— Мне тревожно за Асахину.
И Хисока кратко пересказал то, что я уже и без него знал, поскольку являлся свидетелем происшествий.
— Думаете, это случайности?
Я попытался успокоить его, убеждая, что от подобных случаев никто не застрахован.
— Главное, они уцелели. Не думай о плохом.
— Асахине кажется, что их с Моэкой кто-то постоянно спасает. Она чувствует чьё-то присутствие рядом в такие моменты. Тацуми-сан, она боится сойти с ума! Сначала бесследное исчезновение Вады после того кошмара, теперь несчастные случаи и ощущение, что рядом присутствует кто-то невидимый. Мне кажется, происходящее можно объяснить с точки зрения здравого смысла, но как? Один человек не способен организовать подобные покушения на другого. Это похоже на мистику. Но я не верю в мистику!
— И правильно. Ничего таинственного не случается. Считай происходящее с твоей кузиной полосой невезения, которая однажды закончится. А насчёт её страхов… Это тоже объяснимо. Фудзивара-сан многое пришлось пережить. Она волнуется за тебя, Нобору-сан и Моэку. Неудивительно, что её порой преследуют странные чувства.
Хисока с сомнением поглядел на меня, но ничего не ответил. На душе стало тоскливо. Я снова ему солгал. Я погряз во лжи.
В понедельник я выполнял рутинную работу в офисе, когда стул подо мной ухнул вниз. Глаза заволокло пеленой, а через секунду я обнаружил, что стою возле центрального фонтана парка Ёёги. Асахина, одетая в светлую куртку и джинсы, прогуливалась поблизости, придерживая одной рукой коляску.
На улице было тепло. Светило солнце, и в ветвях деревьев с полураспустившейся листвой чирикали воробьи. Высокий молодой мужчина в чёрном пальто решительным шагом пересёк ближайшую дорожку и подошёл к Асахине. От него распространялась непонятная аура. Мне она напомнила бесформенное пятно серой краски, растёкшееся по бумаге. На мага или синигами этот тип не был похож, но и на обычного человека тоже.
— Привет, милая!
Асахина испуганно отшатнулась.
— Кто вы?
— Как — кто? Это я, Нобору! Хотел сделать тебе сюрприз. Неужели не вышло? Меня только утром освободили, и я немедленно рванул в Токио. Дай же обнять тебя!
Фудзивара-сан судорожно вцепилась в коляску. В её глазах блеснул золотой огонь, на щеках слабо замерцали магические символы.
— Я не знаю вас. Отойдите!
— Как не знаешь, солнышко? Я твой жених! Или ты забыла?
— Вы… не Нобору! Уйдите!
— Что ты, милая! Я так скучал! Позволь взглянуть на нашу дочурку! Я только о ней и думал всё время, пока был в Осаке, представлял, какая она красавица! — и мужчина сделал ещё один шаг по направлению к коляске.
Подхватив Моэку на руки, Асахина побежала прочь.
Незнакомец некоторое время смотрел ей вслед, а потом стал прозрачным и исчез, словно выключенная голограмма.
Я опять очутился в офисе. Юмико-тян в который раз поинтересовалась моим самочувствием. Я сослался на сильные головные боли. Добросердечная коллега предложила лекарство, но я отказался.
До Ватари достучаться не удавалось третий день. Вероятно, его чем-то занял шеф Коноэ. И я снова отправился к Лилиан.
Эшфорд-сан задумчиво подпёрла пальцем подбородок:
— Кажется, смысл нападений не в том, чтобы убить одну из них. По крайней мере, не в данный момент.
— Чего же, по-твоему, хочет враг?
— Полагаю, спровоцировать Асахину, чтобы она, испугавшись за жизнь дочери, забрала Дар себе. И если это случится, Моэка будет обречена.
— Девочку убьют?!
— Скорее всего. Во избежание новой передачи Дара.
Её предположение меня совершенно не обрадовало.