— Как вам удалось стать специалистом сразу в трёх областях медицины?
— Возможно, дело в том, что я обладаю многогранным талантом, — отшутился я.
Леди Эшфорд молчала, покусывая нижнюю губу.
— Вы хотя бы понимаете, каково мне сейчас? Или вы считаете происходящее всего лишь моей ложью?
— Не думаю, что вы лжёте. С вами, действительно, произошло нечто, находящееся за рамками обычного здравого смысла. Вы оказались в чужом доме, возможно, в чужом времени. Этот момент нам ещё предстоит выяснить. У вас больше нет ни денег, ни вещей, ни документов. Даже если вы вернётесь в Англию, то неизвестно, сумеете ли доказать свою идентичность прежней мисс Эшфорд. И, самое ужасное, вы не уверены, насколько ваш собственный разум сохранил целостность. Я прав?
Она продолжала сидеть, выпрямив спину, крепко переплетя пальцы рук, бледная и гордая. Не возражая, не начиная жалеть себя или плакать.
— Позвольте мне покинуть вас, — произнесла она. — Я больше не могу здесь находиться. Мне душно. Эти стены давят на меня.
— Честно говоря, наши ощущения от этого дома схожи. Давайте я отвезу вас в какую-нибудь приличную гостиницу поблизости от Токио, и вы там поживёте некоторое время, пока вам не удастся связаться с кем-нибудь из ваших родственников.
— Не люблю быть обязанной кому-то, — нахмурилась она.
— Забудьте о том, что вы мне должны. И я бы вам настоятельно рекомендовал воспользоваться моим предложением насчёт гипноза. Случившееся требует всестороннего изучения. Это уникальный феномен.
Она внезапно рассмеялась, хотя смех её прозвучал тяжело.
— Вы учёный до мозга костей!
— А у вас поразительная сила воли.
Впервые в её взгляде, обращённом на меня, появилась заинтересованность.
— С вашего разрешения, я всё-таки взгляну на газеты. Не то чтобы я вам не доверяла, но… хочу убедиться своими глазами.
— Понимаю. Идёмте.
Сатору встретил нас в коридоре, и я попросил его проводить леди в гостиную и составить ей компанию, в то время как я сам попытаюсь найти какие-нибудь тёплые вещи, чтобы Эшфорд-химэ могла выйти на улицу. Заодно я сказал Сатору, что если дама попросит показать ей газеты, журналы, решит включить телевизор, либо вдруг потребует ужин из ресторана, пусть он ей не отказывает ни в чём.
Я вернулся в спальню родителей, запер за собой дверь и осторожно извлёк из кармана амулет. Самое время попробовать, способен ли он на материализацию.
Камень всё ещё оставался довольно холодным, но знакомое робкое свечение уже возникло в его глубине, как крохотная алая звёздочка.
— Асато-сан, красивая женщина рискует замёрзнуть, если выйдет на улицу без плаща и босая. Все магазины закрыты, а вещи моей матери предлагать неудобно. Да и размер не подойдёт. Словом, мне нужен новый женский плащ и женские ботинки.
В ту же секунду в правом кармане пиджака завибрировал мобильный. Я вытащил его и, удивляясь тому, кто бы это мог быть, раскрыл на ладони.
Пришло сообщение со странного номера, состоящего из одних нулей.
Оно гласило:
«Никогда не обращайтесь к душе хранителя в новолуние, ибо тем самым вы нарушаете его покой. Запрос по поводу одежды не распознан. Если женский плащ и ботинки нужны лично вам, просьба будет удовлетворена. Для другого человека я ничего делать не стану. Удалите это сообщение, пожалуйста».
Я смотрел на экран, не веря глазам. Неужели — первая весточка от Асато-сан?! Нет, думаю, Цузуки не ответил бы мне подобным образом. Слишком сухо и официально, это на него не похоже.
Выходит, существует вероятность того, что душа моего темнокрылого ангела и сам амулет обладают разными сознаниями? О чём-то подобном я подозревал после случая с Куросаки-сан. Ну, если это всего лишь амулет, с ним можно не церемониться. Удалив SMS, я потребовал официальным тоном:
— Вышли мне тем же способом полную инструкцию о правилах использования твоей силы!
На экране мгновенно высветилось новое сообщение:
«О подобных вещах докладывать не уполномочен. Вам следует спросить у души хранителя или прочитать в архиве Мэйфу».
— Как вызвать душу хранителя? Я почти неделю бьюсь с этой проблемой и — без толку.