— Око пока не сумело определить связь между мной и Фудзивара-сан?
— Нет. Меня саму это весьма удручает.
Мой взгляд невольно задержался на её озабоченном, но таком прекрасном лице.
— Совсем, как у него, — невольно выпалил я.
— Ты о чём? — она с удивлением посмотрела на меня.
— Твои глаза. Абсолютно такие же… Прости, не знаю, почему я снова заговорил об этом?
Лилиан с шумом поднялась с кресла и отвернулась к окну.
— Многое надо успеть сделать, а уже темнеет. Если у тебя других вопросов нет, давай поговорим завтра?
— Согласен.
— До свидания, Сейитиро.
Я не решился прийти на следующий день.
Двенадцатого марта от Хисоки я узнал, что Асахина теперь практически не выходит из квартиры после того, как в парке неизвестный человек, как две капли воды похожий на Нобору, пытался похитить Моэку.
— Откуда Фудзивара-сан узнала, что перед ней не Нобору, если, как говоришь, незнакомец был на него похож, как брат-близнец?
— А вы бы не поняли, если бы любимый человек смотрел на вас с ледяной ненавистью? Но это ещё не всё. Асахина на прошлой неделе сплела защитный амулет для Моэки из кусочков розового кварца и повесила его в коляске. Когда двойник Нобору приблизился, амулет потемнел, и на нескольких кристаллах появились трещины. Это выглядело настолько жутко, что Асахина не выдержала и убежала, схватив Моэку.
И снова мне пришлось изобретать правильные фразы и полные спасительной лжи слова. Не знаю, насколько действенными они оказались. Наверное, всё же помогли, ведь через несколько минут Хисока повеселел и поделился со мной хорошей новостью.
— А я позавчера познакомился с одним талантливым юношей. Он умеет здорово играть на скрипке и обещал исполнить для меня одну мелодию, когда мы оба выпишемся. «Дьявольская трель», кажется? Ничего сегодня мы снова встретимся, и я уточню название.
Нет, это другой парень, не может быть, чтобы…
— Его зовут Минасе Хидзири, — развеял мои сомнения Хисока. — Ему недавно сделали операцию по пересадке сетчатки. На следующей неделе Хидзири-кун уже выписывают. А меня, наверное, не раньше конца марта. Так сказал Оймикадо-сенсей.
Я медленно опустился на ближайший стул. Неужели, несмотря на все наши с Ватари усилия, события снова пошли в том же направлении?
Через пару часов Ютака успокоил меня, сообщив, что Отонаси Тацуя жив. Правда, радоваться было рано. Следовало удостовериться, что новый донор не являлся носителем какого-нибудь проклятия.
С этой просьбой я обратился к Лилиан, явившейся ко мне в полнолуние.
— Минасе-кун пересадили сетчатку погибшей альпинистки, — ответила Эшфорд-сан. — Та девушка — обычный человек, никак не связанный с демонами. Твоему новому юному другу ничего не угрожает.
От сердца отлегло. Я даже пропустил мимо ушей очередную шпильку в свой адрес.
— Спасибо.
— Это было нетрудно, — она вдруг замерла, словно чутко прислушиваясь к чему-то. — Сейитиро, скажи, что сегодня всё будет в порядке!
Я не поверил собственным ушам. Неужели бессердечная леди, много раз вонзавшая кинжал в горло своих жертв, может чего-то бояться?
Вместо ответа я обнял её, но тут меня самого охватила тревога. Я ощутил аромат, который ей нравился, и мысли двинулись в весьма опасном направлении.
— У тебя всё непременно получится, — усилием воли я вернул себя к реальности.
Она не спешила разжимать объятия, и я осторожно погладил её по спине.
— Когда войдёшь в Тени, не пытайся сопротивляться тому, что увидишь, но и не отступай. Ладно, это лишний совет. Ты и так никогда не отступаешь. Успокоилась?