– Как же я тебя люблю! – шепчет она.
Слыхали уже, раньше эта ее фраза предназначалась Роману. Если меня она любит так же, то это означает ревностную любовь, неспособность отпустить меня на свободу.
– Видите, между нами есть общее: я тоже себя люблю.
Это я решила пошутить, чтобы отвлечь ее, но вместо того чтобы засмеяться, Натали сжимает меня в объятиях, да так крепко, что даже причиняет мне боль. Я стараюсь аккуратно высвободиться.
– О Бастет! Какой была бы моя жизнь без тебя!
Лично я отлично это себе представляю. Я перешла бы к Роману, чье преимущество – эмоциональная стабильность, он хотя бы не так бурно выражает свои чувства.
– Хотите сделать мне приятное – сохраните этого ребенка.
– Но он родится в мире, захваченном крысами!
– Я читала историю людей. Ни в одну эпоху не обходилось без великой беды. Тем не менее среди ваших предков всегда находились личности, отыскивавшие решения, иначе сегодня не было бы ни людей, ни кошек.
Она делает глубокий вдох.
– У нас, людей, можно делать аборт, то есть добровольно прекращать беременность, не дав ей сильно развиться. Это возможность не производить на свет детей, обреченных на несчастье.
– Кто вам сказал, что ваш человечек будет несчастным?
– Как здесь можно быть счастливым?
– Все еще может устроиться.
– Когда отец – такой ненадежный человек, как Роман?
– С чего вы это взяли?
– Чувствую, он готов спать с другими женщинами.
Я пытаюсь пошутить:
– Или с другими мужчинами…
И снова она не реагирует на мой юмор.
– Надо верить в будущее, Натали. Вы делаете себя несчастной вашей неуместной ревностью. Уверена, все наладится. Приготовьтесь к приятным неожиданностям, хватит терзать себя ожиданием худшего.
Я следую ее примеру: в знак приязни кладу лапу ей на щеку.
В этот самый момент взвывает сирена тревоги. Вся столовая вскакивает на ноги. Громкоговорители сообщают:
– ПОЖАР!
Что, съели? Я оказалась права.
Я уже чувствую запах дыма.
Как я погляжу, Тамерлан не медлит. Только этим утром объявился – и уже научил американских крыс, как применить против нас огонь. То ли еще будет!
При возникновении опасности раз за разом повторяется одно и то же: людьми, а также кошками и собаками овладевает чрезмерная паника. Все разбегаются в разные стороны, пугая криками самих себя и всех остальных. Возбуждение растет на глазах. Отдаются взаимоисключающие приказания, громкоговорители знай надрываются, твердя одно и то же:
– ПОЖАР!
Вы меня знаете: я не люблю поддаваться эмоциям, будь это страх или любовь, по той простой причине, что они мешают мыслить здраво.