Нерлих Г. ... а Ганг течет дальше: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

5 апреля 1957 г. коммунистическое правительство присягнуло в верности конституции. Так в Керале к власти пришли коммунисты, и буржуазные круги не смогли этому воспрепятствовать.

Новое правительство, состоявшее из девяти коммунистов и двух независимых, было вынуждено действовать в очень сложной и необычной обстановке. Социалистическая партия не только отказалась с ним сотрудничать, но заодно с партией Конгресса всячески тормозила его работу. Центральное правительство, снова сформированное партией Конгресса, под руководством премьер-министра Неру не было заинтересовано и том, чтобы поддерживать коммунистов. В этих условиях надо было проявить большую выдержку и мудрость. Весь мир — и друзья и враги — с неослабным вниманием следил за каждым шагом коммунистического правительства. Основные положения его политики были сформулированы премьер-министром Намбудирипадом:

1. Мобилизация всех материальных и моральных резервов страны для создания современной индустрии и сельского хозяйства, которые явятся основой для зажиточной культурной жизни.

2. Изменение принципа распределения производящихся в стране богатств таким образом, чтобы увеличилась доля широких масс населения. Это создаст предпосылки для расцвета хозяйства страны.

3. Коренные преобразования существующей административной системы, необходимые для осуществления этих целей.

Следовательно, коммунистическое правительство Кералы не ставило перед собой непосредственно цель провести социалистические преобразования, так как было связано индийской конституцией и не собиралось от нее отступать. Последняя защищает частную собственность на средства производства — следовательно, предприятия и земля не могли быть экспроприированы. Она также ограничивает деятельность региональных правительств в некоторых вопросах государственной политики, относящихся к обороне, внешней политике, валютным операциям, внешней торговле, планированию и финансам и составляющих компетенцию центральных органов.

Коммунисты считали своей главной задачей в Керале последовательное доведение до конца демократических преобразований — проведение земельной реформы, реорганизацию системы управления и школы, более справедливое распределение доходов и — последнее по счету, но не по важности — индустриализацию штата для обеспечения его жителей работой. Эти меры имел в виду Неру, говоря о создании общества по социалистическому образцу. Они ни в коей мере не затрагивали интересы частных предпринимателей, наоборот, правительство призывало вкладывать капиталы в промышленность Кералы. Бирла, считающийся вторым монополистом Индии, одним из первых принял это предложение и в настоящее время строит в Керале крупную фабрику искусственного шелка.

Уже первые шаги коммунистического правительства Кералы произвели большое впечатление на всю Индию. Министры нового кабинета добровольно отказались получать оклад свыше 350 рупий. Одновременно был установлен минимум заработной платы и увеличено жалованье низкооплачиваемых рабочих и служащих государственных предприятий. Впервые финансовый год закончился с превышением доходов над расходами, причем, как сообщил министр финансов Менон, свыше половины всех ассигнований было потрачено на социальные нужды. Максимальное повышение налога с прибылей и снижение до минимума налогов, взимаемых с трудящегося населения, обеспечило более справедливое распределение доходов. Полиции, которую все предыдущие правительства без всякого стеснения использовали против рабочих, демонстрантов и забастовщиков, было строго запрещено вмешиваться в конфликты между трудящимися и работодателями.

Благодаря школьной реформе нищенское жалованье учителей повысилось и дети неимущих получили право бесплатно обучаться в начальной школе. Была проведена борьба с коррупцией, и даже члены партии Конгресса и предприниматели были вынуждены признать, что впервые смогли устраивать свои дела без взяток. В промышленности усилия были направлены на увеличение занятости путем расширения частных и строительства государственных предприятий. Руководствуясь принципом «земля тем, кто ее обрабатывает», правительство приняло закон, запрещающий сгонять арендаторов с участков. Подготовлялась и земельная реформа, которая ограничила бы размеры владений 15 акрами (около 6 гектаров) и тем самым исключила бы возможность господства помещиков.

