Великий Гэтсби. Главные романы эпохи джаза: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Есть здесь американцы? Англичане?

Она побежала проходом на голос, вылетела во двор, крутнулась в мгновенном замешательстве на месте и увидела маленькое караульное помещение, из которого и неслись крики. Двое карабинеров вскочили на ноги, но Бэйби метнулась мимо них к двери камеры.

– Дик! – позвала она. – Что с вами?

– Они выбили мне глаз, – закричал он. – Надели на меня наручники и били, растреклятые…

Бэйби круто повернулась к карабинерам.

– Что вы с ним сделали? – прошептала она с такой силой, что те отшатнулись, испуганные собирающейся грозой ее гнева.

– Non capisco inglese[128].

Она осыпала их французскими ругательствами; бурная, полная уверенности в себе ярость Бэйби затопила караулку, и карабинеры начали ежиться и подергиваться, пытаясь выбраться из-под покровов позора, которыми она их облекала.

– Сделайте же что-нибудь! Сделайте!

– Мы ничего не можем без приказа.

– Bene. Bay-nay! Bene![129]

Бэйби еще раз опалила их яростью взглядом, и карабинеры залепетали какие-то извинения, переглядываясь, с ужасом понимая: где-то все они дали маху. Бэйби снова подошла к двери камеры, припала к ней, почти лаская, как будто дверь могла наделить Дика ощущением ее присутствия и силы, и прокричала:

– Я еду в посольство, скоро вернусь.

И, бросив на карабинеров последний, полный бесконечной угрозы взгляд, выбежала во двор.

У американского посольства таксист потребовал, чтобы она расплатилась. Было еще темно, когда Бэйби взбежала по ступенькам крыльца и надавила на кнопку звонка. Давить пришлось трижды, лишь после этого сонный швейцар-англичанин открыл перед ней дверь.

– Мне нужно увидеть кого-нибудь, – сказала Бэйби. – Все равно кого, но немедленно.

– Все спят, мадам. У нас до девяти закрыто.

Она нетерпеливо отмахнулась от его слов.

– Это важно. Человек… американец страшно избит. Сидит в итальянской тюрьме.

– Так спят же все. В девять часов…

– Я не могу ждать. Ему выбили глаз – моему зятю, из тюрьмы его не выпускают. Мне необходимо с кем-то поговорить – вы что, не понимаете? У вас не все дома? Или вы идиот – только и можете, что стоять здесь с глупой рожей?

– Я не могу ничего для вас сделать, мадам.

– Так разбудите кого-нибудь! – Бэйби схватила его за плечи, изо всех сил потрясла. – Вопрос жизни и смерти. Если вы не разбудите кого-то, наживете жуткие неприятности…

– Будьте любезны, мадам, уберите руки.

С лестницы за спиной швейцара донесся усталый, явно принадлежавший выпускнику Гротонской школы голос:

– В чем дело?

Швейцар с облегчением ответил:

– Тут леди, сэр, и она меня трясет.

Он отступил назад, чтобы все рассказать, и Бэйби проскользнула в вестибюль. Вверху лестницы стоял вырванный из объятий сна совершенно удивительный молодой человек в белом, узорчатом персидском халате. Лицо его было чудовищно и ненатурально розовым, живым и мертвым одновременно, а верхнюю губу украшало нечто, сильно похожее на кляп. Увидев Бэйби, он тоже отступил, укрыв голову в тени.

– В чем дело? – снова спросил он.

[128] Не понимаем по-английски (ит.).

[129] Хорошо! Ну, хорошо же! Хорошо! (ит.)