— Ясно, — ответил он, — ты и дальше собираешься этим заниматься?
— Да, я только в этом смысл и вижу. Хочу на каждых выходных по одному рассказу писать. Ты, кстати, читал Хемингуэя?
— Разумеется. Как же без него.
— Вот и у меня чуть похоже. Сразу к делу. Просто и ясно. И по существу.
— Да.
Я снова налил вина и выпил его.
— Ты не думал, как оно все было бы, если бы ты попал в другую школу? — спросил я.
— В смысле?
— Ну, ты же попал в Хофьорд совершенно случайно. Мог бы попасть еще куда-нибудь. А там бы и люди были другие, и события не такие, как здесь.
— И, самое главное, сейчас не мы, а двое других красавцев сидели тут, слушали вино и пили Криса Айзека. Или наоборот. Винили пилы и пилили винил. Нет, все переврал. Или перервал? Все шиворот навыворот! Нет, выворот за шиворот! Короче, полный винегрет! — Он расхохотался. — Выпьем, Карл Уве, — и спасибо судьбе за то, что тут сидишь именно ты, а не кто-нибудь еще!
Мы подняли бокалы.
— Хотя, будь тут еще кто-нибудь, я, пожалуй, и ему то же самое сказал бы, а?
В дверь позвонили.
— Это, похоже, Тур Эйнар. — Я встал.
Когда я открыл дверь, он стоял, повернувшись ко мне спиной, и оглядывал окрестности. Горные склоны окутывал сероватый августовский свет, казалось, совершенно иного происхождения, чем тот, что струился с неба, потому что небо было синее и блестящее, словно металл.
— Здорово! — сказал я.
Тур Эйнар нарочито медленно повернулся ко мне. Мол, вот он я, и времени у меня вагон.
— Привет, — сказал он, — можно к тебе?
— Естественно, заходи.
И он зашел, двигаясь с продуманной обстоятельностью, которую я отметил в нем в тот самый момент, когда с ним познакомился. И любое свое движение он сопровождал улыбкой. Он поднял руку и поздоровался с Нильсом Эриком.
— О чем перетираете? — спросил он.
Нильс Эрик улыбнулся.
— Перетираем про рыбу, — ответил он.
— Про рыбу и кисок, — сказал я.
— Соленая рыба и свежие киски или свежая рыба и соленые киски? — спросил он.
— А растолкуй-ка, в чем соль, — подыграл ему я.
— Растолкуй соль или растолки соль? Потому что это две большие разницы. Как и рыба с кисками. Впрочем, сходство имеется. И немалое.
— Растолкуй соль? — повторил я.
— От растолкуя слышу! — Он расхохотался и, подернув вверх брюки, уселся возле Нильса Эрика.
— Ну что? — спросил он. — Подвели итоги недели?