В центральном правительстве были проницательные люди, отдававшие должное самоотверженной работе коммунистов в Керале. Неру отозвался о ней на одной из пресс-конференций в 1958 г.: «Многое из того, что делает правительство Кералы, — мне по душе, хотя не все нравится в равной степени». А президент Индийского Союза доктор Раджендра Прасад заявил в Тривандраме на праздновании годовщины независимости Индии: «Все, что я увидел и узнал за время пребывания в Керале, убеждает меня в том, что вы можете с надеждой смотреть в будущее. Меня радует, что ваше правительство с энтузиазмом и с сознанием лежащей на нем ответственности подходит к стоящим перед ним проблемам. Хотя эти проблемы далеко не из простых — самая сложная из них порождена перенаселенностью штата, я уверен, что со временем вы сможете при поддержке и под руководством правительства Индии разрешить их собственными силами».

Демократические реформы правительства Кералы нашли горячую поддержку среди населения и оказали благотворное воздействие на всю жизнь штата. Но далеко не всем они были выгодны. Собственники начали разнузданную травлю правительства, вредили ему, где только могли, создавали и финансировали группы для подрывной деятельности.

С проповедями против коммунистов выступила католическая церковь, имеющая в бывших португальских владениях довольно большую паству. Убедившись, что слова бессильны, враги правительства решили свергнуть его силой. Они затеяли «поход на Тривандрам», который не был поддержан населением и кончился неудачей, предприняли покушение на министра просвещения, чтобы помешать школьной реформе. От рук убийц погибло несколько коммунистов и сочувствующих.

Подобные действия и террористические акты не могли привлечь симпатии народа, но ведь владельцы плантаций, предприниматели и спекулянты продуктами питания к этому и не стремились. Они хотели одного — любыми средствами помешать проведению реформ, вызвать беспорядки и создать в Керале такую тревожную обстановку, чтобы у центрального правительства и у правящей буржуазной партии Конгресса появился предлог распустить законодательное собрание в штате Керала и отстранить правительство от власти. И действительно, несмотря на то что при проведении всех мероприятий коммунистическое правительство исходило из конституции Индии и не в пример врагам своим действовало совершенно законно, несмотря на то что премьер-министр Намбудирипад использовал все средства для мирного урегулирования конфликтов, центральное правительство воспользовалось выступлениями против школьной реформы и распустило правительство и законодательный орган Кералы.

О том, что этот акт центрального правительства ни в какой степени не выражал волю населения штата, свидетельствуют результаты выборов, состоявшихся в феврале 1960 г. Коммунистическая партия, выступившая с программой демократических реформ, собрала 3300 тысяч голосов — на миллион больше, чем в предыдущие выборы. Голосуя за коммунистов, народ недвусмысленно высказался за мероприятия бывшего правительства.

Ни одна из партий не могла похвастать таким блестящим результатом. И Индийский национальный конгресс, и Народно-социалистическая партия, и Мусульманская лига потеряли значительное число избирателей, тогда как процент голосов, поданных за коммунистическую партию, возрос с 35 до 43. Тогда все буржуазные партии объединились против коммунистов и, используя лазейки в избирательной системе, не дали последним сформировать правительство. Этот факт лишний раз свидетельствует об ограниченности демократии в буржуазном государстве.

Когда выезжаешь за пределы столицы Тривандрам с ее хотя и спокойным, но все же по-городскому оживленным движением, когда плывешь по живописным каналам Кералы и видишь рыбаков, детей, неутомимо резвящихся в воде, женщин, убирающих рис, тебе начинает казаться, что здесь ничто не изменилось по сравнению с прежними временами.

Но вглядись внимательнее и ты заметишь, что на многих домах висят красные флаги и что, несмотря на все препятствия, чинимые партией Конгресса, в книжных магазинах сочинения Маркса и Ленина находят многочисленных покупателей. Ты обнаружишь производственные кооперативы, где благодаря коллективному труду увеличилась производительность труда, и вечерние школы, в которых обучаются грамоте уже немолодые крестьяне.

