– Нэнси!
Я уже сидела в машине, пристроив стопку книг на пассажирском сиденье, как вдруг меня кто-то окликнул. На этот раз не Лена и не Дейзи – сейчас они обе были в мастерской, трудились над декорациями в русалочьем стиле. Не исключено, что Дейзи, улучив свободную минутку, мастерила еще и куклу вуду с моим лицом. Одно хорошо: ей непросто будет подобрать для куклы волосы нужного рыжего оттенка, все-таки встречается он очень редко.
Я обернулась и увидела Паркера.
– Привет! – сказала я, и по жилам тотчас разлилось тепло.
На глаза ему упала челка, а дыхание слегка сбилось от бега. Под мышкой он держал футбольный мяч. Неужели он сбежал ко мне прямиком с урока физкультуры? Я вдруг поймала себя на том, что в таком вот растрепанном виде он нравится мне даже больше прежнего.
Хватит витать в облаках, Дрю, займись лучше делом.
Легко сказать! Как тут вернуться на грешную землю, когда прямо перед тобой стоит Паркер, да еще такой взволнованный.
– Привет! – ответил он, наконец отдышавшись, а потом покраснел. – Тоже мне, вдохновляющее начало!
– Да ладно тебе! – шутливо воскликнула я. – Начало как начало, классика, между прочим!
– А ты что же это, не помогаешь мастерить декорации? – спросил он. – Помнится… Лена говорила, что ты придешь.
«Помнится»? Получается, он специально спросил кого-то (имеется в виду Лену, конечно) о моих планах?
Спросил обо мне?
От одной этой мысли меня охватил восторг.
Паркер зацепил меня с той самой секунды, когда заметил, как я вынула записку из клюва ворона. Приятно было обнаружить, что и он испытывает ко мне интерес.
Я невольно задумалась, чем же это я привлекла его внимание?
Факты: да.
Наука: пожалуйста.
Любовь: спросите позже.
Такова была моя философия, к которой я, точно к волшебному шару, обращалась в трудную минуту. Мою прошлую «большую любовь» звали Дэвидом Кэйтсом – мы встречались, когда я училась в девятом классе, но долго эти отношения не продлились. Мы расстались после того, как я обнаружила любовные письма, которые отец Дэвида писал даме, работавшей в ту пору в одной из городских аптек. Дэвид рассказал мне, что его отец ведет себя подозрительно, и ему хотелось понять почему. Однако узнавать правду он вовсе не планировал, а сказал это все для красного словца, но было уже поздно.
Иначе говоря, я на своем опыте узнала, что любопытство губит не только кошек, если припомнить очаровательное замечание госпожи Бикман. Порой оно убивает едва-едва зародившиеся отношения.
С тех самых пор я привыкла осторожничать с парнями и старалась не влюбляться.
Впрочем, – черт! – я углубилась в мысли и не заметила, как пришла моя очередь отвечать, а голова затуманилась и пошла кругом – уж что-что, а это совсем не в стиле Нэнси Дрю!
– Н-н-ну… – начала было я, стараясь, чтобы голос звучал мягко и спокойно, но промахнувшись с тоном по меньшей мере на милю. – Я… планировала там быть, – запинаясь, поведала я. – Но… появились кое-какие дела. – На щеках моих вдруг вспыхнул румянец. – А ты? Пойдешь в мастерскую?
М-да, до спокойствия мне как до Луны, если не дальше.
– Собирался, – ответил он, и в его глазах заплясали лукавые огоньки. – И, честно говоря, немного волнуюсь. Не то чтобы я первоклассно владею всякими инструментами и все такое. Скорее всего, из мастерской я уйду, лишившись по меньшей мере одного пальцы. Вероятность – девяносто процентов. Нет, даже девяносто пять.
– Не самый оптимистичный прогноз, – со смехом отозвалась я. – Зачем же ты тогда вызвался помогать, если это не твое? Не пойми меня неправильно: здорово, что ты согласился участвовать, – поспешно добавила я, заметив, как по его лицу пробежала тень смущения. – Но есть же и другие способы помочь. Безо всяких электроинструментов и опасных крайностей. Взять, к примеру, благотворительную ярмарку выпечки. В ней ведь можно участвовать безо всякого вреда для здоровья!
– Видишь ли, я – особенный, – заявил Паркер. – На кухне мне появляться так же опасно, как и брать в руки циркулярную пилу, это уж точно. А может, даже опаснее! Приготовить пиццу в микроволновке – вот предел моих кулинарных способностей.
– Можно купить выпечку в магазине, – в шутку предложила я. – Такое обычно не поощряется, но я никому не скажу.
– Верю, – сказал он и вдруг посмотрел мне прямо в глаза, внимательно и пристально. – Ты и впрямь похожа на девушку, которая умеет хранить секреты. Если что, это комплимент.
– Ну что ж, спасибо, – ответила я, а по всему телу – до самых пяток – вдруг разлилось приятное тепло. – Так и есть.