– Ребят, отойдите, тут же просто не протолкнуться, – сказала я зевакам, с любопытством льнущим к Дейзи. – А вы приведите уборщицу, – велела я горстке робких девятиклассников, а потом, переведя взгляд на еще одну группку ребят, добавила: – А вы пока, может, сообщите о случившемся администрации?
Зеваки с неохотой разбрелись кто куда. Когда мы наконец остались втроем, я окинула Дейзи встревоженным взглядом.
– Ты как, цела? – спросила я.
Несмотря на дрожь и слезы, она кивнула. Впрочем, судя по виду, она и впрямь не пострадала – во всяком случае, физически. Но, конечно, еще не успела оправиться от случившегося и отчаянно не понимала, кто это сделал и почему.
– Да, просто сильно испугалась, – шмыгнув носом, ответила Дейзи.
– Немудрено, – сказала я, внимательно разглядывая надпись – такую зловещую и осуждающую. – Это ведь… ненастоящая кровь?
Лена провела по буквам указательным пальцем, мгновенно запачкав его алой краской.
– Помада, – заключила она. – «Том Форд». Я раньше красилась точно таким же оттенком. Тот, кто это написал, обладает относительно неплохим вкусом, а еще ему явно не жаль дорогие вещи.
Я легонько хлопнула ее по плечу.
– Запомни: на месте преступления ничего трогать нельзя! – сказала я, хотя мои друзья уже давно это знали – недаром ведь мы с ними столько лет вместе.
– Никакое это не место преступления, – возразила Дейзи. – Давайте не будем драматизировать.
Она скрестила руки на груди и жалобно посмотрела на меня, умоляя встать на ее сторону.
Мы с Леной украдкой обменялись взглядами. Если после инцидента с вороном Лена примкнула к «команде» Дейзи – или, во всяком случае, выразила желание не торопиться с выводами, – то теперь она явно изменила свое мнение.
– Солнышко, – начала Лена серьезным проповедническим тоном, который обычно приберегала для нештатных ситуаций вроде этой, – давай включим логику. Это и впрямь место преступления. Причем буквально. Тут по меньшей мере произошел акт вандализма, что само по себе, может, и не так опасно, но все равно ничуть не радует.
– Кто-то хочет меня запугать, ну и что же? – возразила Дейзи. – Мы уже вчера все обсудили, когда разговаривали о во́роне. Розыгрыши – это обычное дело в нашей школе. Что тут такого, подумаешь!
– Вот именно что вчера, Дейз, – осторожно напомнила я. – Возможно, два этих случая связаны, и от раза к разу становится только хуже! Тебя это не настораживает? История с вороном сама по себе безумная, но если еще и это добавить… Честное слово, я совершенно согласна с Леной. Не хочу тебя расстраивать, но, кажется, мы имеем дело вовсе не с безобидным розыгрышем.
Дейзи посмотрела на меня.
– Думаешь, кто-то хочет сорвать спектакль?
Я кивнула на надпись помадой – уродливую и яркую.
– А ты это как назовешь?
– Детским садом, – фыркнув, сказала она. – Других слов у меня просто нет. Это даже угрозой назвать сложно. Да и вообще, меня так просто не запугаешь.
Я не могла поверить своим ушам.
– Это я знаю, – отозвалась я, не желая вступать в спор. Но легкомысленность Дейзи меня изумила.
– Мы прекрасно знаем, как ты ждешь Именин города, – добавила Лена. – Мы тоже! Но кто-то настроен вовсе не так радужно.
– Причем таких людей может быть несколько, – заметила я.
Возможно, это и впрямь Кэролайн. Пока что кандидат в подозреваемые из нее был неважный. Но я решила не списывать эту версию со счетов.
– И, думаю, не стоит оставлять без внимания посыл этих самых людей.
– Ой, да пусть пишут что угодно, – злобно сказала Дейзи. – Скажи, ты ведь попросила кого-то из ребят рассказать директору о случившемся, да? То есть это больше не секрет, в отличие от…
– …в отличие от истории с вороном, которую ты просила не разглашать? – уточнила я. – Да, я решила, что сейчас правильнее будет отойти от наших договоренностей. Самую малость. Но, учитывая… недавние события… – продолжила я, тщательно подбирая слова, чтобы донести свою мысль, но при этом не расстроить подругу, – не уверена, что смогу и дальше делать вид, будто ровным счетом ничего странного не происходит. Настоящий друг так ни за что бы не поступил.
Я мягко коснулась ее руки, надеясь ее успокоить, но Дейзи вздрогнула и отстранилась.