Геката вздохнула:
– Похоже, я переборщила. Прости за пчел.
Геката отпустила пчел, и богини сосредоточились на занятии.
– Помнишь, о чем я тебе говорила? – Богиня колдовства поставила Персефону перед гранатовым деревом. – Магия пластична.
Персефона помнила. Геката произнесла эти слова вскоре после того, как она начала чувствовать жизнь в растениях, цветах и деревьях вокруг.
Заниматься магией с Гекатой было совсем не то же самое, что заниматься ею наедине. Богиня была предана этому ремеслу и педантична в своих указаниях. Персефоне было велено заставить дозреть гранаты на дереве в центре рощи. Ветви прогибались под их тяжестью, но кожица фруктов еще была зеленовато-желтой с пунцовыми вмятинами. То есть богине весны нужно было показать, как она умеет концентрировать и направлять свою магию.
Слова Гекаты всплыли у нее в голове, когда она призывала свою магию.
«Представь, что перед тобой глина – слепи из нее то, что хочешь, а потом… оживи это».
Сказать проще, чем сделать.
Персефона почувствовала, как жар магии пульсирует у нее в венах. Она стекала ей в ладони, подобно воде, нагретой на солнце. Закрыв глаза, богиня представила, как формирует из чар зрелый красный гранат.
– Отлично, – услышала она подбадривание Гекаты.
Персефона сделала глубокий вдох и открыла глаза. Она не видела магию, что держала в руках, но чувствовала ее. Это была энергия, которая заряжала воздух вокруг, поднимая волосы на ее руках и задней части шеи.
– А теперь направь магию на свою цель.
Персефона сделала, как велела Геката, выставив руки вперед. Пульсирующая магия покинула ее ладони, оставив их покрытыми холодным потом. Она достигла дерева, и гранаты начали наливаться и темнеть.
– Да! – Персефона подпрыгнула, обрадовавшись успеху.
Но фрукты продолжали зреть.
И зреть.
И зреть.
О нет.
– Прячься! – Геката схватила Персефону за руку и оттащила за ближайшее дерево.
Секунду спустя она услышала громкий хлопок, словно несколько гранатов взорвались. Персефоне не хотелось на это смотреть, но она все равно выглянула из-за дерева. Вся роща была покрыта красным. Она была похожа на место кровавой бойни.
Плечи Персефоны безвольно опустились.
– Ты просто использовала слишком много силы, – сказала Геката.
– Думаю, это и так очевидно, Геката, – огрызнулась Персефона, досадуя на саму себя.
Богиню колдовства как будто вовсе не задел выпад Персефоны – она лишь улыбнулась.
– Не смотри на это как на поражение, моя милая. Только неудача в контролировании твоей силы позволит нам узнать, насколько ты на самом деле сильная.
Но Персефона не чувствовала себя сильной, о чем и сказала:
– Я могу взращивать растения и убивать их. Для богов это лишь дешевый трюк.
– Сейчас да, – согласилась Геката. – Но это не значит, что у тебя не проявятся другие силы.
Персефона поджала губы. Она задумалась о том, как ей удавалось включать и отключать ощущение эмоций с тех пор, как к ней в квартиру постучала Сивилла.