Киргизские народные сказки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я верю тебе, любимый, — сказала она. — Я чувствую, как горячо бьется твое сердце. Оно говорит мне о любви!

Между тем стемнело, а они зашли так далеко, что большие -деревья с крючковатыми ветвями преградили им путь. Чолпон прижалась к Нурдину, и сразу же пропал страх. Она села на пенек, Нурдин склонил голову ей на колени, и она гладила его мягкие волосы.

Было уже совсем темно. Нурдин задремал. И вдруг лес озарился зеленоватыми огнями. Со всех сторон послышались шорохи; где-то каркали вороны, страшно гукали филины, со свистом проносились летучие мыши, зловеще выли волки.

Неожиданно, сквозь лесной шум прорезался резкий, лающий смех, и в следующее мгновенье перед Чолпон предстала уродливая старуха — прихрамывающая, с седыми спутавшимися волосами, горящим, недобрым взглядом и большим крючковатым носом. Руки ее тоже казались скрюченными, как ветки деревьев, а горб торчал выше головы.

Старуха поближе подошла к девушке и захохотала так громко, что качнулись верхушки деревьев.

— Ты думаешь, что красивее меня и тебе удастся удержать Нурдина? Глупая! Сердце его бьется только для меня!.. Не веришь? Я — могущественная волшебница Айдай. Завтра же Нурдин будет моим. Только моим!

В один миг на глазах изумленной Чолпон старуха преобразилась. Теперь это была тонкая, изящная девушка, тело которой прикрывали легкие воздушные ткани, а лицо ее расплывалось в широкой улыбке.

— Посмотри на меня, — сказала, смеясь, волшебница. — Не устоит Нурдин перед моей красотой!

С этими словами волшебница взмахнула белым шарфом и исчезла.

Чолпон ничего не понимала. Может быть, все это ей только приснилось? Она склонилась над спящим Нурдином и провела пальцами по его волосам.

— Я, кажется, уснул? — спросил он.

— Нам пора идти, — произнесла в ответ девушка.

Всю обратную дорогу Чолпон была грустной и молчаливой. Она ничего не рассказала Нурдину, а ему казалось, что любимая грустит, как всегда, когда они расставались перед возвращением домой.

В то же время Темир-хан сидел в белой юрте, глубоко задумавшись: «Что же это такое? Его сын — отрада очей — обманывает его, встречается с дочерью бедного чабана. Не бывать этому! Он сам выберет сыну невесту — самую богатую и красивую!»

Хан был мрачен. Жестокая складка залегла у рта, а глаза совсем сузились и грозно сверкали. Таким увидел Нурдин отца. Он выслушал его гневные слова и, подняв голову, смело встретился с его взглядом.

— Да, отец, я люблю Чолпон и женюсь только на ней!

Никакие уговоры и угрозы не могли сломить Нурдина. Тогда хан распорядился отвести Нурдина в его юрту и охранять, чтобы он не мог никуда выйти. После этого разослал гонцов к соседним ханам и пригласил их прибыть вместе с дочерьми. Каждый из них мечтал породниться с могущественным Темир-ханом, и стали съезжаться гости. Начались смотрины. Каких только не было невест! Ни на одну из них не глядел Нурдин, сидел грустный и бледный.

Вдруг в большую ханскую юрту вбежала красавица. За ней неслись десятки слуг и пышная свита. Красавица закружилась в страстном танце. Она будто не касалась земли, а парила в воздухе — до того была легка.

Нурдин взглянул на нее, сердце его учащенно забилось. Он подошел, ласково взял за руку и спросил:

— Как зовут тебя, красавица?

— Айдай!

Увлеченный дивной красотой, Нурдин согласился на свадьбу с Айдай. Темир-хан, довольный, поднялся со своего места. Казалось, все произошло, как он задумал. Но тут, отстранив стражников, в ханскую юрту впорхнула Чолпон, и сразу же повеяло горным утренним ветерком. Увидел ее Нурдин, выпустил руку волшебницы, спала пелена с его глаз. Покачнулась Айдай, но собрала всю силу своего волшебства, закружилась, как вихрь, в неистовом танце, чтобы уничтожить соперницу. Но силы ее слабели под чистым и ясным взглядом Чолпон. Она сгорбилась, сверкнула огненным взором и тут же ускользнула из юрты. За ней устремилась вся ее свита.

А Нурдин, будто не замечая никого вокруг, стоял, обнявшись с Чолпон. Оскорбились гости, что сын Темир-хана избрал бедную девушку и тут же, без поклонов, прихватив дочерей своих, покинули хозяйскую юрту.

Гнев Темир-хана был страшен, он кипел от злости.

— Так ты не хочешь расстаться со своей возлюбленной? Пусть будет так! — воскликнул Темир-хан и тут же приказал своим стражникам: — Бросьте обоих в зиндан! Там они останутся навек!

Это был самый глубокий колодец, куда не проникало солнце. Со всех углов каменного зиндана на огромных сетках свисали пауки, а из расщелин выглядывали змеиные головы. Но пленники не унывали. Нурдин находил бодрость во взглядах Чолпон, а девушка обретала силу в его любви.

Юноша собрал разбросанный хворост, сложил его и накрыл своим чапаном. Он устроил постель для Чолпон, а сам улегся на холодную землю.

— Не бойся. Я рядом, и тебе ничто не угрожает, — успокаивал он любимую.

Оба так устали за весь этот трудный день, что вскоре уснули.