Василису распирало от стыда и ярости, что дед так легко одурачил ее. Вот так родственник! Вначале заморочил голову подарками, хорошим расположением и на тебе! И ведь обидно, что сама виновата, расслабилась…
— А ты как хотела?! — засмеялся Нортон. — Это ж Огнев.
— И это нам говорит сам Огнев. — хмыкнул Миракл.
— А я тебя не спрашивал!
— Очень жаль.
Наблюдая ее смятение, прадед тем не менее настойчиво повторил «просьбу». Его благодушное лицо переменилось: стало жестким, требовательным и сосредоточенным. Сейчас он был похож на матерого хищника, поймавшего долгожданную добычу, и Василиса вдруг ясно осознала, почему Астариус долго не решался провести ключников к такому опасному человеку.
Слова сами полезли наружу: Василиса рассказала все про Гильдию прорицателей и предсказание, про Черную Комнату и сверток с ржавым обломком, про Астрагора и даже — Фэша. Что другу грозит опасность перевоплощения в великого Духа Осталы и что самой Василисе лучше подальше держаться от него, потому что она делает его слабее, а он — ее… Во всяком случае, так считают отец и Миракл.
— Да? — спросил Миракл.
— А сами это не считаете? — поинтересовался Нортон.
— Считаем. — ответил Фэш.
— Просто вы так на это зациклены. — закатила глаза Василиса.
— А твоя дочь права, слушай. — усмехнулся Миракл.
Внимательно выслушав Василисины излияния, Родион Хардиус вдруг приказал открыть медальон и показать ему карту. Он в нетерпении протянул руку — из-под манжеты рубашки сверкнула в огне свечей массивная золотая стрела на браслете из черной кожи — и требовательно раскрыл ладонь.
«Ну вот и все, — отрешенно подумала Василиса. — Сейчас прадед заберет карту, расскажет Астариусу… И больше не надо будет разгадывать секрет Черной Комнаты — им займутся старшие часодеи… Будут думать, обсуждать, тянуть время».
— Слова противоположны происходящему! — засмеялся Родион.
— Ахахха, да! — засмеялся в ответ Марк.
— Реально смешно. — поддержала Василиса с улыбкой.
— Правду говорят, что мой отец пошел в вас! — зло бросила девочка, чуть ли не швыряя прадеду драгоценный сверток. — Вы такой же… гад!
Родион Хардиус неожиданно громко рассмеялся.
— Буду считать твои слова комплиментом, дорогая правнучка, — продолжая улыбаться, он быстро развернул карту, едва проглядел ее и, к огромному удивлению девочки, вернул назад. — Я не раз видел этот рисунок, — пояснил он. — Не уверен, что сама эта карта ценна, тут я согласен с остальными… И все же, знаешь ли ты, что за надпись зашифрована под рисунком лондонской башни на этой карте?
Василиса покачала головой. Она просмотрела все надписи под башнями, но в основном они состояли из неизвестных значков и стрелок с цифрами.
— Я знаю этот шифр. Его использовали в древности… Дословно это звучит так: «No many — no honey». Что означает: «Нет денег — нет меда».
— Она прекрасно знает английский! — засмеялся Лёшка.
— Я не знал. — пожал плечами Родион.
— Простительно. — заверила Василиса.
— Спасибо, внучка.
— И чем это может быть полезно? — удивленно протянула Василиса.
Прадед развел руками:
— Без понятия. К сожалению, надпись коротка и ничего не объясняет. Впрочем, я почти уверен, что это старая английская пословица… Прости меня за этот вынужденный трюк, — продолжил он. — Но я должен знать все, чтобы сделать собственные выводы. В награду за твое терпение я все-таки доставлю тебя в Лондон, в часовую башню Вестминстерского дворца, в твое настоящее время, ровно на один час. Как только время истечет, ты окажешься в Звездной Башне. Объяснение с Астариусом я возьму на себя, но вот Нортон будет в гневе. Впрочем, как и его матушка. Не забывай, они видели тебя в своем прошлом, поэтому наверняка раскроют наш тайный план…
— Так и было. — вздохнула ЧК.