Врата Индии

И вот мы опять в Бомбее. После 20 тысяч километров пути по пыльным дорогам, после всех лишений, по-европейски чистый город показался нам добрым старым знакомым. Немало лестных эпитетов пришлось бы употребить, чтобы по достоинству охарактеризовать Бомбей.

Он насчитывает четыре миллиона жителей и после Калькутты является вторым по величине городом Индии. Его огромная гавань, оснащенная по последнему слову техники, служит вратами, через которые беспрерывно поступают в страну машины, моторы, отгружается на экспорт сырье. Это — важный промышленный центр с многочисленными хлопкообрабатывающими предприятиями и в то же время центр культуры и науки. В Бомбее имеются университет, научно-исследовательские институты, в том числе по изучению атомного ядра. Свыше 40 киностудий создали Бомбею славу киностолицы страны.

Бомбей — гордость Индии, но вряд ли найдется в Бхарате другой город, в котором было бы так мало индийского. Здесь то же смешение народов, культур, языков и архитектурных стилей, что и в любом другом порту. Кого только здесь не встретишь — арабского торговца, французского матроса, английского коммерсанта, австралийского туриста, японского фабриканта, американского банкира, советского инженера, торгового представителя ГДР, верных парижской моде франтов и людей, одетых по старинке. И все это — Бомбей, огромный, многоликий город, представляющийся то аристократически недоступным, то жизнерадостным и шаловливым, то мечтательным, то серьезным и озабоченным.

Только пальмовые рощи Бомбея, темный цвет кожи его жителей, климат да, пожалуй, лукавство торговцев выдают в нем восточный город. Все остальное — промышленность, шумное уличное движение, международный порт и подчеркнуто утилитарная архитектура с ее прямыми линиями и плоскими поверхностями — не только не похоже на Индию, но даже кажется хорошо знакомым и близким. На улицах нет коров, грузовых телег в воловьей упряжке и кули с тележками — их вытеснил современный городской транспорт. Женщины Бомбея, по-видимому, более эмансипированы, чем в остальной Индии. Да и не только они — все в Бомбее кажется более реалистичным, более привычным, лишенным какого-либо налета индусской мистики.

Набережная Марин-драйв в Бомбее —

вид с Малабарского холма

Самое приятное место в городе — Малабарский холм. Он выдается в море, его подошву омывают волны, а вершины овевает морской бриз, благодаря чему совсем не чувствуется гнетущая духота, образующаяся внизу в котловине. Не только человеку, но и растениям дышится легче на склонах холма, и «висячие сады» Бомбея не уступают (по меньшей мере, по красоте) вавилонским садам древних.

Когда сидишь в одном из ресторанов на холме, потягивая охлажденный фруктовый лимонад (запрет на спиртные напитки действует и в этом легендарном порту), перед тобой открывается необыкновенно красивый вид на океан, на корабли, курсирующие на путях к гавани и обратно, на город, залитый по вечерам потоками сверкающих огней.

На вершине Малабарского холма живут сильные мира сего — отечественные и иностранные магнаты. Их живописные виллы расположены в глубине парков, где целый день царит тишина. Покой господствует и на улицах, лишь изредка промелькнет лимузин. И только по вечерам, когда в одном из особняков устраивают прием, появляется множество машин и людей, суетятся слуги, гремит музыка, а на следующий день все снова замирает.

Венчают холм башни молчания, населенные стаями алчных черных коршунов. Жители боязливо обходят это страшное место. Парсы, которые исповедуют зороастризм, запрещающий погребение мертвых, складывают сюда трупы на съедение коршунам.

У подножия холма пролегает Марин-драйв — неповторимо красивая набережная, темной полоской асфальта как бы отделяющая город от моря. Для нее характерны пальмовые аллеи, праздно гуляющая публика, автомобили, мчащиеся на бешеной скорости, высокие фронтоны домов без традиционных колонн и украшений. Жить на этой улице может лишь тот, кто в состоянии платить за комнату 300–400 рупий в месяц.