— Эррантии? А что это за…
Прерывая Василису, где-то сильно хлопнула дверь, послышался дробный топот маленьких ног.
В комнату вбежал мальчик лет семи в элегантном сером костюмчике. Его прилизанные гелем волосы немного взлохматились над ушами, очевидно, только что он спешно пытался пригладить прическу растопыренными пальцами.
— Дедушка, привет! — сказал мальчик, с интересом взглянув на Василису. — Мы с мамой немного задержались у господина Астариуса.
— Опа… — произнёс Нортон.
— Вот это уже интересно… — цокнул Лазарев.
— Прошлое нашего отца… — на одном дыхании произнесла Дейла.
— Ну это уже точно интересно. — настроился Норт.
— Долго же вы ехали! — пожурил Родион Хардиус. — Впрочем, я так и знал, что Астариус не отпустит вас до последнего… Прошу тебя, дорогая, — строго бросил он правнучке, — не пялься на него, иначе он подумает, что ты… гм… плохо воспитана!
И он захохотал собственной шутке.
С большим удовольствием Василиса послушалась бы прадеда, но разве она могла оторваться от созерцания лица, так хорошо знакомого ей: светло-зеленые глаза еще не приобрели то особое равнодушие и надменность, свойственные старшему возрасту, — наоборот, в них полыхал яркий огонек веселого детского любопытства.
— Добрый вечер, леди! — чопорно произнес мальчик. — Могу ли я поинтересоваться, как вас зовут?
— Это твоя дочь! — засмеялась Дейла.
— Причём вся в тебя будет! — добавил Миракл.
— Всё мои дети тоже. — с улыбкой дополнил Нортон.
Василиса, Норт, Дейла и Николь одновременно улыбнулись.
Василиса не ответила, впав в легкий ступор. В ее сердце будто произошел взрыв — одномоментная, всепоглощающая вспышка, пробежавшая по телу подобно разряду электрического тока.
— Я тебе поинтересуюсь, — ворчливо прокомментировал прадед. — Где ж твоя мать?.. А!
— Что это за гостья у тебя, дорогой Хардиус?
— О, а вот и я в молодости. — улыбнулась ЧК.
— Ты и сейчас матушка для нас очень молодая. — усмехнулась Лисса.
— Спасибо, моя дорогая.
— Пожалуйста.
На ее лице не было вуали. Да и шрам по понятным причинам отсутствовал.
Прадед хитро и торжествующе усмехался, поигрывая тонкой тростью в руках.
— Да так, одна маленькая часовщица, подающая надежды… Ничего определенного.
Один пронзительный взгляд и — Василиса сразу же это осознала — Черная Королева хорошо запомнила ее, и запомнила надолго… К тому же прадед имел столь таинственный, заговорщицкий вид, что любому стало бы понятно — дело тут нечисто.
Пауза недвусмысленно затягивалась. Прадед молча улыбался, мальчик косился на Василису, но больше не решался задавать вопросы, Черная Королева наблюдала сразу за всеми.
— Даже страшно стало… — испугался Лёшка.
— Я пока ничего ей не сделаю. — заверила ЧК.