— Ох, Томас, Томас… — послышался голос капитана Хэнкса. — Зачем же ввязался во все это? Сидел бы сейчас в своем кабинете и горя б не знал… А теперь… Тфу ты! Колин, Колин не трогай эти трубочки!
— Неть! — приглушенно рявкнул Хэнкс-младший.
Харди вновь провалился в небытие.
Том открывает глаза и оглядывается по сторонам. Он находится в своем родовом поместье в Манчестере. Он вылезает из огромной люльки, стоящей в холле, и осматривается. За журнальным столиком у камина сидит его «любимая» старая блядь Мэрил Стрип и старательно разукрашивает фигурку садового гнома.
— Проснулся, выродок британский? — спрашивает она, даже не смотря на сына. — Пидераст в маске… Ни на что не способен… Нужно было абортировать тебя кустарным способом, а потом выбросить твой дурацкий зародыш на помойку!
— Что ты, сука-бля, мелешь, дура? — спокойно спрашивает Том, подходя к столу и беря в руки одного из садовых гномов. — Дядя Бен? — приподнимает он шрамированную бровь, узнавая в лице статуэтки отчима.
— Ну да, это я, пацан, — смеется гном. — Не хочешь немного порисовать, а я посмотрю «Полицию Майами»?
— Сука-бля! — брезгливо откидывает от себя статуэтку Харди. Та падает на пол и разбивается вдребезги.
— Да что же ты такой никчемный? — взрывается Стрип, сверля сына уничтожающим взглядом. — Из-за тебя у меня никогда не будет личной жизни! Ты мой крест! Хочешь, сошью тебе костюм кота Тома? — мелет она абы что.
— Мэрил, сука-бля, помолчи, а, — морщится сержант не в силах слышать весь этот бред.
— Нет! Ты никому не нужен! Даже той шалаве из стрип-клуба! Господи, дай Бог, чтоб у нее хватило ума абортировать твоего выродка, если она залетела… — крестится блядь. — Хотя не думаю, что это возможно. Если ты запамятовал, то у тебя сперма инвалида! — поднимает она вверх указательный палец.
— Да ну тебя на хуй, — отмахивается Том, подкатывая глаза.
— Жрать будешь, чмо? — достает из бюстгальтера огромный праздный торт из брокколи мисс Стрип.
— Сама жри эту поебень, — показывает матери «фак» Харди.
— Для себя у меня есть кое-что получше, — достает она из зажженного камина еще один торт в праздных розанах.
— Мразь бестолковая, — цокает Том и направляется в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.
— Туда нельзя! — вытаскивает из рукава бутылку вина Мэрил и прикладывается к ней.
— Поебать! — отмахивается Харди, уже ступая по порожкам.
— Ну и хуй с тобой, — пожимает плечами мисс Стрип. — Но не думаю, что мой малыш Джейки захочет общаться с таким тупоголовым выродком, как ты!
— Ошибаешься, — усмехается Том, подойдя к двери своей спальни, кладет ладонь на ручку и открывает.
— Бля, братан, пиздец ты конечно теперь овощ, — услышал Том откуда-то издалека голос Кента, после чего послышалось шуршание упаковки фисташек. — Но и в этом есть плюсы, никуда не надо ходить, что-то делать… Охуено же, ну!
Харди заходит в комнату и видит перед собой шар из гиперпрочного полиэтилена. По центру установлен шест, на котором крутится пресловутая Клубничная Эми. Том хмурится и подходит ближе, смотря на полуголую девку через полиэтиленовую стену. С минуту понаблюдав за милейшими ключицами, Харди направляется к зип-замку, чтобы зайти внутрь шара.
— Неа, входить нельзя, — смеется Клубничная Эми, скидывая верх купальника. — Тебе можно только смотреть, но не трогать!
— Почему, сука-бля, не перезвонила? — задает нелепый вопрос Том.
— И как я должна была это сделать? — спрашивает стриптизерша.
— Ну я же написал тебе свой номер на сотне, — мямлит Харди.