— Год?! Сука-бля, год?! — подскочил с кровати Том, не веря в услышанное, и заметался по палате. — Это немыслимо! Год нахуй! Год! Я проебал целый год!
— Томми, ну не кипятись ты так, все образуитсси, ничаво такого ты и не пропустил, — попытался успокоить его Леонид. — Разве что Додж я оттюнинговал по полной, теперь он как новенький…
— Где пиздюк? Скажи, он приходил, мм? — разъяренно зыркнул на друга Том.
— Нет… — вновь замялся тот. — Как бы тебе сказать…
— Конечно, нет! — перебил сержант. — Нахуй ему это надо? Сука-бля, из-за него я оказался во всей это ебале! Он специально пришел на бой и звал меня с трибуны, дабы отвлечь! Сука, пидорас ебучий, хотел опять доказать, что я ебло собачье и нихуя не умею? А, как увидел, что я мог побороть того хача, так сразу удумал отвлекать!
— Томми, ну не гоношись! Не так все было! — попытался вставиться бородач, но, кажется, это было не то что бесполезно, но нихуя и не нужно.
— И, сука-бля, за год, хуй разу пришел навестить брата! Ведь нахуя б ему такая беспомощная обуза! Овощ, сука-бля, в коме! — Харди схватил с прикроватной тумбочки теннисный мячик и в психах швырнул его о стену.
— Томми, прекращай, — отвесил ему пощечину плащом Леонид. — Хватит винить во всех бедах других. Сам виноват, что полез в эти свои ММА! Если забыл, то не за этим мы вообще ехали в ЭлЭй…
— Хо-хо-хо, — наигранно закудахтал Харди. — Это ты о той пизде и стрипухе сейчас хочешь мне намекнуть? Ну и где ж эта шмара, Леонид? Получается, почти два года прошло, так, сука-бля? И где она, а? А я тебе скажу, где! Сержант, сука-бля, винил себя, что обесчестил несчастную девочку, но все это бред. Эта сука сама меня поимела, забрала мою девственность и была такова! Шлюха, вот она кто! Еще раз увижу ее хоть когда-нибудь — бля буду — раскрошу ебальник, к хуям переломаю ключицы, тебе, сука-бля, понято? И тебе сломаю нос, вякни ты мне еще хоть слово о ней, усек? — пригрозил он кулаком Батлеру.
Тот хотел было открыть рот, но Том продолжил гневную тираду.
— Где вообще, сука-бля, все?! Сержант год! Год! Пролежал в коме, а когда вышел, то пришел один ты, Леонид! За это тебе, кончено, низкий поклон, ты настоящий друг, но, сука-бля, где все?! Неужели я и впрямь никому не нужен?
Том, остановись, что ты порешь?! Ты ж и сам всю свою жизнь стремился оттолкнуть от себя людей. Кого ты ждал в качестве посетителей? Кажется, за всем этим кроется какая-то конкретика, так? Точнее даже сказать — конкретика из шара.
— Ну больно тебе, — по-доброму махнул ладонью Батлер. — К тебе сколько людей приходило! У меня и пальцев не хватить сосчитать! И все ребятушки твои из убойного отдела, и Лео, и тот татуированный клоун, и Мелисса… Кстати, нужно ей сообщить, что ты пришел в себя! И вообще, предлагаю нам с тобой поехать собрать манатки в Сиэтл, а потом к тебе на родину. Мелисса сказала, что ее дом открыт для тебя в тысячу дверей! Думается, тебе сейчас стоит побыть с близкими людьми, дабы…
— Бла-бла-бла! — покривил фирменным еблетом Харди, рассматривая свое отражение в зеркале. — Сука-бля, какой пидормот стриг мне волосы и бороду целый год? Да кто-кто! Ясен хуй ты!
— Ну, вообще-то…
— И вот кого ты перечислил — это, сука-бля, все не то! — перебил Харди. — Блять, где мой мобильник, — подорвался он к тумбочке, схватил с нее телефон и включил его. Тот несколько раз пропиликал, оповестив хозяина о входящих сообщениях. — Ты глянь-ка! Ебло собачье даже и не удосужилось мне написать! Никто, сука-бля, мне не написал! Нихуя никому сержант не нужен!
— Томми, если ты о Джейки… — начал было вновь Леонид.
— Завали! — жестом ладони остановил его Том и принялся вслух зачитывать входящие СМС-сообщения. — Сержант Харди, смею вам сообщить, что записал на зоне новый трек и спешу поделиться им с вами, проверьте электронную почту… Даже петушара Тимберлейк написал сержанту с зоны! — психанул он и перелистнул сообщение. — Том, мы с парнями прослышали, что с тобой случилось. Это огромный шок! Крепись, весь Сиэтл держит за тебя кулачки… Это Леонид, сука-бля, Агутин написал! Даже этому пидору есть до меня дело, в отличие от некоторых! Тра-та-та… Вот, Джонни, сука-бля… Том, ты точно в коме? Ответь, пожалуйста… — зачитал он. — Ладно, хуйня какая-то… А вот и сообщения на днюху пошли… С днем рождения, шмаровоз, будь счастлив и не хворай… Это Конор написал мне. А вот сообщения от, сука-бля, кухаров, работающих в поместье, когда я был еще пиздюком… Ох, сука-бля, приятно даже, что они помнят обо мне, — нелепо улыбнулся Харди, почесав затылок. — Так, какой-то теплый поздравительный стих от Питта… А это что за хуйня? Тут написано «привет» и три смайлика: указательные пальцы направлены друг к другу и клубничка. Охуенно, сука-бля! И какое чмо могло так поздравить сержанта с днем рождения? О! Декстер, сука-бля, Морган! Даже этот пидорас написал мне! С днем рождения, сержантская сука, гори в аду… Ты видишь, Леонид, я нихуя и никому не нужен! Сука, жид! — молол он противоречивые речи.
— Послушай, Томми…
— Послушай, Томми, — передразнил Харди. — Ааагррр! Как же я, сука-бля, зол! Я проебал год! И как выяснилось, нихуя и никому не нужен! Все, в пизду, я хочу домой! — начал стягивать с себя больничную ночнушку в горошек Том.
— Ладно, поехали, а там разберемсси, что делать дальше… — хлопнул по эффектным коленям Батлер.
— Какой хоть сейчас месяц и год? — поинтересовался Том, нарочито поджигая больничные шторы и прикуривая от них сигарету, ведь целый год проебал и не смолил назло матери!
— Январь 2009…
— Ну охуенно, че! — еще более озлобленно воскликнул Харди.
4 февраля 2009 года.
— Томми, да чаво ж ты натворил?! — заверещал Батлер, как только парни зашли в еврочетырешку.
— Сука-бля, а что я сделал не так? — скинул с себя окровавленную дубленку Том и стал заталкивать ее в стиральную машинку.
— Это была деловая встреча, накой ты всех убил?! — верещал Леонид.
— Это была стрела, сука-бля! — спорил Том. — Суки хотели нас убить!