Батиат приподнял брови:
— Это как?
— Если я убью противника быстро — а скорее всего, так оно и случится, — ты потеряешь на этом отличного гладиатора. Если же по какой-то случайности я буду убит, ты так и не увидишь, каким бойцом я могу стать.
— Ты горд и уверен в себе, — проворчал Батиат. — Но почему ты ждешь, что я поверю, будто ты можешь победить любого из двух этих гладиаторов? Они оба — отважные, умелые бойцы.
— Господин, тебе виднее, во что верить, — ответил Спартак, спокойно глядя на него. — Но в моих предыдущих боях, когда я выступал за наш лудус, я не показал и малой части того, на что способен. — Он услышал, как стоящий за Батиатом Фортис презрительно фыркнул. Спартак взглянул на капуанца с ненавистью. «Если богам будет угодно, когда-нибудь я тебя прикончу, гад!»
Батиат услышал фырканье капуанца.
— И что смешного?
— Господин, этот пес лжет! Он довольно способный гладиатор, но, скажем, до того же Крикса ему далеко.
— Почему ты так в этом уверен?
— Потому что видел, как он дерется! — воскликнул Фортис. — Он выиграл все свои бои, но не так, как это сделал бы чемпион!
— Да, ради экономии сил. Мне просто нужно было выжить, — честно сказал Спартак и презрительно посмотрел на Фортиса. «С чего это я должен напрягаться ради такого жалкого негодяя, как ты?»
На шее у Фортиса набухли жилы.
— Ах ты поганый…
— Довольно, — оборвал его Батиат. Он явно что-то прикидывал. — Возможно, он лжет — а возможно, и нет. Так ли уж удивительно, что человек в его положении прилагает лишь минимум усилий? Думаю, многие из них так поступают.
Фортис замолчал, подавившись собственными словами, и на миг Спартак почувствовал удовлетворение. Но ощущение это исчезло, когда Батиат посмотрел на галла, на черноволосого фракийца — и снова на него. Спартак не опустил взгляда. Несмотря на явные капризы богов, он встретит свою судьбу, как подобает мужчине. Но в то же время трудно было не думать, что именно это сон о змее и предвещал.
Батиат перешел к германцу; тот, что неудивительно, отвел глаза. Ланисте этого хватило.
— Проваливай! — рявкнул он. — Трус!
Германец повиновался, а Батиат снова переключился на черноволосого фракийца.
— Драться будешь ты, — объявил он. — Уверен, ты станешь достойным соперником Спартаку.
Гладиатор судорожно кивнул.
Спартак ждал, пока ему разрешат уйти. То, что змея обвилась вокруг его шеи, еще не значит, что он не сумеет ее убить. Да, понадобится помощь Всадника, но в этом нет ничего невозможного.
— Ну так пошел! Приготовься! — рявкнул Фортис на черноволосого фракийца. — Бой начнется в полдень!
Когда боец улизнул, Батиат снова посмотрел на Спартака:
— Даже если ты переживешь этот бой, постарайся не разочаровать меня. Если я останусь недоволен, то поставлю тебя драться с Криксом. Насмерть. И мне будет насрать, сколько денег ты мне принес к этому моменту. Понял?
— Да. — По какой-то причине Спартак точно знал, что услышанный им смешок принадлежит Криксу.
— Наглое ничтожество! Да, господин! — прорычал Фортис.
Спартак скрипнул зубами.
— Да, господин.
— Вот так-то лучше. А теперь вали отсюда, хватит испытывать терпение Батиата.
«Терпение?» — со злобой подумал Спартак, однако же промолчал. Дерзость могла закончиться поркой, а это было бы совсем некстати. Нужно быть в отличной форме, чтобы победить черноволосого воина.