамор.
— Это три Катаклизма. Способность восстанавливается примерно час. Скоро будет четвёртый.
Вторя словам Эмили, молоко начало трескаться. Вниз посыпалась белая крошка, похожая на осыпающуюся штукатурку. Трещины стали больше и теперь змеились по всей видимой части купола.
— Думаю, купол продержится ещё хотя бы два раза, — заметила Эмили.
— Я бы не надеялась и на один.
— На нашей стороне удача, разве не так? Леди Фортуна.
Ледибаг прикусила губу. Если бы было время, то героиня действовала бы неспешно: вырезала вампиров, как в каком-нибудь хоррор-шутере, ставила продуманные ловушки на Палача, рыскала по городу, убивала собственное горе чужими смертями. Охотилась.
Времени не было, так что ей пришлось придумывать другую тактику. Или, если точнее, возвращаться к той, о которой ранее говорил Кот Нуар.
Хлоя Буржуа, к счастью, выжила. Она даже не сменила своё местоположение: как жила на верхнем этаже отцовского отеля, так и осталась там. Здание оказалось достаточно хорошо продумано, и теперь являлось одним из аванпостов человечества в трупе Парижа.
Блондинка также хорошо отреагировала на раскрывшийся портал и выпрыгнувшую оттуда Ледибаг. Хлоя лишь едва вскрикнула и схватила с прикроватной тумбочки лампу, выдернув ту из розетки. В комнате сразу стало заметно темнее, потому что окна оказались плотно заклеены какой-то чёрной бумагой.
— Хлоя Буржуа, — без предисловий обратилась к девушке Ледибаг, — мне нужна твоя помощь.
Хлоя отложила светильник в сторону и встала на ноги. К Ледибаг она приближалась осторожно, как никому не доверяющий пушной зверёк.
Она похудела и осунулась, под глазами залегли тени. Движения были медленными, но нервными. И при этом — Ледибаг не заметила ни одного огреха в идеальном макияже или намёка на дисгармонию в подобранном луке. Хлоя оставалась Хлоей.