Голубовато-стальные волны с лёгким шелестом накатывали на берег. До восхода солнца оставалось не более десяти минут.
На моё предложение сменить её за рулём, Лилиан-сан только фыркнула и отвернулась, всем видом показывая, что помощь не требуется.
Мы тронулись с места. Неожиданно меня посетила одна любопытная идея. Не утерпев, я спросил:
— Скажите, Эшфорд-сан, если ваше Око способно раздобыть любую информацию, существующую в мире, наверное, оно может сообщить и о том, кто украл деньги?
— Может, — невозмутимо отозвалась Лилиан. — И уже сообщило.
Словно удар под дых.
— И вы молчали?! — возмутился я. — Почему мы не можем сдать виновного полиции прямо сейчас?!
— Тацуми-сан, — слегка нахмурившись, заговорила Лилиан, — я молчала, потому что человек, вскрывший сейф, действовал не по своей воле. Это во-первых. Во-вторых, какой суд примет свидетельство амулета в качестве доказательства чьей-то вины? Нет, нужно провести полноценное расследование. И, в-третьих, я так и не сумела увидеть лица настоящего виновника даже с помощью Ока, поэтому нам предстоит выяснить природу магии, которой воспользовался неизвестный тип, чтобы скрыть свою личность. И да, забыла предупредить: будьте осторожны, войдя в дом. Защищайте свои мысли. Я понятия не имею, с кем нам придётся иметь дело, но это сильный соперник.
— Назовите имя вора! — потребовал я. — Пусть он действовал по чужому приказу, но я должен знать, кто он! Я сам допрошу его!
— Для вас это лишняя информация.
— Не согласен.
— Вы будете необъективны, — продолжала Лилиан. — Начнёте строить версии, не приступив к расследованию. Я уже необъективна, поэтому хотя бы одному из нас нужно сохранить непредвзятый взгляд на ситуацию. Мне вообще не следовало спрашивать Око о том, кто украл деньги. Давно пора понять, что не всегда кратчайший путь к цели является самым верным, — она крепче сжала пальцы на руле.
Я мгновенно понял, что она имела в виду, говоря об ошибочности коротких путей, но решил не развивать дальше эту тему.
Пляж с видом на Эносиму и на белые мачты однопалубных яхт, стоящих на приколе, остался позади.
Дорога пошла вверх. Мы ехали среди деревьев, растущих на склонах гор, ещё оголённых, не покрытых листвой. Лишь в середине февраля в Камакуре раскроют бутоны соцветия слив, в марте воздух наполнится ароматом персиков и магнолий, а завершающим аккордом станет цветение пионов, глициний и ирисов. На всю весну и лето полуостров Миура превратится в рай. Японский Майами, пристанище для поклонников виндсёрфинга.
Некоторое время я смотрел в окно молча, но когда мы проезжали мимо святилища Бентен, я наконец решился заговорить о том, что меня мучило со вчерашнего вечера:
— Эшфорд-сан, — сердце бешено стучало в груди, обгоняя мысли, — вы позволите мне однажды поговорить с вашим духом-хранителем?
Лилиан вздрогнула. Кажется, моя просьба для неё стала неожиданностью.
— Зачем вам это?
— Хочу убедиться, что с ним всё в порядке.
— Так и есть, не сомневайтесь.
— Я бы хотел услышать то же самое от него. Клянусь, я не собираюсь настраивать его против вас!
— Знаю. У вас нет недобрых намерений по отношению ко мне. Так сказало Око.
— Тогда разрешите увидеть Цузуки-сан!
Она долго молчала. Потом произнесла:
— Я подумаю.
По крайней мере, не выпалила сразу категоричное «нет».
— Спасибо.
— Вы хотя бы осознаёте, насколько это опасно? — серьёзно спросила она. — Если что-то пойдёт не так, погибнете не только вы, но и люди, случайно оказавшиеся рядом. Вы готовы взять на себя ответственность за чужие жизни?
Учитывая недавние события, я отлично осознавал степень риска.