— Не туда смо́трите.
— А куда надо смотреть?
— Вон туда. — И Михай указал рукой на запад.
На западе заходило за горы солнце, но и только лишь.
— Там Любрен, город такой, — видя наше недоумение, пояснил он. — Оттуда они и прибыли.
— Стервятники?
— Да.
Слово за слово мне удалось Михая разговорить. Как выяснилось, имелась у них небольшая задолженность в податях. Давно уже, несколько лет. В последнее время они платили подать исправно, а поскольку задолженность никто с них не требовал — посчитали, что про нее забыли. Оказалось, никто про нее забывать и не подумал. Более того, пересчитали с такими процентами, что, когда объявили сумму, народ вздрогнул. Хуже того — стервятники, как выразился Михай, не шли ни на какие уговоры, требовали всю сумму сразу и немедленно.
Оно и понятно: ведь за должком явились не обычные мытари.
— Разбойники, настоящие разбойники, — рассказывал Михай. — Да и как они могут быть другими, если это они и есть? Раньше на больших дорогах душегубством занимались, а потом объявился в наших краях Колтур, главный у них, и предложил другое занятие. Теперь скупают они долги, а затем выбивают их, не гнушаясь ничем. И деревню подпалить у них в порядке вещей, и посевы потравить, а случается, что и люди исчезают. Словом, так душегубами и остались, только сейчас у них власть за спиной. Я тут задним умом подумал — никто про наш должок и не забывал вовсе, просто ждали, когда процент побольше набежит.
— И что в итоге?
— В итоге все очень плохо, Лео. Наскребли всем миром, сколько смогли, не знаю теперь, чем подати платить будем, но даже этого не хватило.
— Сколько их было? — влез в разговор Головешка.
— Восемь человек — если их людьми можно назвать.
— Так что же вы их не… того?
— Эх, — вздохнул Михай, всем своим видом показывая, что большей глупости сморозить у Головешки бы и не получилось, — ну «того» бы мы их, и что потом? Я же объяснял: не вели бы они себя так, если бы власть за ними не стояла. Сниматься всей деревней и в бега подаваться? Только куда? Где оно, по-другому?
— Так чем закончилось-то?
— Фелицию они забрали, Алексову невесту. Продадут ее теперь в невольницы. Этим и закончилось. — И Михай снова тяжело вздохнул.
Мы вернулись с Клер в отведенный нам дом, оставив Блеза с Тедом в бурлящей толпе народа, которая так и не думала расходиться. Девушка посмотрела на меня раз, другой… Я старательно делал вид, что взглядов ее не замечаю. Наконец она не выдержала:
— Лео, мы должны помочь Алексу!
— Как? Выплатить недостающие деньги? И откуда они у нас? У самих кот наплакал. Или поменять Фелицию на тебя? Они согласятся не колеблясь.
Невеста Алекса — девушка, конечно, интересная и даже красивая, и все-таки никакого сравнения с Клер. Хотя нисколько не сомневаюсь: для Алекса она — самая-самая!
— А ради меня ты бы сделал?
— Ради тебя — да! — И снова я нисколько не сомневался.
— Тогда давай договоримся — ты ее спасешь, а я буду приходить к тебе по ночам.
С этим у меня действительно были проблемы: де-юре, как выразились бы стряпчие, я был ее господином, но по факту плевать она на это хотела. Нет, за неделю нашей жизни в селении один раз все-таки случилось, но и только лишь.
— Всю жизнь?
— Целый месяц, Лео!
— Всего-то?
— Лео, целый месяц я буду приходить к тебе такой, какой ты только пожелаешь: послушной, страстной, романтичной, нежной, стервозной, ласковой… Какими еще женщины бывают?