— Сука-бля, отъебись, петушара! — вскакивает с дивана Харди, нервно застегивая скамы.
— Сына, ну ты что? — удивляется Кристофер. — Негоже отказываться от танцев!
— Это значит нет, да? Ты что, считаешь меня шлюхой? — расстроенно опускает уголки глаз Гоша и кладет ладонь на внезапно выросший живот.
— Сукааа… — протягивает Харди, вцепившись в волосы от вида беременного мужика, и пятится к выходу. Спина упирается в дверь, та открывается, и Том вываливается из чилаута.
— Сержант Харди, ты точно меня не слышишь? Это не развод никакой? — где-то вдалеке услышал Том сомневающийся голос Джонни Деппа.
Харди хочет промычать хотя бы ему хоть что-то, но вновь проваливается незнамо куда.
— Да что ж ты так криво ему ногти обкромсал-то? Дай сюды, я сам это сделаю, неумеха! — услышал он кудахтанье Батлера. — А пилочки случайно нет?
Харди спиной вваливается в еврочетырешку и оборачивается. За накрытым столом сидит куча народу, выпивая водочку. Чуть поодаль, на комоде, стоит фотопортрет Тома с черной траурной ленточкой в правом углу.
— Что это, сука-бля, за ебала? — охуевает он, указывая пальцем на фотографию.
— Матерь Божья… Да он чай жив! — хлопает по бедрам Батлер.
— Блять! — психует черный плащ Леонида, опрокидывая в себя стопочку.
— Да быть того не может! Это не он, — убеждает присутствующих Эдвард Нортон. — Он вчера спрыгнул со Спейс-Нидл. Он не мог выжить, это я вам точно говорю!
— Тогда вали отсюда, самозванец! — кидает в Тома свекра Киану Ривз. — Не видишь, у нас тут поминки! Нам надо скорее уже их закончить и заняться своими делами!
— И то верно, — вякает пышка Глэдис, разливая по рюмкам самогон. — Ведь кто будет помнить этого человека?
— Кто-кто, да никто! — добродушно бьет об стол замшевой головой Брэд Питт.
— Он никому и никогда не был нужен, так что грустить по нему никто не будет, — пожимает плечами Мелисса.
— Неправда, он был нужен лишь своей матери, но он вытер об нее ноги и был таков, — вставляет свою экспертную точку зрения Владислав Утин, макая оладушек в мед.
— Да вы, сука-бля, конченые! — взрывается Том и бежит в свою комнату.
Открыв дверь, он видит, что на кровати лежит Стивен Джеррард, а сверху на нем скачет какая-то девица. Она поворачивает голову, и Том узнает в ней никого иного, как бывшую одноклассницу — Милу Кунис.
— Що тебе надо? — хмурится она.
— Стивен, сука-бля, нахуя? — задает безобразный вопрос Харди.
— Что значит, нахуя? — трижды роняет брови на пол Джеррард. — Потому что она мне перезвонила!
— В смысле? — не понимает Том.
— В смысле? — кривит ебалом Клубничная Эми, оказывающаяся на месте хохлушки.
— Так, ну вроде бы всех собрал, — выходит из шкафа Джилленхол, неся в руках огромную коробку, где Том хранит своих дражайших кукол. — Пацаны, я пошел на помойку их выкину, нахуя нам это тряпье бесполезное, правильно? — обращается он к ебущимся на кровати.
— Охуел, пиздюк, отдай! — пытается вырвать из его рук коробку Харди. — Это мое!
— Нахуя ж это тебе надо! Ты же умер! — вскидывает пышные брови Джейк, без труда отстаивает коробку и выходит из комнаты. — Ох, как хорошо, что его больше нет в моей жизни! Теперь никто не будет учить, как жить! Красота, да и только!